19 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища»

Собрали 19 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Сегодня главное: уметь забывать! И не раздумывать!

   Сегодня главное: уметь забывать! И не раздумывать!

   — Роберт Локамп · книга
2. «

   Мир не сумасшедший. Только люди.

   Мир не сумасшедший. Только люди.

   — Роберт Локамп · книга
3. «

   Настоящая любовь не терпит посторонних.

   Настоящая любовь не терпит посторонних.

   — Роберт Локамп · книга
4. «

   Всякая любовь хочет быть вечной, в этом и состоит её вечная мука.

   Всякая любовь хочет быть вечной, в этом и состоит её вечная мука.

   — Роберт Локамп · книга
5. «

   С женщиной невозможно ссориться. В худшем случае можно злиться на неё.

   С женщиной невозможно ссориться. В худшем случае можно злиться на неё.

   — Роберт Локамп · книга
6. «

   ... до чего же страшно любить женщину и быть бедным.

   ... до чего же страшно любить женщину и быть бедным.

   — Роберт Локамп · книга
7. «

   ...кто одинок, тот не будет покинут.

   ...кто одинок, тот не будет покинут.

   — Роберт Локамп · книга
8. «

   Родиться глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.

   Родиться глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.

   — Готтфрид Ленц · книга
9. «

   Одиночество легче, когда не любишь.

   Одиночество легче, когда не любишь.

   — Патриция Хольман · книга
10. «

    — Самое страшное, братья, — это время. Время. Мгновения, которое мы переживаем и которым всё-таки никогда не владеем. Он достал из кармана часы и поднес их к глазам Ленца: — Вот она, мой бумажный романтик! Адская машина Тикает, неудержимо тикает, стремясь навстречу небытию Ты можешь остановить лавину, горный обвал, но вот эту штуку не остановишь. — И не собираюсь останавливать, — заявил Ленц. — Хочу мирно состариться. Кроме того, мне нравится разнообразие. — Для человека это невыносимо, — сказал Грау, не обращая внимания на Готтфрида. — Человек просто не может вынести этого. И вот почему он придумал себе мечту. Древнюю, трогательную, безнадежную мечту о вечности.

    — Самое страшное, братья, — это время. Время. Мгновения, которое мы переживаем и которым всё-таки никогда не владеем. Он достал из кармана часы и поднес их к глазам Ленца: — Вот она, мой бумажный романтик! Адская машина Тикает, неудержимо тикает, стремясь навстречу небытию Ты можешь остановить лавину, горный обвал, но вот эту штуку не остановишь. — И не собираюсь останавливать, — заявил Ленц. — Хочу мирно состариться. Кроме того, мне нравится разнообразие. — Для человека это невыносимо, — сказал Грау, не обращая внимания на Готтфрида. — Человек просто не может вынести этого. И вот почему он придумал себе мечту. Древнюю, трогательную, безнадежную мечту о вечности.

    — Фердинанд Грау · книга
11. «

    …никогда, никогда и еще раз никогда ты не окажешься смешным в глазах женщины, если сделаешь что-то ради нее. Пусть это даже будет самым дурацким фарсом. Делай все, что хочешь, — стой на голове, неси околесицу, хвастай, как павлин, пой под ее окном. Не делай лишь одного — не будь с ней деловым, разумным.

    …никогда, никогда и еще раз никогда ты не окажешься смешным в глазах женщины, если сделаешь что-то ради нее. Пусть это даже будет самым дурацким фарсом. Делай все, что хочешь, — стой на голове, неси околесицу, хвастай, как павлин, пой под ее окном. Не делай лишь одного — не будь с ней деловым, разумным.
12. «

    Вечными и неизменными остаются слова любви, но как пестра и разнообразна шкала ругательств!

    Вечными и неизменными остаются слова любви, но как пестра и разнообразна шкала ругательств!

    — Роберт Локамп · книга
13. «

    — Поверхностны только те, которые считают себя глубокомысленными. — А вот я определённо поверхностна. Я не особенно разбираюсь в больших вопросах жизни. Мне нравится только прекрасное. Вот ты принёс сирень — и я уже счастлива. — Это не поверхностность — это высшая философия.

    — Поверхностны только те, которые считают себя глубокомысленными. — А вот я определённо поверхностна. Я не особенно разбираюсь в больших вопросах жизни. Мне нравится только прекрасное. Вот ты принёс сирень — и я уже счастлива. — Это не поверхностность — это высшая философия.

    — Патриция Хольман · книга
14. «

    Между нами никогда не было больше того, что приносил случай. Но, может быть, как раз это и привязывает и обязывает людей сильней, чем многое другое.

    Между нами никогда не было больше того, что приносил случай. Но, может быть, как раз это и привязывает и обязывает людей сильней, чем многое другое.

    — Роберт Локамп · книга
15. «

    — А ведь вообще вечером хочется, чтобы кто-нибудь был рядом, правда? — Вечером, да... Когда наступает темнота... Странная это вещь.

    — А ведь вообще вечером хочется, чтобы кто-нибудь был рядом, правда? — Вечером, да... Когда наступает темнота... Странная это вещь.

    — Роберт Локамп · книга
16. «

    Она прикоснулась руками к моим вискам. Было бы чудесно остаться здесь в этот вечер, быть возле нее, под мягким голубым одеялом... Но что-то удерживало меня. Не скованность, не страх и не осторожность, — просто очень большая нежность, нежность, в которой растворялось желание.

    Она прикоснулась руками к моим вискам. Было бы чудесно остаться здесь в этот вечер, быть возле нее, под мягким голубым одеялом... Но что-то удерживало меня. Не скованность, не страх и не осторожность, — просто очень большая нежность, нежность, в которой растворялось желание.

    — Роберт Локамп · книга
17. «

    Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным. Выпьем лучше за наивность, за глупость и за все, что с нею связано, — за любовь, за веру в будущее, за мечты о счастье; выпьем за дивную глупость, за утраченный рай!

    Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным. Выпьем лучше за наивность, за глупость и за все, что с нею связано, — за любовь, за веру в будущее, за мечты о счастье; выпьем за дивную глупость, за утраченный рай!

    — Фердинанд Грау · книга
18. «

    Я, между прочим, ссорился с каждой. Когда нет ссор, значит, всё скоро кончится.

    Я, между прочим, ссорился с каждой. Когда нет ссор, значит, всё скоро кончится.

    — Готтфрид Ленц · книга
19. «

    Только не принимать ничего близко к сердцу. Ведь то, что примешь, хочется удержать. А удержать нельзя ничего.

    Только не принимать ничего близко к сердцу. Ведь то, что примешь, хочется удержать. А удержать нельзя ничего.

    — Отто Кестер · книга