Януш Леон Вишневский: цитаты о любви: 126 цитат на каждый день

Януш Леон Вишневский: цитаты о любви — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 126 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Уже 3 дня я поразительно болезненно ощущаю, как прочно ты вошел в мою жизнь и что происходит со мной, когда ты эмигрируешь из неё.

   Уже 3 дня я поразительно болезненно ощущаю, как прочно ты вошел в мою жизнь и что происходит со мной, когда ты эмигрируешь из неё.

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   Боже, мы Тебе снимся вместе На краях тарелок, когда я разливаю суп, И на краешке супружеского остывшего ложа, В углубленьях морщинок около глаз. Мы упорно Тебе снимся вместе. И Ты соединяешь нам руки, Так что мы не можем убежать друг от друга. А если нет, То не введи нас во искушение. Пусть оплачут меня Воскресные домашние макароны. Дай заснуть И избави нас – Каждого по отдельности. Аминь.

   Боже, мы Тебе снимся вместе На краях тарелок, когда я разливаю суп, И на краешке супружеского остывшего ложа, В углубленьях морщинок около глаз. Мы упорно Тебе снимся вместе. И Ты соединяешь нам руки, Так что мы не можем убежать друг от друга. А если нет, То не введи нас во искушение. Пусть оплачут меня Воскресные домашние макароны. Дай заснуть И избави нас – Каждого по отдельности. Аминь.

   — Януш Леон Вишневский · книга
3. «

   Сегодня ночью я снова не могла уснуть. И знаю, что не только я. На другом конце города уже два года не может спать мужчина, потому что я не поверила в него и не смогла принять его отваги, доброты, нежности и заботы, поскольку «такова жизнь, и потом, я ведь связана супружеским обетом». Завтра я позвоню ему и скажу, что это неправда. Что я ошибалась. И завтра все меня возненавидят...

   Сегодня ночью я снова не могла уснуть. И знаю, что не только я. На другом конце города уже два года не может спать мужчина, потому что я не поверила в него и не смогла принять его отваги, доброты, нежности и заботы, поскольку «такова жизнь, и потом, я ведь связана супружеским обетом». Завтра я позвоню ему и скажу, что это неправда. Что я ошибалась. И завтра все меня возненавидят...

   — Януш Леон Вишневский · книга
4. «

   Любить можно одно и то же, а называть по-разному.

   Любить можно одно и то же, а называть по-разному.

   — Януш Леон Вишневский · книга
5. «

   Мне кажется, что эти несчастные любови помнятся лучше, чем счастливые. Быть может, это объясняет человеческую склонность бросаться с головой в самые трудные и болезненные связи с известной долей мазохизма. Если бы мы не страдали, то, вероятно, не чувствовали бы, что любим.

   Мне кажется, что эти несчастные любови помнятся лучше, чем счастливые. Быть может, это объясняет человеческую склонность бросаться с головой в самые трудные и болезненные связи с известной долей мазохизма. Если бы мы не страдали, то, вероятно, не чувствовали бы, что любим.

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   Ведь если говорить по правде, то больше всего в жизни я хочу кого-нибудь любить.

   Ведь если говорить по правде, то больше всего в жизни я хочу кого-нибудь любить.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   Впервые, сидя в этом кресле, она испугалась, что он может перестать быть частью её жизни. Она уже не представляла себе такого. И задумалась, почему ощутила это именно сейчас, читая о синеве лабораторного зала, где машины занимались расшифровкой гена.

   Впервые, сидя в этом кресле, она испугалась, что он может перестать быть частью её жизни. Она уже не представляла себе такого. И задумалась, почему ощутила это именно сейчас, читая о синеве лабораторного зала, где машины занимались расшифровкой гена.

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Из всего вечного самый краткий срок у любви.

   Из всего вечного самый краткий срок у любви.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Любовь умерла. Моя — недавно.

   Любовь умерла. Моя — недавно.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

    Неустанно напоминай мне, что мы только друзья. Ну, разве что и ты забудешься. Забыться могут даже самые лучшие друзья.

    — Януш Леон Вишневский · книга
11. «

    Я не говорю ему, что горжусь им, делаю вид, что меня не интересует его жизнь, не благодарю за подарки, не целую его и не обнимаю. Он не заслужил того, чтобы знать, что я его люблю...

    Я не говорю ему, что горжусь им, делаю вид, что меня не интересует его жизнь, не благодарю за подарки, не целую его и не обнимаю. Он не заслужил того, чтобы знать, что я его люблю...

