Что говорила Вера Камша: 260 цитат

Ниже 260 цитат Веры Камши — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если сердце говорит — иди, а разум спрашивает — зачем, надо слушать сердце.

   Если сердце говорит — иди, а разум спрашивает — зачем, надо слушать сердце.

   — Яинниоль · книга
2. «

   Не возьмусь сказать, когда тебя стало поздно учить, так что получай новости и распоряжайся ими по своему нетривиальному усмотрению.

   Не возьмусь сказать, когда тебя стало поздно учить, так что получай новости и распоряжайся ими по своему нетривиальному усмотрению.

   — Бертрам Валмон · книга
3. «

   Единственный способ защитить любимых — это отказаться и уйти, унося свое проклятье — свою замешанную на чужой гибели удачу.

   Единственный способ защитить любимых — это отказаться и уйти, унося свое проклятье — свою замешанную на чужой гибели удачу.

   — Шар Судеб · книга
4. «

   Любовь — это счастье, даже когда она горе.

   Любовь — это счастье, даже когда она горе.

   — Робер Эпинэ · книга
5. «

   – Хотите упасть с лестницы? – любезно осведомился маршал. – Создатель! Разумеется, нет! Но, Рокэ, мне казалось, вы не считаете меня своим врагом. – Не считаю, – согласился Ворон, – потому и спросил. В противном случае вы бы уже летели.

   – Хотите упасть с лестницы? – любезно осведомился маршал. – Создатель! Разумеется, нет! Но, Рокэ, мне казалось, вы не считаете меня своим врагом. – Не считаю, – согласился Ворон, – потому и спросил. В противном случае вы бы уже летели.

   — Отблески Этерны. Книга 1. Красное на красном · книга
6. «

   — Ты хочешь стать поэтом и написать балладу о плененном Хорсте? — Я? — ужаснулся Жермон и вдруг понял, что Ойген шутит. Оказывается, бергер умел и это! — Когда я начну марать бумагу, миру придет конец. — Лишить тебя бумаги и чернил — это очень простой способ избегнуть конца света, — улыбнулся Райнштайнер.

   — Ты хочешь стать поэтом и написать балладу о плененном Хорсте? — Я? — ужаснулся Жермон и вдруг понял, что Ойген шутит. Оказывается, бергер умел и это! — Когда я начну марать бумагу, миру придет конец. — Лишить тебя бумаги и чернил — это очень простой способ избегнуть конца света, — улыбнулся Райнштайнер.

   — Сердце зверя. Том 1. Правда стали, ложь зеркал · книга
7. «

   Мир сходит с ума, так пусть он делает это весело!

   Мир сходит с ума, так пусть он делает это весело!

   — Ротгер Вальдес · книга
8. «

   Я доношу траур по Муцио, я никогда не забуду моряка, научившего меня думать лишь о нём, но я слишком молода, чтобы вдоветь вечно. Я хочу увидеть Ургот, Кэналлоа, Марикьяру, Талиг. Я должна встретить человека, который сделает Муцио моим прошлым, а себя – моим настоящим. Возможно, я кажусь тебе чудовищем, но я стала бы таковым, приняв корону, а сейчас я просто женщина, у которой отобрали счастье, а оно мне очень нужно. Прости, что я пожертвовала тобой, но друзьями жертвуют чаще, чем врагами…

   Я доношу траур по Муцио, я никогда не забуду моряка, научившего меня думать лишь о нём, но я слишком молода, чтобы вдоветь вечно. Я хочу увидеть Ургот, Кэналлоа, Марикьяру, Талиг. Я должна встретить человека, который сделает Муцио моим прошлым, а себя – моим настоящим. Возможно, я кажусь тебе чудовищем, но я стала бы таковым, приняв корону, а сейчас я просто женщина, у которой отобрали счастье, а оно мне очень нужно. Прости, что я пожертвовала тобой, но друзьями жертвуют чаще, чем врагами…

   — Франческа Скварца · книга
9. «

   Я готов дать слово варварского короля. Его не нарушали из боязни погубить свой род и свой дом. Потом его перестали давать, но молчать – не значит забыть.

