168 мудрых мыслей Виктории Килеевы

Подборка из 168 цитат Виктории Килеевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда я впервые увидела свою соперницу, она показалась мне вопиюще некрасивой. Теперь же я видела в ней довольно милую, симпатичную девушку, с которой мне больше нечего делить.

   Когда я впервые увидела свою соперницу, она показалась мне вопиюще некрасивой. Теперь же я видела в ней довольно милую, симпатичную девушку, с которой мне больше нечего делить.

   — Матильда Баласко · книга
2. «

   — А почему ты до сих пор не замужем? Ты девица перезрелая... — Между прочим, я ещё расту!

   — А почему ты до сих пор не замужем? Ты девица перезрелая... — Между прочим, я ещё расту!

   — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
3. «

   Брать в свой отряд солдат ей не хотелось — уж слишком сильна была к ним ненависть. Пираты тоже убивали, но их овеивал хоть какой-то дух романтизма. Особенно если не подходить к ним ближе, чем на три шага, не зажав нос. Поэтому Лара выбрала пятнадцать самых крепких немецких пиратов и, не открывая клеток, наложила на мужчин заклятие подчинения воли. Чтобы проверить их послушание, она объявила: — Пляшите! Пятнадцать пиратов пустились в пляс — да так, что затряслись бочонки. — Перестаньте! Хватит! Я вас сейчас увеличу. В глазах пиратов мелькнула надежда на спасение, а Лара погрузилась в изучение нового заклинания. — Да ты и правда ведьма, — уважительно сказала Генриетта. — Только не с метлой, а… с топором.

   Брать в свой отряд солдат ей не хотелось — уж слишком сильна была к ним ненависть. Пираты тоже убивали, но их овеивал хоть какой-то дух романтизма. Особенно если не подходить к ним ближе, чем на три шага, не зажав нос. Поэтому Лара выбрала пятнадцать самых крепких немецких пиратов и, не открывая клеток, наложила на мужчин заклятие подчинения воли. Чтобы проверить их послушание, она объявила: — Пляшите! Пятнадцать пиратов пустились в пляс — да так, что затряслись бочонки. — Перестаньте! Хватит! Я вас сейчас увеличу. В глазах пиратов мелькнула надежда на спасение, а Лара погрузилась в изучение нового заклинания. — Да ты и правда ведьма, — уважительно сказала Генриетта. — Только не с метлой, а… с топором.

   — Скажи мяу, ведьма 2, или Дорога проклятых кошек · книга
4. «

   — Вы поддерживаете веротерпимость, будучи колдуном? — Религия важна лишь для народа. Для тех, кто правит миром, это пустой звук.

   — Вы поддерживаете веротерпимость, будучи колдуном? — Религия важна лишь для народа. Для тех, кто правит миром, это пустой звук.

   — Лара Лихт · книга
5. «

   Я не пью, не курю, не принимаю наркотиков, ни с кем не сплю и пребываю в постоянном стрессе из-за невозможности побыть в одиночестве. Еда и книги — это всё, что мне осталось!

   Я не пью, не курю, не принимаю наркотиков, ни с кем не сплю и пребываю в постоянном стрессе из-за невозможности побыть в одиночестве. Еда и книги — это всё, что мне осталось!

   — Ирэн Ледуайен · книга
6. «

   Все мои желания сбываются, но уже не делают меня счастливой. Они сбываются так поздно, что почти делают меня несчастной.

   Все мои желания сбываются, но уже не делают меня счастливой. Они сбываются так поздно, что почти делают меня несчастной.

   — Ирэн Ледуайен · книга
7. «

   — «Аз тебе жалею». Ты чё, со мной из жалости? — Это «я тебя люблю» по-старославянски. Глагол «любити» означал тогда плотскую любовь, а «жалити» — настоящую. — «Эго се филео», — напряжённо прочитал Денис. — А это то же самое, только по-древнегречески. — А нормально написать нельзя было? — Ну я же всё-таки филолог, — смутилась Люся. — Из филфака вообще нормальными не выходят.

