212 цитат Юрого Полякова, которые стоит перечитать

Ниже 212 цитат Юрого Полякова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   До сих пор, из поколения в поколение, передаётся знаменитый ляп в «Сухумской правде». На первой полосе шёл официоз «Визит Анастаса Ивановича Микояна в солнечную Абхазию», а на четвёртой — репортаж «Пополнение в Сухумском обезьяньем питомнике». Фотографии к текстам, как на грех, оказались одинакового формата. Верстальщик попутал цинковые квадратики: и на первой полосе очутился снимок мартышки, прибывшей из дружественной Индии, а на четвёртой усатая физиономия легендарного члена Политбюро, про которого шутили: «От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича». И что? Ничего. Микоян позвонил агонизирующему главному редактору и, смеясь, попросил: «Слушай, пошли мне десяток газеток, друзьям подарю. Пусть посмеются!»

   До сих пор, из поколения в поколение, передаётся знаменитый ляп в «Сухумской правде». На первой полосе шёл официоз «Визит Анастаса Ивановича Микояна в солнечную Абхазию», а на четвёртой — репортаж «Пополнение в Сухумском обезьяньем питомнике». Фотографии к текстам, как на грех, оказались одинакового формата. Верстальщик попутал цинковые квадратики: и на первой полосе очутился снимок мартышки, прибывшей из дружественной Индии, а на четвёртой усатая физиономия легендарного члена Политбюро, про которого шутили: «От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича». И что? Ничего. Микоян позвонил агонизирующему главному редактору и, смеясь, попросил: «Слушай, пошли мне десяток газеток, друзьям подарю. Пусть посмеются!»

   — Любовь в эпоху перемен · книга
2. «

   О белый космос монитора, Панельных символов оскал! Тебя, о чистый файл мой, скоро, Ах, очень скоро, страшно скоро Загадит мыслящий фекал!

   О белый космос монитора, Панельных символов оскал! Тебя, о чистый файл мой, скоро, Ах, очень скоро, страшно скоро Загадит мыслящий фекал!

   — Гипсовый трубач. Дубль два · книга
3. «

   У каждой страны, у каждого народа, у каждого человека своя правда, которая другим кажется ложью. И это нормально. Ненормально, когда страна, народ, человек начинают верить в чужую правду, а свою, родную, воспринимать как ложь. Тогда всё рушится… Всё!

   У каждой страны, у каждого народа, у каждого человека своя правда, которая другим кажется ложью. И это нормально. Ненормально, когда страна, народ, человек начинают верить в чужую правду, а свою, родную, воспринимать как ложь. Тогда всё рушится… Всё!

   — Грибной царь · книга
4. «

   Ревность, как икота, состояние непроизвольное и разуму неподвластное.

   Ревность, как икота, состояние непроизвольное и разуму неподвластное.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
5. «

   Жаль, что за деньги нельзя купить прошлое и уничтожить его.

   Жаль, что за деньги нельзя купить прошлое и уничтожить его.

   — Эдуард Викторович · книга
6. «

   России же – это я так считаю – ни одна дружба ещё не принесла ничего, кроме неприятностей.

   России же – это я так считаю – ни одна дружба ещё не принесла ничего, кроме неприятностей.

   — Павел Николаевич Шарманов · книга
7. «

   Кропотливое, бережное домашнее созидание таит в себе не меньше радости, чем бурные совпадения плоти. И никто не знает, что прочнее слепляет вместе мужчину и женщину — упоительное синхронное плавание в море телесной любви или согласие, достигнутое в муках при выборе обоев для спальни?

   Кропотливое, бережное домашнее созидание таит в себе не меньше радости, чем бурные совпадения плоти. И никто не знает, что прочнее слепляет вместе мужчину и женщину — упоительное синхронное плавание в море телесной любви или согласие, достигнутое в муках при выборе обоев для спальни?

   — Любовь в эпоху перемен · книга
8. «

   Верно батя говорил: начальству о бардаке докладывать — как свинье на грязь жаловаться.

   Верно батя говорил: начальству о бардаке докладывать — как свинье на грязь жаловаться.

   — Михаил · книга
9. «

   В мужчине, возвращающемся от любовницы, всегда есть добродушие сытого хищника.

   В мужчине, возвращающемся от любовницы, всегда есть добродушие сытого хищника.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
10. «

    Халтурят музыканты. Строители калымят. Продавцы наваривают. Мы, шофера, крадем — чтобы ты знал.

    Халтурят музыканты. Строители калымят. Продавцы наваривают. Мы, шофера, крадем — чтобы ты знал.

