396 цитат Трогательные цитаты, которые цепляют

396 цитат в разделе «Трогательные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Я буду добиваться своей цели, это будет отнимать всё больше и больше времени, поэтому мы не сможем часто видеться. А когда будем видеться буду думать о барабанах, о джазе, о нотах и так далее, и ты начнёшь раздражаться, начнёшь просить чтобы я поменьше репетировал, почаще был с тобой, а я не смогу этого сделать, и я начну раздражаться на то что ты меня об этом просишь. Мы будем бесить друг друга, и это будет ужасно. Поэтому лучше растаться сразу.

   Я буду добиваться своей цели, это будет отнимать всё больше и больше времени, поэтому мы не сможем часто видеться. А когда будем видеться буду думать о барабанах, о джазе, о нотах и так далее, и ты начнёшь раздражаться, начнёшь просить чтобы я поменьше репетировал, почаще был с тобой, а я не смогу этого сделать, и я начну раздражаться на то что ты меня об этом просишь. Мы будем бесить друг друга, и это будет ужасно. Поэтому лучше растаться сразу.

   — Эндрю Ниман · фильм
2. «

   О не лети так жизнь, на миг хоть, задержись. Уж лучше ты меня калечь, пытай, и мучай. Пусть будет все — тюрьма, болезнь, несчастный случай. Я все перенесу, но не лети так, жизнь.

   О не лети так жизнь, на миг хоть, задержись. Уж лучше ты меня калечь, пытай, и мучай. Пусть будет все — тюрьма, болезнь, несчастный случай. Я все перенесу, но не лети так, жизнь.

   — Леонид Филатов
3. «

   Ушли от моря горы, Жажду утолив. И лёг на берег город, Охватив залив. Он стар и вечно молод, Здесь на берегу, Залив глядит на город, Город мой, Баку!

   Ушли от моря горы, Жажду утолив. И лёг на берег город, Охватив залив. Он стар и вечно молод, Здесь на берегу, Залив глядит на город, Город мой, Баку!
4. «

   Как умудряется он успеть свое промолчать и свое пропеть, по планете просеменить, гнев на милость переменить? Как умудряется он, чудак, на ярмарке поцелуев и драк, в славословии и пальбе выбрать только любовь себе?

   Как умудряется он успеть свое промолчать и свое пропеть, по планете просеменить, гнев на милость переменить? Как умудряется он, чудак, на ярмарке поцелуев и драк, в славословии и пальбе выбрать только любовь себе?

   — Булат Окуджава
5. «

   Странное дело. Говорят, ребёнок — это подарок. Но в ожидании этого подарка тебя тошнит девять месяцев, а потом, рожая, орёшь. Но это подарок, Линетт. Я знаю, поскольку провела много часов в страхе, что могу его потерять. Я поняла, что готова отдать всё, что у меня есть и всё, что у меня когда-нибудь будет за то, чтоб еще хоть один день побыть мамой Джули.

   Странное дело. Говорят, ребёнок — это подарок. Но в ожидании этого подарка тебя тошнит девять месяцев, а потом, рожая, орёшь. Но это подарок, Линетт. Я знаю, поскольку провела много часов в страхе, что могу его потерять. Я поняла, что готова отдать всё, что у меня есть и всё, что у меня когда-нибудь будет за то, чтоб еще хоть один день побыть мамой Джули.

   — Сьюзан Майер · сериал
6. «

   Котов не возят в морги. Поэтому предсмертные ощущения могут рассказать только они сами.

   Котов не возят в морги. Поэтому предсмертные ощущения могут рассказать только они сами.

   — Андрей Ангелов · книга
7. «

   Я хочу завещать свой Гран Торино 72 года своему другу Тао Ван Лору, только если ты не снесешь ему крышу, словно панк, не нанесешь на него дурацкие картинки, как делает это разная белая голытьба, и не станешь заклеивать глупыми словечками, как другие уроды. Это жутко выглядит. Если ты сможешь этого не делать, он твой. ========================= Итак, последняя просьба. Снова прошу прощения за выражения, которые употребил мистер Ковальски в завещании, я просто читаю то, что написано: «Я хочу оставить свой Гран Торино 1972 года... моему другу, Тао Ван Лору. При условии, что он не отрежет ей крышу, как мексикашки, не будет рисовать на ней идиотское пламя, как какая-нибудь рвань из деревни и не будет ставить огромный пидорский спойлер сзади, как обычно делают все узкоглазые. Выглядит отвратительно. Сможешь удержаться от подобных вещей, машина твоя.» [Перевод: Дмитрий «Goblin» Пучков]

   Я хочу завещать свой Гран Торино 72 года своему другу Тао Ван Лору, только если ты не снесешь ему крышу, словно панк, не нанесешь на него дурацкие картинки, как делает это разная белая голытьба, и не станешь заклеивать глупыми словечками, как другие уроды. Это жутко выглядит. Если ты сможешь этого не делать, он твой. ========================= Итак, последняя просьба. Снова прошу прощения за выражения, которые употребил мистер Ковальски в завещании, я просто читаю то, что написано: «Я хочу оставить свой Гран Торино 1972 года... моему другу, Тао Ван Лору. При условии, что он не отрежет ей крышу, как мексикашки, не будет рисовать на ней идиотское пламя, как какая-нибудь рвань из деревни и не будет ставить огромный пидорский спойлер сзади, как обычно делают все узкоглазые. Выглядит отвратительно. Сможешь удержаться от подобных вещей, машина твоя.» [Перевод: Дмитрий «Goblin» Пучков]

   — Уолт Ковальски · фильм
8. «

   Она была шаловлива, как юный Моцарт, и неумолима, как смерть.