   — «Аз тебе жалею». Ты чё, со мной из жалости? — Это «я тебя люблю» по-старославянски. Глагол «любити» означал тогда плотскую любовь, а «жалити» — настоящую. — «Эго се филео», — напряжённо прочитал Денис. — А это то же самое, только по-древнегречески. — А нормально написать нельзя было? — Ну я же всё-таки филолог, — смутилась Люся. — Из филфака вообще нормальными не выходят.

   — Хулиганка и бунтарь · книга
8. «

   Я не пью — я экономлю свою жизнь.

   Я не пью — я экономлю свою жизнь.

   — Ирэн Ледуайен · книга
9. «

   До чего же хорошо вести роскошную жизнь, когда она за чужой счёт.

   До чего же хорошо вести роскошную жизнь, когда она за чужой счёт.

   — Лара Лихт · книга
10. «

    — А не страшно? — выдохнула Лара. — У него тут целое войско. — Я любим самой смелой девушкой на свете — мне теперь ничего не страшно.

    — А не страшно? — выдохнула Лара. — У него тут целое войско. — Я любим самой смелой девушкой на свете — мне теперь ничего не страшно.

    — Скажи мяу, ведьма 2, или Дорога проклятых кошек · книга
11. «

    «Иди ко мне». А вдруг пойдёшь ты? А вдруг ты рысью побежишь? Я не поверю, испугаюсь. Я отшучусь — ты промолчишь…

    «Иди ко мне». А вдруг пойдёшь ты? А вдруг ты рысью побежишь? Я не поверю, испугаюсь. Я отшучусь — ты промолчишь…

    — Ирэн Ледуайен · книга
12. «

    — И что теперь, гордячка? Хочешь продать свою душу и непрестанно бояться, как я? Тебе придётся скрываться всю жизнь! Ты не сумеешь, ты себя выдашь… — Деревенские и так знали, что ты ведьма. Бабушка вскочила на ноги, словно под ней загорелась табуретка. — Чепуха! — На тебя не доносили только потому, что ты платила, — отрезала Лара. — Не заговаривай мне зубы… — Твои усилия были напрасными, бабушка! — Самоуверенная дурища! — взорвалась та. — Нельзя терять бдительность, нельзя рисковать! Малейшее подозрение — и в дверь постучат инквизиторы! Раздался громкий стук. — Не открывай, — оцепенела Лара. Но бабушка не слушала. За дверью опять стоял сталеглазый и опять в компании охранников. — Здравствуйте, — бодро сказал он. Бабушка негостеприимно захлопнула дверь. — Накаркали.

    — И что теперь, гордячка? Хочешь продать свою душу и непрестанно бояться, как я? Тебе придётся скрываться всю жизнь! Ты не сумеешь, ты себя выдашь… — Деревенские и так знали, что ты ведьма. Бабушка вскочила на ноги, словно под ней загорелась табуретка. — Чепуха! — На тебя не доносили только потому, что ты платила, — отрезала Лара. — Не заговаривай мне зубы… — Твои усилия были напрасными, бабушка! — Самоуверенная дурища! — взорвалась та. — Нельзя терять бдительность, нельзя рисковать! Малейшее подозрение — и в дверь постучат инквизиторы! Раздался громкий стук. — Не открывай, — оцепенела Лара. Но бабушка не слушала. За дверью опять стоял сталеглазый и опять в компании охранников. — Здравствуйте, — бодро сказал он. Бабушка негостеприимно захлопнула дверь. — Накаркали.

    — Скажи мяу, ведьма 2, или Дорога проклятых кошек · книга
13. «

    — Наше ремесло передаётся исключительно по мужской линии, как ты не поймёшь такую простую вещь? — Вы правы — я не понимаю. — Лара поднялась из-за стола. — Просто смирись. — Не смирюсь, — бросила она на ходу. — Ба! Да кто тебя замуж-то возьмёт с таким несносным характером? «Насмешка? В его голосе была насмешка?!» Лара развернулась на каблуках, чтобы посмотреть на мужчину, оказавшегося её отцом. — В Англии женщины правили страной… — А теперь там революция! — воскликнул отец. — Король вынужден скрываться от собственного народа. Выходит, зря на женщин полагались? — По-вашему, королева, умершая полвека назад, повинна в том, что творится сейчас? — опешила Лара. Отец поморщился, будто ему было противно ломать голову. — Скажу попроще, чтоб ты поняла. Если одни женщины станут претендовать на трон, а другие — на семейное дело, к чему мы придём? К тому, что нам больше не понадобятся мужчины? — Какой странный вы делаете вывод, отец. — Какой есть.

