22 цитаты из книги «Бернар Вербер. Мы, боги» — от иронии до философии

Собрали 22 цитаты из книги «Бернар Вербер. Мы, боги» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Банальные выражения оправдывают худшие жестокости.

   Банальные выражения оправдывают худшие жестокости.
2. «

   Одна землеройка безобидна, но когда их слишком много на поле, они становятся бедствием.

   Одна землеройка безобидна, но когда их слишком много на поле, они становятся бедствием.

   — Деметра · книга
3. «

   ... изобретение людьми концепции Бога является лишь успокаивающим занавесом перед лицом головокружения, охватывающего их из-за бесконечной сложности того, что может находиться над ними.

   ... изобретение людьми концепции Бога является лишь успокаивающим занавесом перед лицом головокружения, охватывающего их из-за бесконечной сложности того, что может находиться над ними.

   — Эдмонд Уэллс · книга
4. «

   Для нас, богов, ребенок всегда ребенок, даже если он появился в результате изнасилования. Люди рождаются, и мы не учитываем, как именно они были зачаты.

   Для нас, богов, ребенок всегда ребенок, даже если он появился в результате изнасилования. Люди рождаются, и мы не учитываем, как именно они были зачаты.

   — Гермес · книга
5. «

   Не суди. Приспосабливайся.

   Не суди. Приспосабливайся.
6. «

   Нельзя постоянно жить в страхе. Иногда нужно поверить и рискнуть.

   Нельзя постоянно жить в страхе. Иногда нужно поверить и рискнуть.
7. «

   Наши страхи вызываются способностью мысленно отправляться в будущее... не думать о будущем — значит уменьшать свою тревогу.

   Наши страхи вызываются способностью мысленно отправляться в будущее... не думать о будущем — значит уменьшать свою тревогу.
8. «

   Палачи всегда ненавидят своих жертв. Особенно если те простили.

   Палачи всегда ненавидят своих жертв. Особенно если те простили.
9. «

   «Диктатура пролетариата» — парадокс, по сути означающий «тирания эксплуатируемых».

   «Диктатура пролетариата» — парадокс, по сути означающий «тирания эксплуатируемых».
10. «

    Мускул, который не работает, атрофируется. А ведь храбрость — это мускул, независимость — это мускул, амбициозность — это мускул.

    Мускул, который не работает, атрофируется. А ведь храбрость — это мускул, независимость — это мускул, амбициозность — это мускул.

    — Рауль Разорбак · книга
11. «

    Сперва нужно быть сильным и только потом великодушным.

    Сперва нужно быть сильным и только потом великодушным.
12. «

    Однажды мне пришла в голову странная мысль: «А если бы мы были одни во Вселенной»? Даже непреодолимые скептики в душе надеются, что могут существовать инопланетяне, и если мы потерпим поражение, где-то, возможно, очень далеко, другим разумным существам повезет. И это ободряет… Но если бы мы были одни? Действительно одни? Если бы. во всем бесконечном космосе не было ничего живого и наделенного разумом? Если бы все планеты были похожи на те, что можно видеть в солнечной системе… слишком холодные, или слишком горячие, состоящие из газовой магмы или камней? Если земной опыт был лишь цепочкой случайностей и совпадений, которые настолько экстраординарны, что он нигде больше не повторился? Если это было единственное и невоспроизводимое чудо? Это значит, что если мы провалимся на экзамене, если мы разрушим нашу планету (а мы с недавнего времени можем это сделать с помощью ядерного оружия, загрязнения окружающей среды и т.д.), ничего больше не останется. После нас, возможно, «игра закончена», и нельзя начать новую партию. Может быть, мы – это последний шанс. Тогда наша ошибка будет огромна. Мысль о несуществовании инопланетян гораздо более тревожна, чем мысль об их существовании… От этого кружится голова. И в то же время какая ответственность! Видимо, это и есть самое древнее и самое опасное послание: «Возможно, мы одни во Вселенной, и если мы потерпим поражение, ничего нигде больше не будет».

    Однажды мне пришла в голову странная мысль: «А если бы мы были одни во Вселенной»? Даже непреодолимые скептики в душе надеются, что могут существовать инопланетяне, и если мы потерпим поражение, где-то, возможно, очень далеко, другим разумным существам повезет. И это ободряет… Но если бы мы были одни? Действительно одни? Если бы. во всем бесконечном космосе не было ничего живого и наделенного разумом? Если бы все планеты были похожи на те, что можно видеть в солнечной системе… слишком холодные, или слишком горячие, состоящие из газовой магмы или камней? Если земной опыт был лишь цепочкой случайностей и совпадений, которые настолько экстраординарны, что он нигде больше не повторился? Если это было единственное и невоспроизводимое чудо? Это значит, что если мы провалимся на экзамене, если мы разрушим нашу планету (а мы с недавнего времени можем это сделать с помощью ядерного оружия, загрязнения окружающей среды и т.д.), ничего больше не останется. После нас, возможно, «игра закончена», и нельзя начать новую партию. Может быть, мы – это последний шанс. Тогда наша ошибка будет огромна. Мысль о несуществовании инопланетян гораздо более тревожна, чем мысль об их существовании… От этого кружится голова. И в то же время какая ответственность! Видимо, это и есть самое древнее и самое опасное послание: «Возможно, мы одни во Вселенной, и если мы потерпим поражение, ничего нигде больше не будет».

    — Эдмон Уэллс · книга
13. «

    Во взгляде другого человека мы прежде всего ищем собственное отражение.

    Во взгляде другого человека мы прежде всего ищем собственное отражение.
14. «

    Я всегда думал, что быть Богом значит иметь неограниченные возможности. Я обнаруживаю, что это значит иметь огромную ответственность.

    Я всегда думал, что быть Богом значит иметь неограниченные возможности. Я обнаруживаю, что это значит иметь огромную ответственность.

    — Мишель Пенсон · книга
15. «

    В неустойчивом мире кусочек хорошего торта, по крайней мере, является неоспоримым удовольствием.

    В неустойчивом мире кусочек хорошего торта, по крайней мере, является неоспоримым удовольствием.

    — Рауль Разорбак · книга
16. «

    Зачем нужен свет, если он светит днем? Свет виден лишь в темноте. Светлость измеряется лишь своей противоположностью.

    Зачем нужен свет, если он светит днем? Свет виден лишь в темноте. Светлость измеряется лишь своей противоположностью.

    — Афродита · книга
17. «

    Духовность противоположна религии, поскольку она присуща каждому человеку, в то время как религия является лишь готовой мыслью, предназначенной для тех, кто не в состоянии найти собственный путь развития.

    Духовность противоположна религии, поскольку она присуща каждому человеку, в то время как религия является лишь готовой мыслью, предназначенной для тех, кто не в состоянии найти собственный путь развития.
18. «

    — Вы просто добьете агонизирующее человечество. Оно много пожило. Оно написало 2222 на своих календарях, но на самом деле ему уже три миллиона лет. Оно страдает от ревматизма и рака. Я уверен, что если бы оно могло говорить, оно умоляло бы о том, чтобы его страдания прекратили. Это не преступление, это эвтаназия. Люсьен далеко не убежден. — Если это — быть богом...то я предпочитаю уволиться.

    — Вы просто добьете агонизирующее человечество. Оно много пожило. Оно написало 2222 на своих календарях, но на самом деле ему уже три миллиона лет. Оно страдает от ревматизма и рака. Я уверен, что если бы оно могло говорить, оно умоляло бы о том, чтобы его страдания прекратили. Это не преступление, это эвтаназия. Люсьен далеко не убежден. — Если это — быть богом...то я предпочитаю уволиться.
19. «

    Ах, инициация женщинами, говорю тебе. Они все прекрасные, сумасшедшие, наделенные интуицией, капризные, загадочные, надменные, требующие верности, ветреные, щедрые, собственнические, приводящие нас на вершину блаженства и отчаяния. Но при встрече с ними мы должны научиться понимать себя, а значит развиваться. Это как создание философского камня… который очищается, выпаривается, сублимируется, обугливается, но меняется. Единственная опасность в том, чтобы не зациклиться на одной и не прилипнуть, как муха к меду.

    Ах, инициация женщинами, говорю тебе. Они все прекрасные, сумасшедшие, наделенные интуицией, капризные, загадочные, надменные, требующие верности, ветреные, щедрые, собственнические, приводящие нас на вершину блаженства и отчаяния. Но при встрече с ними мы должны научиться понимать себя, а значит развиваться. Это как создание философского камня… который очищается, выпаривается, сублимируется, обугливается, но меняется. Единственная опасность в том, чтобы не зациклиться на одной и не прилипнуть, как муха к меду.

    — Рауль Разорбак · книга
20. «

    Когда ты ничего не знаешь, можно все придумать. А когда знаешь — такая ответственность.

    Когда ты ничего не знаешь, можно все придумать. А когда знаешь — такая ответственность.