    — Януш Леон Вишневский · книга
12. «

    В начале знакомства мы не обращаем внимания на недостатки кандидата в любовники или мужья. Мы не думаем о неудаче. В самом начале легко сказать: не тот. Было и прошло. Adieu! Только после такой «пробежки», держа партнера за руку, можно надеть розовые очки. Очки любви. Спрыгнуть с трамплина чувств головой вниз в море чувственного безумия.

    В начале знакомства мы не обращаем внимания на недостатки кандидата в любовники или мужья. Мы не думаем о неудаче. В самом начале легко сказать: не тот. Было и прошло. Adieu! Только после такой «пробежки», держа партнера за руку, можно надеть розовые очки. Очки любви. Спрыгнуть с трамплина чувств головой вниз в море чувственного безумия.

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Томми был влюблён в Мерилин. В те времена мужчины и женщины ещё влюблялись друг в друга.

    Томми был влюблён в Мерилин. В те времена мужчины и женщины ещё влюблялись друг в друга.

    — Януш Леон Вишневский · книга
14. «

    Ревность и любовь идут по жизни порой. Как сёстры — близнецы, но ревность в отличие от любви деструктивна.

    Ревность и любовь идут по жизни порой. Как сёстры — близнецы, но ревность в отличие от любви деструктивна.

    — Януш Леон Вишневский · книга
15. «

    Потому что не надо выбрасывать на помойку оранжевые пластиковые тазики. Эти тазики так же важны, как фотографии умерших родственников в семейном альбоме.

    Потому что не надо выбрасывать на помойку оранжевые пластиковые тазики. Эти тазики так же важны, как фотографии умерших родственников в семейном альбоме.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Существует много разновидностей любви. Одни тлеют годами, как огонь, поддерживаемый в печи, другие вспыхивают мгновенно, подобно извержению вулкана, и так же быстро гаснут. Наша любовь именно такой и была – внезапной, интенсивной, стремительной и яркой, но… краткосрочной.

    Существует много разновидностей любви. Одни тлеют годами, как огонь, поддерживаемый в печи, другие вспыхивают мгновенно, подобно извержению вулкана, и так же быстро гаснут. Наша любовь именно такой и была – внезапной, интенсивной, стремительной и яркой, но… краткосрочной.

    — Януш Леон Вишневский · книга
17. «

    Он не может желать себе смерти. Он просто нуждается в большей любви.

    Он не может желать себе смерти. Он просто нуждается в большей любви.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Сердце: Тому, кто всю жизнь прожил в иглу, не понять, как в ноябре, когда за окном льёт дождь, блаженно чувствуешь себя на мягком ковре у камина. (...) Разум: Нет ничего хуже, чем камин в пустом доме на следующий день. Осталась только зола, которую надо вынести. И очень часто не оказывается никого, кто сделал бы это для тебя. Ты думало, Сердце, об этом? В иглу всегда одинаково. Скучно? Холодно? Возможно. Но нет золы. В дополнение к золе ведь нужен огонь.

    Сердце: Тому, кто всю жизнь прожил в иглу, не понять, как в ноябре, когда за окном льёт дождь, блаженно чувствуешь себя на мягком ковре у камина. (...) Разум: Нет ничего хуже, чем камин в пустом доме на следующий день. Осталась только зола, которую надо вынести. И очень часто не оказывается никого, кто сделал бы это для тебя. Ты думало, Сердце, об этом? В иглу всегда одинаково. Скучно? Холодно? Возможно. Но нет золы. В дополнение к золе ведь нужен огонь.

    — Януш Леон Вишневский · книга
19. «

    Она никогда не соглашалась быть для мужчины только зеркалом. Она редко задерживала дыхание от удивления, слушая, как он изменит мир своим умом, деньгами или талантом. Потому что у Марты редко когда бывало меньше денег, меньше таланта и уж никогда не было меньше ума.

    Она никогда не соглашалась быть для мужчины только зеркалом. Она редко задерживала дыхание от удивления, слушая, как он изменит мир своим умом, деньгами или талантом. Потому что у Марты редко когда бывало меньше денег, меньше таланта и уж никогда не было меньше ума.

    — Януш Леон Вишневский · книга
20. «

    Я не сказала ему, что люблю пурпурные розы. Для меня это слишком личное.

    Я не сказала ему, что люблю пурпурные розы. Для меня это слишком личное.

    — Януш Леон Вишневский · книга