    — Наше ремесло передаётся исключительно по мужской линии, как ты не поймёшь такую простую вещь? — Вы правы — я не понимаю. — Лара поднялась из-за стола. — Просто смирись. — Не смирюсь, — бросила она на ходу. — Ба! Да кто тебя замуж-то возьмёт с таким несносным характером? «Насмешка? В его голосе была насмешка?!» Лара развернулась на каблуках, чтобы посмотреть на мужчину, оказавшегося её отцом. — В Англии женщины правили страной… — А теперь там революция! — воскликнул отец. — Король вынужден скрываться от собственного народа. Выходит, зря на женщин полагались? — По-вашему, королева, умершая полвека назад, повинна в том, что творится сейчас? — опешила Лара. Отец поморщился, будто ему было противно ломать голову. — Скажу попроще, чтоб ты поняла. Если одни женщины станут претендовать на трон, а другие — на семейное дело, к чему мы придём? К тому, что нам больше не понадобятся мужчины? — Какой странный вы делаете вывод, отец. — Какой есть.

    — Скажи мяу, ведьма 2, или Дорога проклятых кошек · книга
14. «

    Мудрость — это чувство момента, когда стоит смолчать, а когда — гаркнуть.

    Мудрость — это чувство момента, когда стоит смолчать, а когда — гаркнуть.

    — Бернар Перуэн · книга
15. «

    — Ты же всё равно когда-нибудь выйдешь замуж? Я посмотрела на отца со вздохом усталого возмущения. — Ты даже точно не знаешь, наденешь ли сегодня штаны, почему я должна точно знать, выйду ли я когда-нибудь замуж?

    — Ты же всё равно когда-нибудь выйдешь замуж? Я посмотрела на отца со вздохом усталого возмущения. — Ты даже точно не знаешь, наденешь ли сегодня штаны, почему я должна точно знать, выйду ли я когда-нибудь замуж?

    — Отец · книга
16. «

    Когда слышишь действительно хорошую песню, часто кажется, что ты её где-то уже слышал, хотя она может быть написана буквально вчера. Я верю, что это отзывается душа. Происходит некое дежавю, то есть правильнее сказать «дежа антандю» (уже слышанное) . И это чувство очень тёплое и приятное. Ностальгия по тому, чего не было, но очень хотелось бы пережить.

    Когда слышишь действительно хорошую песню, часто кажется, что ты её где-то уже слышал, хотя она может быть написана буквально вчера. Я верю, что это отзывается душа. Происходит некое дежавю, то есть правильнее сказать «дежа антандю» (уже слышанное) . И это чувство очень тёплое и приятное. Ностальгия по тому, чего не было, но очень хотелось бы пережить.

    — Жаклин Люмьер · книга
17. «

    Нельзя надеяться на человеческую глупость, лучше надейся на свой ум. Если есть на что надеяться, конечно.

    Нельзя надеяться на человеческую глупость, лучше надейся на свой ум. Если есть на что надеяться, конечно.

    — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
18. «

    Больше всего меня раздражают глупые шутки и слишком серьёзные люди без чувства юмора.

    Больше всего меня раздражают глупые шутки и слишком серьёзные люди без чувства юмора.

    — Рено · книга
19. «

    Художник должен быть голодным, Поэту надо не давать...

    Художник должен быть голодным, Поэту надо не давать...

    — Хулиганка и бунтарь · книга
20. «

    – Я не хочу быть ведьмой. – Чего это? Тебе сам Бог велел ведьмой быть. – Ты хоть понимаешь, что сейчас сказал?

    – Я не хочу быть ведьмой. – Чего это? Тебе сам Бог велел ведьмой быть. – Ты хоть понимаешь, что сейчас сказал?

    — Андреас · книга