467 фраз из книги «Джон Рональд Руэл Толкин. Властелин Колец» для дневника

Собрали 467 цитат из книги «Джон Рональд Руэл Толкин. Властелин Колец» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мир и вправду полон опасностей, и в нем много темного, но много и прекрасного. Нет такого места, где любовь не была бы омрачена горем, но не становится ли она от этого только сильнее?

   Мир и вправду полон опасностей, и в нем много темного, но много и прекрасного. Нет такого места, где любовь не была бы омрачена горем, но не становится ли она от этого только сильнее?

   — Халдир · книга
2. «

   Не сумеет умный — осилит сильный.

   Не сумеет умный — осилит сильный.

   — Боромир · книга
3. «

   Добро и зло местами не менялись: что прежде, то и теперь, что у эльфов и гномов, то и у людей. Нужно только отличать одно от другого.

   Добро и зло местами не менялись: что прежде, то и теперь, что у эльфов и гномов, то и у людей. Нужно только отличать одно от другого.

   — Арагорн · книга
4. «

   Гил-Гэлад, светлый государь, Последний всеэльфийский царь, Хотел навеки превозмочь Нависшую над миром ночь.

   Гил-Гэлад, светлый государь, Последний всеэльфийский царь, Хотел навеки превозмочь Нависшую над миром ночь.

   — Сэмуайз Гэмджи (Сэм) · книга
5. «

   Ему, видно, хотелось прибрать все на свете к рукам и стать самым-самым главным. Глядь — а он уже нахапал выше головы и подряд скупает мельницы, пивоварни, трактиры, фермы и плантации.

   Ему, видно, хотелось прибрать все на свете к рукам и стать самым-самым главным. Глядь — а он уже нахапал выше головы и подряд скупает мельницы, пивоварни, трактиры, фермы и плантации.

   — Кроттон · книга
6. «

   Древний Фангорн лежит на границе нашего королевства, но вот уже много поколений, как гондорцы там не бывали, так что опровергнуть пришедших из глубины времени легенд некому – но некому и подтвердить их.

   Древний Фангорн лежит на границе нашего королевства, но вот уже много поколений, как гондорцы там не бывали, так что опровергнуть пришедших из глубины времени легенд некому – но некому и подтвердить их.

   — Боромир · книга
7. «

   Ты говоришь, нам нужно понять друг друга? Я тебя вполне понимаю, а вот тебе меня уже не понять.

   Ты говоришь, нам нужно понять друг друга? Я тебя вполне понимаю, а вот тебе меня уже не понять.

   — Гэндальф · книга
8. «

   Я люблю полюбоваться на метель из окошка, утречком, лежа под теплым одеялом.

   Я люблю полюбоваться на метель из окошка, утречком, лежа под теплым одеялом.

   — Сэммиум Скромби · книга
9. «

   Все же лучше бы мирным чужестранам, забредшим в Ристанию в наши смутные дни, быть поучтивее.

   Все же лучше бы мирным чужестранам, забредшим в Ристанию в наши смутные дни, быть поучтивее.

   — Эомер · книга
10. «

    Проникая в коварные помыслы Врага, невольно проникаешься и его коварством.

    Проникая в коварные помыслы Врага, невольно проникаешься и его коварством.

    — Элронд · книга
11. «

    ... поверь мне, горестно и мучительно видеть любовь, которой из-за тебя суждено остаться безответной.

    ... поверь мне, горестно и мучительно видеть любовь, которой из-за тебя суждено остаться безответной.

    — Арагорн · книга
12. «

    В пути тебе встретится немало врагов, иных сразу узнаешь, иных — нет, но можешь встретить и друзей, даже когда на это будет меньше всего надежды.

    В пути тебе встретится немало врагов, иных сразу узнаешь, иных — нет, но можешь встретить и друзей, даже когда на это будет меньше всего надежды.

    — Элронд · книга
13. «

    Хватит с него и собственного сада, незачем превращать в свой сад целое царство; есть у него свои руки — и ладно, а чужими руками нечего жар загребать.

    Хватит с него и собственного сада, незачем превращать в свой сад целое царство; есть у него свои руки — и ладно, а чужими руками нечего жар загребать.

    — Сэммиум Скромби · книга
14. «

    — Должно быть, ваша страна живет в покое и довольстве и садовники у вас в большом почете. — Не все у нас хорошо, но садовники и правда в почете. — Однако даже и в садах своих вы, наверное, иногда устаете — таков удел всякой твари под солнцем.

    — Должно быть, ваша страна живет в покое и довольстве и садовники у вас в большом почете. — Не все у нас хорошо, но садовники и правда в почете. — Однако даже и в садах своих вы, наверное, иногда устаете — таков удел всякой твари под солнцем.

    — Фарамир · книга
15. «

    Он жив, тебе же сердце подсказывало, что он жив. Не доверяй своей голове, Сэмвайз, это далеко не лучшее, что у тебя есть!

    Он жив, тебе же сердце подсказывало, что он жив. Не доверяй своей голове, Сэмвайз, это далеко не лучшее, что у тебя есть!

    — Сэмуайз Гэмджи (Сэм) · книга
16. «

    В наше смутное и тревожное время такая простота кажется безумной. Дни всеобщего дружелюбия миновали...

    В наше смутное и тревожное время такая простота кажется безумной. Дни всеобщего дружелюбия миновали...

    — Гэндальф · книга
17. «

    Мудрость заключается в том, чтобы распознать необходимое, когда все прочие средства отпали, сколь безумно ни выглядело бы оно в глазах тех, кто тешится ложными надеждами.

    Мудрость заключается в том, чтобы распознать необходимое, когда все прочие средства отпали, сколь безумно ни выглядело бы оно в глазах тех, кто тешится ложными надеждами.

    — Гэндальф · книга
18. «

    Неужели злоключения никогда не кончаются? Неужели любую начавшуюся историю кто-то обязательно должен продолжить? Видимо, так.

    Неужели злоключения никогда не кончаются? Неужели любую начавшуюся историю кто-то обязательно должен продолжить? Видимо, так.

    — Бильбо Бэггинс · книга
19. «

    Этот мир гибнет, а мы — в самом сердце его, и нам не спастись.

    Этот мир гибнет, а мы — в самом сердце его, и нам не спастись.

    — Фродо Бэггинс · книга
20. «

    В мире много злых сил, с которыми вашим крепким стенам и острым мечам дела иметь не приходится. Ты сказал, что Север наслаждается покоем и свободой. Но что знали бы о покое и свободе народы Севера, если бы не мы? Один страх перед Тенью уже сломил бы их. Но когда с пустынных холмов и из бессолнечных чащоб в долины являются темные твари – мы изгоняем их прочь. Кто осмелился бы путешествовать по дорогам, кто чувствовал бы себя в безопасности дома или в поле, кто мог бы спокойно спать у себя в постели, если бы дунаданы предавались сну или сошли в могилы? И все же мы слышим слова благодарности реже, чем вы. Путешественники провожают нас хмурыми взглядами, крестьяне наделяют презрительными кличками. Для одного толстяка, что живет в дне пути от чудищ, единственно от вида которых у него остановилось бы сердце и которые с легкостью сотрут его селение с лица земли, стоит только нам ненадолго снять стражу, – так вот, для этого толстяка я – подозрительный проходимец, «Бродяга-Шире-Шаг»... Но мы не хотим ничего менять. Когда простой народ беззаботен, когда ему нечего бояться, он остается свободным, а это главное.

    В мире много злых сил, с которыми вашим крепким стенам и острым мечам дела иметь не приходится. Ты сказал, что Север наслаждается покоем и свободой. Но что знали бы о покое и свободе народы Севера, если бы не мы? Один страх перед Тенью уже сломил бы их. Но когда с пустынных холмов и из бессолнечных чащоб в долины являются темные твари – мы изгоняем их прочь. Кто осмелился бы путешествовать по дорогам, кто чувствовал бы себя в безопасности дома или в поле, кто мог бы спокойно спать у себя в постели, если бы дунаданы предавались сну или сошли в могилы? И все же мы слышим слова благодарности реже, чем вы. Путешественники провожают нас хмурыми взглядами, крестьяне наделяют презрительными кличками. Для одного толстяка, что живет в дне пути от чудищ, единственно от вида которых у него остановилось бы сердце и которые с легкостью сотрут его селение с лица земли, стоит только нам ненадолго снять стражу, – так вот, для этого толстяка я – подозрительный проходимец, «Бродяга-Шире-Шаг»... Но мы не хотим ничего менять. Когда простой народ беззаботен, когда ему нечего бояться, он остается свободным, а это главное.

    — Арагорн · книга