59 цитат Виктора Дубровского про любовь, время и выбор

Виктор Дубровский — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 59 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Отрицать общепринятое и разрушать привычное легче, чем создавать действительно новое.

   Отрицать общепринятое и разрушать привычное легче, чем создавать действительно новое.

   — Армен Джигарханян · книга
2. «

   Однажды я услышал от великого Райкина гениальную фразу: «В нашей профессии очень важен закон сохранения эмоций». То, что отдается банкетам и презентациям, отнимается у сцены.

   Однажды я услышал от великого Райкина гениальную фразу: «В нашей профессии очень важен закон сохранения эмоций». То, что отдается банкетам и презентациям, отнимается у сцены.

   — Армен Джигарханян · книга
3. «

   «Ширли-Мырли» — это комедия, где царствует абсурд. Абсурд, которым наполнена наша жизнь.

   «Ширли-Мырли» — это комедия, где царствует абсурд. Абсурд, которым наполнена наша жизнь.

   — Армен Джигарханян · книга
4. «

   Когда я нахожусь на сцене, я ощущаю себя одиноким клоуном. Конечно, я знаю, что все мы, артисты, зависим от автора, режиссера, партнеров, зрителей и помогаем друг другу, но, выходя на подмостки, я становлюсь объектом внимания зала и пребываю в этот момент с ним один на один, сколько бы других артистов ни было рядом. Только от меня, от одного меня, зависит — смогу я удержать внимание зала или нет.

   Когда я нахожусь на сцене, я ощущаю себя одиноким клоуном. Конечно, я знаю, что все мы, артисты, зависим от автора, режиссера, партнеров, зрителей и помогаем друг другу, но, выходя на подмостки, я становлюсь объектом внимания зала и пребываю в этот момент с ним один на один, сколько бы других артистов ни было рядом. Только от меня, от одного меня, зависит — смогу я удержать внимание зала или нет.

   — Армен Джигарханян · книга
5. «

   Театр — живой организм, и он, как человек, проходит все стадии жизни: детство, взрослую жизнь, старение, болезни... Так происходит с любым хорошим театром.

   Театр — живой организм, и он, как человек, проходит все стадии жизни: детство, взрослую жизнь, старение, болезни... Так происходит с любым хорошим театром.

   — Армен Джигарханян · книга
6. «

   Хорошим педагогом может быть настоящий хороший практик.

   Хорошим педагогом может быть настоящий хороший практик.

   — Армен Джигарханян · книга
7. «

   Мой персонаж из «Жизни Клима Самгина» Варавка, говорил: беда русских интеллигентов в том, что они «логикой слов хотят изменить логику истории». Так возникают жертвы века — люди, делающие не то, чего требует время, не успевающие скорректировать курс своей жизни по новому ветру.

   Мой персонаж из «Жизни Клима Самгина» Варавка, говорил: беда русских интеллигентов в том, что они «логикой слов хотят изменить логику истории». Так возникают жертвы века — люди, делающие не то, чего требует время, не успевающие скорректировать курс своей жизни по новому ветру.

   — Армен Джигарханян · книга
8. «

   Я считаю, что человеком в первую очередь движет необходимость удовлетворения физиологических потребностей. Это отнюдь не исключает ни идеалов, ни духовности. Но когда идеалы вдруг рушатся, на помощь приходит животная сторона нашей натуры. У человека трагедия, а он идет на кухню или, простите, в туалет, или засыпает от усталости. Не надо презирать земное в себе. Оно спасает и поддерживает в кризисные моменты.

   Я считаю, что человеком в первую очередь движет необходимость удовлетворения физиологических потребностей. Это отнюдь не исключает ни идеалов, ни духовности. Но когда идеалы вдруг рушатся, на помощь приходит животная сторона нашей натуры. У человека трагедия, а он идет на кухню или, простите, в туалет, или засыпает от усталости. Не надо презирать земное в себе. Оно спасает и поддерживает в кризисные моменты.

   — Армен Джигарханян · книга
9. «

   Театр — это прежде всего глубокая, зрелая, страстная мысль. Театр должен увлекать зрителя серьезностью, отвечать на самые острые серьезные вопросы, убеждать откровенностью.

   Театр — это прежде всего глубокая, зрелая, страстная мысль. Театр должен увлекать зрителя серьезностью, отвечать на самые острые серьезные вопросы, убеждать откровенностью.

   — Армен Джигарханян · книга
10. «

    Фраза Феллини о том, что человек ничего не понимает внезапно, вдруг, очевидно, запомнилась мне потому, что я немножко фаталист, я верю в предопределенность и разумность происходящего.

    Фраза Феллини о том, что человек ничего не понимает внезапно, вдруг, очевидно, запомнилась мне потому, что я немножко фаталист, я верю в предопределенность и разумность происходящего.

    — Армен Джигарханян · книга
11. «

    Театр — это главное в моей жизни. У меня нет никакого хобби. Театр — это моя профессия, это мое хобби, это моя жизнь.

    Театр — это главное в моей жизни. У меня нет никакого хобби. Театр — это моя профессия, это мое хобби, это моя жизнь.

    — Армен Джигарханян · книга
12. «

    Учитель — это человек, который находит в себе мужество опуститься до невежества ученика и вместе с ним подниматься к вершинам.

    Учитель — это человек, который находит в себе мужество опуститься до невежества ученика и вместе с ним подниматься к вершинам.

    — А. К. Гулакян · книга
13. «

    Я не поклонник излишней драматизации судьбы императорской фамилии, в этом много лукавства и фальши. Царь не свят уже потому, что он царь.

    Я не поклонник излишней драматизации судьбы императорской фамилии, в этом много лукавства и фальши. Царь не свят уже потому, что он царь.

    — Армен Джигарханян · книга
14. «

    Человек прежде всего чувствует.

    Человек прежде всего чувствует.

    — Феллини · книга
15. «

    Искусство врачует, не отвлекая и не развлекая, а помогая человеку заглянуть в самого себя. Одухотворенный зрительный зал — высшее достижение искусства. Именно одухотворенный, а не возбужденный, как после концертов Пугачевой.

    Искусство врачует, не отвлекая и не развлекая, а помогая человеку заглянуть в самого себя. Одухотворенный зрительный зал — высшее достижение искусства. Именно одухотворенный, а не возбужденный, как после концертов Пугачевой.

    — Армен Джигарханян · книга
16. «

    Чехов в моем понимании — это писатель жесткий, почти жестокий. Подлинный врач по натуре. Его текст обманчив, и театры часто покупаются на этот обман.

    Чехов в моем понимании — это писатель жесткий, почти жестокий. Подлинный врач по натуре. Его текст обманчив, и театры часто покупаются на этот обман.

    — Армен Джигарханян · книга
17. «

    Сейчас идет поиск новых форм театрального дела. Театр антрепризы, как в Америке? Там Америка, другая мораль, другой кофе, другая пепельница...

    Сейчас идет поиск новых форм театрального дела. Театр антрепризы, как в Америке? Там Америка, другая мораль, другой кофе, другая пепельница...

    — Армен Джигарханян · книга
18. «

    Писатель может работать «в стол» с надеждой когда-то напечататься. Актер же существует для кого-то. Когда приходит зритель, то начинается Акт, и актер должен его совершить. Обязан. Иначе быть не может.

    Писатель может работать «в стол» с надеждой когда-то напечататься. Актер же существует для кого-то. Когда приходит зритель, то начинается Акт, и актер должен его совершить. Обязан. Иначе быть не может.

    — Армен Джигарханян · книга
19. «

    Коллективное творчество всегда ведет к приспособленчеству. Быть «средним арифметическим» всегда легко и приятно, многие студенты это быстро усваивают.

    Коллективное творчество всегда ведет к приспособленчеству. Быть «средним арифметическим» всегда легко и приятно, многие студенты это быстро усваивают.

    — Армен Джигарханян · книга
20. «

    Ища утешения, люди верят, что время — лучший лекарь. Нет, не лечит время, оно только притупляет боль, сглаживает ее. Не помогает и чужая мудрость, будь это мудрость Сократа. Все проходит через сердце, оставляя на нем рубцы и царапины.

    Ища утешения, люди верят, что время — лучший лекарь. Нет, не лечит время, оно только притупляет боль, сглаживает ее. Не помогает и чужая мудрость, будь это мудрость Сократа. Все проходит через сердце, оставляя на нем рубцы и царапины.

    — Армен Джигарханян · книга