224 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» без воды

Собрали 224 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Пат, — проговорил я. — Пат. И впервые мне никто не ответил.

   — Пат, — проговорил я. — Пат. И впервые мне никто не ответил.

   — Роберт Локамп · книга
2. «

   Надо всё уравновешивать — вот в чём весь секрет жизни...

   Надо всё уравновешивать — вот в чём весь секрет жизни...

   — Блюменталь · книга
3. «

   — Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

   — Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

   — Роберт Локамп · книга
4. «

   — Вы не танцуете? Позвольте, но что же вы делаете, когда идете куда-нибудь с дамой? — Устраиваю танец напитков в глотке. Получается неплохо.

   — Вы не танцуете? Позвольте, но что же вы делаете, когда идете куда-нибудь с дамой? — Устраиваю танец напитков в глотке. Получается неплохо.
5. «

   Остаться без работы в сорок пять лет — значит уже нигде не устроиться.

   Остаться без работы в сорок пять лет — значит уже нигде не устроиться.
6. «

   И в этой тишине каждое слово приобретало настолько большой вес, что разговаривать непринуждённо стало невозможно.

   И в этой тишине каждое слово приобретало настолько большой вес, что разговаривать непринуждённо стало невозможно.

   — Роберт Локамп · книга
7. «

   — А ведь вообще вечером хочется, чтобы кто-нибудь был рядом, правда? — Вечером, да... Когда наступает темнота... Странная это вещь.

   — А ведь вообще вечером хочется, чтобы кто-нибудь был рядом, правда? — Вечером, да... Когда наступает темнота... Странная это вещь.

   — Роберт Локамп · книга
8. «

   Да, старик, тут, собственно, и начинаешь понимать, что тебе не хватало только одного, чтобы стать хорошим человеком, — времени. Верно я говорю?

   Да, старик, тут, собственно, и начинаешь понимать, что тебе не хватало только одного, чтобы стать хорошим человеком, — времени. Верно я говорю?

   — Готтфрид Ленц · книга
9. «

   Она уселась рядом со мной. Взгляд раскосых серо-зеленых глаз медленно скользил по мне. После такого взгляда говорить уже, собственно, нечего, — надо действовать.

   Она уселась рядом со мной. Взгляд раскосых серо-зеленых глаз медленно скользил по мне. После такого взгляда говорить уже, собственно, нечего, — надо действовать.

   — Роберт Локамп · книга
10. «

    Дерзость — лучшее средство борьбы против закона.

    Дерзость — лучшее средство борьбы против закона.

    — Роберт Локамп · книга
11. «

    Слова, которые я произносил, уже не были правдой, они смещались, они теснились, уводя в иные края, более пестрые и яркие, чем те, в которых происходили мелкие события моей жизни; я знал, что говорю неправду, что сочиняю и лгу, но мне было безразлично, — ведь правда была безнадежной и тусклой. И настоящая жизнь была только в ощущении мечты, в ее отблесках.

    Слова, которые я произносил, уже не были правдой, они смещались, они теснились, уводя в иные края, более пестрые и яркие, чем те, в которых происходили мелкие события моей жизни; я знал, что говорю неправду, что сочиняю и лгу, но мне было безразлично, — ведь правда была безнадежной и тусклой. И настоящая жизнь была только в ощущении мечты, в ее отблесках.

    — Роберт Локамп · книга
12. «

    Вечными и неизменными остаются слова любви, но как пестра и разнообразна шкала ругательств!

    Вечными и неизменными остаются слова любви, но как пестра и разнообразна шкала ругательств!

    — Роберт Локамп · книга
13. «

    Я понимал, что мои слова — неправда, что они перешли в фантазию и ложь, но это меня не тревожило, ибо правда была бесцветной, она никого не утешала, а истинной жизнью были только чувства и отблески мечты.

    Я понимал, что мои слова — неправда, что они перешли в фантазию и ложь, но это меня не тревожило, ибо правда была бесцветной, она никого не утешала, а истинной жизнью были только чувства и отблески мечты.

    — Роберт Локамп · книга
14. «

    Он единственный человек из всех, кого я знаю, который сумел из большого несчастья создать для себя маленькое счастье. Он не знает, что ему делать со своей жизнью, и поэтому просто радуется тому, что всё еще жив.

    Он единственный человек из всех, кого я знаю, который сумел из большого несчастья создать для себя маленькое счастье. Он не знает, что ему делать со своей жизнью, и поэтому просто радуется тому, что всё еще жив.

    — Роберт Локамп · книга
15. «

    На стуле висел ее купальный халат, сверху было наброшено платье и белье; на полу у стула стояли туфли. Одна из них опрокинулась. Я смотрел на эти вещи, и меня охватило странное ощущение чего-то родного, и я думал, что вот теперь она есть и будет у меня и что стоит мне сделать несколько шагов, как я увижу ее и буду рядом с ней сегодня, завтра, а может быть, долго-долго...

    На стуле висел ее купальный халат, сверху было наброшено платье и белье; на полу у стула стояли туфли. Одна из них опрокинулась. Я смотрел на эти вещи, и меня охватило странное ощущение чего-то родного, и я думал, что вот теперь она есть и будет у меня и что стоит мне сделать несколько шагов, как я увижу ее и буду рядом с ней сегодня, завтра, а может быть, долго-долго...

    — Роберт Локамп · книга
16. «

    — Знаешь, как мне иногда бывало страшно? Как человеку, который сидит в театре на чужом месте и всё-таки не уходит с него. — Значит, ты была мужественна. Мужество не бывает без страха.

    — Знаешь, как мне иногда бывало страшно? Как человеку, который сидит в театре на чужом месте и всё-таки не уходит с него. — Значит, ты была мужественна. Мужество не бывает без страха.

    — Роберт Локамп · книга
17. «

    Наивность — не недостаток, а напротив, признак одарённости.

    Наивность — не недостаток, а напротив, признак одарённости.
18. «

    Она казалась мне существом из другого мира. Я совершенно не мог себе представить, кто она такая и как она живет.

    Она казалась мне существом из другого мира. Я совершенно не мог себе представить, кто она такая и как она живет.

    — Роберт Локамп · книга
19. «

    Хороший конец бывает только тогда, когда до него всё было плохо. Уж куда лучше плохой конец.

    Хороший конец бывает только тогда, когда до него всё было плохо. Уж куда лучше плохой конец.

    — Роберт Локамп · книга
20. «

    Одевался я медленно. Это позволяло мне ощутить воскресенье.

    Одевался я медленно. Это позволяло мне ощутить воскресенье.

    — Роберт Локамп · книга