   Я готов дать слово варварского короля. Его не нарушали из боязни погубить свой род и свой дом. Потом его перестали давать, но молчать – не значит забыть.

   — Хайнрих Гаунау · книга
10. «

    Если я нарушаю приказы, то делаю это осознанно.

    Если я нарушаю приказы, то делаю это осознанно.

    — Валентин Придд · книга
11. «

    Я не лаю и даже не кусаю. Я рву глотку.

    Я не лаю и даже не кусаю. Я рву глотку.

    — Рокэ Алва · книга
12. «

    Прошлое гибнет под копытами настоящего, но то, чего так и не случилось, умирает только вместе с нами.

    Прошлое гибнет под копытами настоящего, но то, чего так и не случилось, умирает только вместе с нами.

    — Башня ярости. Книга 2. Всходы ветра · книга
13. «

    Преданность бывает хуже подлости, а наивность страшней любого расчёта.

    Преданность бывает хуже подлости, а наивность страшней любого расчёта.

    — Робер Эпинэ · книга
14. «

    Вам, адмирал, пить нельзя, а мне по такому случаю нельзя не пить.

    Вам, адмирал, пить нельзя, а мне по такому случаю нельзя не пить.

    — Ротгер Вальдес · книга
15. «

    В любезном отечестве все так и норовят облагодетельствовать родичей за казенный счет. Я следую общему примеру и намерен накормить досыта местное воронье. Причем не за счет моего короля, а за счет его врагов. Чувствуете разницу?

    В любезном отечестве все так и норовят облагодетельствовать родичей за казенный счет. Я следую общему примеру и намерен накормить досыта местное воронье. Причем не за счет моего короля, а за счет его врагов. Чувствуете разницу?

    — Рокэ Алва · книга
16. «

    В справедливость не верят, ей служат, а верить следует в разум.

    В справедливость не верят, ей служат, а верить следует в разум.

    — мэтр Инголс · книга
17. «

    Садиться или нет? С одной стороны, они друзья, с другой – великий король может не понять.

    Садиться или нет? С одной стороны, они друзья, с другой – великий король может не понять.

    — Зимний излом. Том 1. Из глубин · книга
18. «

    Туда, откуда вытекла совесть, приходит небытие.

    Туда, откуда вытекла совесть, приходит небытие.

    — епископ Луциан (магнус Славы Аристид) · книга
19. «

    Если от тебя нет толку, не дергай тех, от кого он есть.

    Если от тебя нет толку, не дергай тех, от кого он есть.

    — Марсель Валме · книга
20. «

    Отец не служил в армии, он не знает, что нет ничего хуже, чем перепрыгнуть собственные возможности. Свой предел Леонард понял ещё в Торке. Он был сносным начальником штаба при хорошем командующем, но никоим образом не полководцем. Можно зазубрить все правила стратегии и тактики и оставаться полной бездарью, к каковым Леонард относил и себя. Он очень долго считал самым мерзким в своей жизни день, в который на него нацепили генеральскую перевязь. Оказалось, бывает и хуже. Бездарных генералов хватает, но бездарные маршалы в Талиге — редкость. Леворукий бы побрал отцовское тщеславие и его собственную трусость... Он ни разу не сказал «нет», ни разу! Единственное, на что его хватает, это изображать заносчивую, уверенную в себе скотину. В этом он преуспел, слов нет!

    Отец не служил в армии, он не знает, что нет ничего хуже, чем перепрыгнуть собственные возможности. Свой предел Леонард понял ещё в Торке. Он был сносным начальником штаба при хорошем командующем, но никоим образом не полководцем. Можно зазубрить все правила стратегии и тактики и оставаться полной бездарью, к каковым Леонард относил и себя. Он очень долго считал самым мерзким в своей жизни день, в который на него нацепили генеральскую перевязь. Оказалось, бывает и хуже. Бездарных генералов хватает, но бездарные маршалы в Талиге — редкость. Леворукий бы побрал отцовское тщеславие и его собственную трусость... Он ни разу не сказал «нет», ни разу! Единственное, на что его хватает, это изображать заносчивую, уверенную в себе скотину. В этом он преуспел, слов нет!

    — Леонард Манрик · книга