   Она была шаловлива, как юный Моцарт, и неумолима, как смерть.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Я так долго пробыла в темноте, что успела к ней привыкнуть. Нужно сразу обращаться к свету. Йован был прав, когда говорил, что любовь – это только про счастье.

   Я так долго пробыла в темноте, что успела к ней привыкнуть. Нужно сразу обращаться к свету. Йован был прав, когда говорил, что любовь – это только про счастье.

   — Ася Лавринович · книга
10. «

    Ваймс закрыл глаза в надежде, что когда они откроются, мир станет лучше.

    Ваймс закрыл глаза в надежде, что когда они откроются, мир станет лучше.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Самой нежной любви наступает конец, Бесконечной тоски обрывается пряжа... Что мне делать с тобою, с собой, наконец, Как тебя позабыть, дорогая пропажа?

    Самой нежной любви наступает конец, Бесконечной тоски обрывается пряжа... Что мне делать с тобою, с собой, наконец, Как тебя позабыть, дорогая пропажа?

    — Александр Вертинский
12. «

    Она не была в Эмиратах, Не видела Рим никогда И вряд ли увидит когда-то: Ей не с кем оставить кота.

    Она не была в Эмиратах, Не видела Рим никогда И вряд ли увидит когда-то: Ей не с кем оставить кота.

    — Вера Бутко
13. «

    Кем бы мы с тобою не стали, если б не встретились не расстались, представь.

    Кем бы мы с тобою не стали, если б не встретились не расстались, представь.
14. «

    Боль поднялась выше берега, брызги ее соленой волны ударили по глазам. Но я не зажмурился. В силу ли высокого болевого порога или потому, что был прирожденным мазохистом?

    Боль поднялась выше берега, брызги ее соленой волны ударили по глазам. Но я не зажмурился. В силу ли высокого болевого порога или потому, что был прирожденным мазохистом?

    — Катерина Юн · книга
15. «

    — Той ночью Эмма плакала. Сначала я думал, что она просто боялась. Мне тогда и самому было страшно. Но я боялся за свою жизнь, а Эмма плакала из-за того, что её семья может умереть. Она удивительная, правда? Думала только о том, чтобы защитить своих близких! — Но она ошибается! Это тонущий корабль! Откровенно говоря, мы сможем сбежать лишь втроём! Ты ведь разумно мыслишь. Прислушайся к себе. Не дай эмоциям затуманить разум, Норман! — Ты ошибаешься, Рей. Я хочу плыть на этом корабле! — Что?... Но почему?... Ты ведь не такой! Ты невозмутимый, всегда находишь верный ответ! Так объясни, почему! — Я люблю её. Я люблю Эмму и хочу, чтобы она улыбалась.

    — Той ночью Эмма плакала. Сначала я думал, что она просто боялась. Мне тогда и самому было страшно. Но я боялся за свою жизнь, а Эмма плакала из-за того, что её семья может умереть. Она удивительная, правда? Думала только о том, чтобы защитить своих близких! — Но она ошибается! Это тонущий корабль! Откровенно говоря, мы сможем сбежать лишь втроём! Ты ведь разумно мыслишь. Прислушайся к себе. Не дай эмоциям затуманить разум, Норман! — Ты ошибаешься, Рей. Я хочу плыть на этом корабле! — Что?... Но почему?... Ты ведь не такой! Ты невозмутимый, всегда находишь верный ответ! Так объясни, почему! — Я люблю её. Я люблю Эмму и хочу, чтобы она улыбалась.

    — Норман (Norman)
16. «

    Никто не знал, как и чем выразить счастье. В воздух стреляли из автоматов, пистолетов, винтовок. Хотелось выпить. Но ни водки, ни спирта никто нигде достать не смог. Недалеко от нас стоял полуразвалившийся сарай. Поджечь его! Многим это решение пришло одновременно... Мы подожгли сарай и прыгали вокруг него как сумасшедшие...

    Никто не знал, как и чем выразить счастье. В воздух стреляли из автоматов, пистолетов, винтовок. Хотелось выпить. Но ни водки, ни спирта никто нигде достать не смог. Недалеко от нас стоял полуразвалившийся сарай. Поджечь его! Многим это решение пришло одновременно... Мы подожгли сарай и прыгали вокруг него как сумасшедшие...

    — Юрий Никулин
17. «

    Когда я была молодой мамой, я каждый день водила дочку в школу. Когда я уходила, она плакала. И вот однажды я ушла, а она не плакала... Тогда заплакала я...

    Когда я была молодой мамой, я каждый день водила дочку в школу. Когда я уходила, она плакала. И вот однажды я ушла, а она не плакала... Тогда заплакала я...

    — Гретхен Бодински · сериал
18. «

    — Здесь пахнет солдатскими сапогами и террором, — сказала она. — Пусть сюда войдет август. Откроем окна настежь и уйдем.

    — Здесь пахнет солдатскими сапогами и террором, — сказала она. — Пусть сюда войдет август. Откроем окна настежь и уйдем.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Снег хрустит под жёсткими ступнями И хватает вьюга за бочок, Ёлочка сигналит мне огнями - Новогодний маячок! Что за чудо-чудо - Ёлка-маячок!

    Снег хрустит под жёсткими ступнями И хватает вьюга за бочок, Ёлочка сигналит мне огнями - Новогодний маячок! Что за чудо-чудо - Ёлка-маячок!

    — Умка · мультфильм
20. «

    Только что пролистал одну биографию. Мысль о том, что все упомянутые в ней персонажи существуют уже только на страницах этой книги, показалась мне настолько невыносимой, что я лег, дабы не упасть в обморок.

    Только что пролистал одну биографию. Мысль о том, что все упомянутые в ней персонажи существуют уже только на страницах этой книги, показалась мне настолько невыносимой, что я лег, дабы не упасть в обморок.

    — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран)