176 коротких цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища»

Собрали 176 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Дни рождения ущемляют самолюбие человека. Особенно по утрам...

   Дни рождения ущемляют самолюбие человека. Особенно по утрам...

   — Отто Кестер · книга
2. «

   Слишком много крови было пролито на этой земле, чтобы можно сохранить веру в небесного отца!

   Слишком много крови было пролито на этой земле, чтобы можно сохранить веру в небесного отца!

   — Роберт Локамп · книга
3. «

   — Вы здесь? — Трудно было бы отрицать.

   — Вы здесь? — Трудно было бы отрицать.
4. «

   Я отпустил её; но что-то во мне не могло расстаться с ней.

   Я отпустил её; но что-то во мне не могло расстаться с ней.

   — Роберт Локамп · книга
5. «

   — Я так счастлива, — сказала она. Я стоял и смотрел на неё. Она сказала только три слова. Но никогда еще я не слыхал, чтобы их так произносили. Я знал женщин, но встречи с ними всегда были мимолетными — какие-то приключения, иногда яркие часы, одинокий вечер, бегство от самого себя, от отчаяния, от пустоты. Да я и не искал ничего другого; ведь я знал, что нельзя полагаться ни на что, только на самого себя и в лучшем случае на товарища.

   — Я так счастлива, — сказала она. Я стоял и смотрел на неё. Она сказала только три слова. Но никогда еще я не слыхал, чтобы их так произносили. Я знал женщин, но встречи с ними всегда были мимолетными — какие-то приключения, иногда яркие часы, одинокий вечер, бегство от самого себя, от отчаяния, от пустоты. Да я и не искал ничего другого; ведь я знал, что нельзя полагаться ни на что, только на самого себя и в лучшем случае на товарища.

   — Патриция Хольман · книга
6. «

   Как чудесно приходить домой и заставать тебя, каждый раз это для меня сюрприз. Когда я поднимаюсь по последним ступенькам и открываю дверь, у меня всегда бьется сердце: а вдруг это неправда.

   Как чудесно приходить домой и заставать тебя, каждый раз это для меня сюрприз. Когда я поднимаюсь по последним ступенькам и открываю дверь, у меня всегда бьется сердце: а вдруг это неправда.

   — Роберт Локамп · книга
7. «

   Одиночество легче, когда не любишь.

   Одиночество легче, когда не любишь.

   — Патриция Хольман · книга
8. «

   Она казалась мне существом из другого мира. Я совершенно не мог себе представить, кто она такая и как она живет.

   Она казалась мне существом из другого мира. Я совершенно не мог себе представить, кто она такая и как она живет.

   — Роберт Локамп · книга
9. «

   Надо всё уравновешивать — вот в чём весь секрет жизни...

   Надо всё уравновешивать — вот в чём весь секрет жизни...

   — Блюменталь · книга
10. «

    Было какое-то странное настроение. Словно время остановилось; оно уже не было рекой, вытекающей из мрака и впадающей в мрак, — оно стало морем, в котором безмолвно отражалась жизнь.

    Было какое-то странное настроение. Словно время остановилось; оно уже не было рекой, вытекающей из мрака и впадающей в мрак, — оно стало морем, в котором безмолвно отражалась жизнь.

    — Роберт Локамп · книга
11. «

    С женщинами я справляюсь, а вот с любовью — не могу. Безнадежность — вот что нагоняет на меня тоску.

    С женщинами я справляюсь, а вот с любовью — не могу. Безнадежность — вот что нагоняет на меня тоску.

    — Роберт Локамп · книга
12. «

    Есть ведь люди, которые и в несчастье находят счастье.

    Есть ведь люди, которые и в несчастье находят счастье.

    — Готтфрид Ленц · книга
13. «

    Пока держусь, нахожусь, как говорится, в добром здравии, только вот лучше поменьше думать обо всем этом. Особенно когда остаёшься один. Вечерами. Не то вдруг накатывает прошлое и таращит на тебя мёртвые зенки. Впрочем, на то ведь и существует на свете шнапс.

    Пока держусь, нахожусь, как говорится, в добром здравии, только вот лучше поменьше думать обо всем этом. Особенно когда остаёшься один. Вечерами. Не то вдруг накатывает прошлое и таращит на тебя мёртвые зенки. Впрочем, на то ведь и существует на свете шнапс.

    — Роберт Локамп · книга
14. «

    Странная это всё же вещь – день рождения, даже если не придаёшь ему никакого значения.

    Странная это всё же вещь – день рождения, даже если не придаёшь ему никакого значения.

    — Роберт Локамп · книга
15. «

    Ведь нет ничего прочного — даже воспоминаний.

    Ведь нет ничего прочного — даже воспоминаний.
16. «

    Родиться глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.

    Родиться глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.

    — Готтфрид Ленц · книга
17. «

    В руке у него было письмо. Он выглядел как человек, в которого только что выстрелили, но он еще не верит этому и не чувствует боли, он ощущал пока только толчок.

    В руке у него было письмо. Он выглядел как человек, в которого только что выстрелили, но он еще не верит этому и не чувствует боли, он ощущал пока только толчок.

    — Роберт Локамп · книга
18. «

    Наше прошлое научило нас не заглядывать далеко вперед.

    Наше прошлое научило нас не заглядывать далеко вперед.
19. «

    Что вы знаете, ребята, о бытии! Ведь вы боитесь собственных чувств. Вы не пишете писем — вы звоните по телефону; вы больше не мечтаете — вы выезжаете за город с субботы на воскресенье; вы разумны в любви и неразумны в политике — жалкое племя!

    Что вы знаете, ребята, о бытии! Ведь вы боитесь собственных чувств. Вы не пишете писем — вы звоните по телефону; вы больше не мечтаете — вы выезжаете за город с субботы на воскресенье; вы разумны в любви и неразумны в политике — жалкое племя!

    — Фердинанд Грау · книга
20. «

    — Слишком молода! — повторила она. — Это только так принято говорить. По-моему, человек никогда не бывает слишком молодым. Напротив, он всегда слишком стар.

    — Слишком молода! — повторила она. — Это только так принято говорить. По-моему, человек никогда не бывает слишком молодым. Напротив, он всегда слишком стар.

    — Патриция Хольман · книга