    — ЧП районного масштаба · книга
11. «

    «С этим надо заканчивать!» — мысленно твердил он себе по пути в банк, понимая, что ничего закончить уже невозможно. Всё только начинается. И он когда-нибудь просто разорвется между этими двумя женщинами пополам. И каждая из них с отвращением отшвырнёт доставшуюся ей половинку...

    «С этим надо заканчивать!» — мысленно твердил он себе по пути в банк, понимая, что ничего закончить уже невозможно. Всё только начинается. И он когда-нибудь просто разорвется между этими двумя женщинами пополам. И каждая из них с отвращением отшвырнёт доставшуюся ей половинку...

    — Олег Трудович Башмаков · книга
12. «

    Талант... половым путем не передается не только женам, что понятно, но, увы, частенько и детям. Талант — это озорной дар Космоса...

    Талант... половым путем не передается не только женам, что понятно, но, увы, частенько и детям. Талант — это озорной дар Космоса...

    — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
13. «

    Стремление нагадить в любом плохо освещаемом замкнутом пространстве — видовая особенность человека разумного.

    Стремление нагадить в любом плохо освещаемом замкнутом пространстве — видовая особенность человека разумного.

    — Небо падших · книга
14. «

    Если в доме новый мех — значит, в доме женский смех.

    Если в доме новый мех — значит, в доме женский смех.

    — Алиса · книга
15. «

    Профессия мужчины — быть мужчиной. Остальное — хобби...

    Профессия мужчины — быть мужчиной. Остальное — хобби...

    — Соня · книга
16. «

    Не бабе бранить, как мужик боронить...

    Не бабе бранить, как мужик боронить...

    — Геннадий Павлович Скорятин · книга
17. «

    Отчего в то утро было так тошно и тоскливо, почему мир казался отвратительно, невыносимо чужим? Ненависть к обступающей действительности ошеломляла, давила до обморока. <...> Ничего подобного потом с ним никогда не случалось. Лишь иногда, наталкиваясь на такую же тошнотворную ненависть к жизни в разговорах с «наоборотниками» или в книгах модных писателей, Скорятин недоумевал: однажды испытав это уничтожающее состояние, он до сих пор не мог его забыть, а они сделали из своего отвращения профессию. Бедные, несчастные, как они существуют с этим червивым шевелением в душе́?

    Отчего в то утро было так тошно и тоскливо, почему мир казался отвратительно, невыносимо чужим? Ненависть к обступающей действительности ошеломляла, давила до обморока. <...> Ничего подобного потом с ним никогда не случалось. Лишь иногда, наталкиваясь на такую же тошнотворную ненависть к жизни в разговорах с «наоборотниками» или в книгах модных писателей, Скорятин недоумевал: однажды испытав это уничтожающее состояние, он до сих пор не мог его забыть, а они сделали из своего отвращения профессию. Бедные, несчастные, как они существуют с этим червивым шевелением в душе́?

    — Геннадий Павлович Скорятин · книга
18. «

    «Странно... Куда исчезают слова?» — подумал Скорятин. В детстве он слышал постоянно: «Гена, не перебивай аппетит!», «Гена, положи печенье на место!», «Гена, не подходи к варенью, перебьёшь аппетит!» Этот самый аппетит казался беззащитным пресмыкающимся, которому легко можно перебить спинной хрящик — и тогда наступит голодная смерть. Теперь про аппетит никто и не вспоминает. Даже не слышно, чтобы какая-нибудь мамаша крикнула ребенку, уплетающему вредную сладость: «Брось! Перебьёшь аппетит!»

    «Странно... Куда исчезают слова?» — подумал Скорятин. В детстве он слышал постоянно: «Гена, не перебивай аппетит!», «Гена, положи печенье на место!», «Гена, не подходи к варенью, перебьёшь аппетит!» Этот самый аппетит казался беззащитным пресмыкающимся, которому легко можно перебить спинной хрящик — и тогда наступит голодная смерть. Теперь про аппетит никто и не вспоминает. Даже не слышно, чтобы какая-нибудь мамаша крикнула ребенку, уплетающему вредную сладость: «Брось! Перебьёшь аппетит!»

    — Геннадий Павлович Скорятин · книга
19. «

    День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

    День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

    — Соня · книга
20. «

    — Вы друзья детства, да? — спросила девушка, изящно прожевав кусочек. — Мы братья, — сообщил Слабинзон. — Не похоже. — Просто Башмакова крестили, а мне на всякий случай сделали обрезание. И наши пути разошлись...

    — Вы друзья детства, да? — спросила девушка, изящно прожевав кусочек. — Мы братья, — сообщил Слабинзон. — Не похоже. — Просто Башмакова крестили, а мне на всякий случай сделали обрезание. И наши пути разошлись...

    — Линда (аспирантка МГУ) · книга