24 фразы из книги «Эрих Мария Ремарк. Время жить и время умирать», которые запомнились

24 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Время жить и время умирать» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — ... Нет, приятель, толстым женщинам не надо реветь... (...) — Почему? — Не идут им слёзы. Не подходят к их пышным формам. Толстые женщины должны хохотать.

   — ... Нет, приятель, толстым женщинам не надо реветь... (...) — Почему? — Не идут им слёзы. Не подходят к их пышным формам. Толстые женщины должны хохотать.

   — Бэтхер · книга
2. «

   Отчаяние охватило их, и одновременно ливнем нахлынула нестерпимая нежность, но ей нельзя было поддаться. Они чувствовали, что стоит только впустить ее, и она разорвет их на части.

   Отчаяние охватило их, и одновременно ливнем нахлынула нестерпимая нежность, но ей нельзя было поддаться. Они чувствовали, что стоит только впустить ее, и она разорвет их на части.
3. «

   Уж мы такие! Ужасно боимся собственных чувств. А когда они возникают — готовы считать себя обманщиками.

   Уж мы такие! Ужасно боимся собственных чувств. А когда они возникают — готовы считать себя обманщиками.

   — Эрнст Гребер · книга
4. «

   Умирают всегда слишком рано, даже если человеку девяносто.

   Умирают всегда слишком рано, даже если человеку девяносто.

   — Эрнст Гребер · книга
5. «

   Обычно считают, что убийца всегда и всюду должен быть убийцей и ничем иным. Но ведь даже если он только время от времени и только частицей своего существа является убийцей, то и этого достаточно, чтобы сеять вокруг себя ужасные бедствия... ... Гиена всегда остается гиеной. Человек многообразнее.

   Обычно считают, что убийца всегда и всюду должен быть убийцей и ничем иным. Но ведь даже если он только время от времени и только частицей своего существа является убийцей, то и этого достаточно, чтобы сеять вокруг себя ужасные бедствия... ... Гиена всегда остается гиеной. Человек многообразнее.

   — Йозеф Штайнер · книга
6. «

   Церковь — это единственная диктатура, которая выстояла века.

   Церковь — это единственная диктатура, которая выстояла века.

   — Эрнст Гребер · книга
7. «

   Мы оправдываем необходимостью всё, что мы сами делаем. Когда мы бомбим города — это стратегическая необходимость, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

   Мы оправдываем необходимостью всё, что мы сами делаем. Когда мы бомбим города — это стратегическая необходимость, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

   — Эрнст Гребер · книга
8. «

   Мир не поделен на полки с этикетками. А человек – тем более.

   Мир не поделен на полки с этикетками. А человек – тем более.

   — Эрнст Гребер · книга
9. «

   Пока тебя мучит множество вопросов, ты ни на что и не способен. И только когда уже ничего не ждёшь, ты открыт для всего и не ведаешь страха.

   Пока тебя мучит множество вопросов, ты ни на что и не способен. И только когда уже ничего не ждёшь, ты открыт для всего и не ведаешь страха.

   — Эрнст Гребер · книга
10. «

    Мир, — сказал он, — мир не стоит на месте. И если отчаиваешься в собственной стране, надо верить в него. Затмение солнца возможно, но только не вечная ночь. Во всяком случае, на нашей планете. Не надо так быстро сдаваться и впадать в отчаяние.

    Мир, — сказал он, — мир не стоит на месте. И если отчаиваешься в собственной стране, надо верить в него. Затмение солнца возможно, но только не вечная ночь. Во всяком случае, на нашей планете. Не надо так быстро сдаваться и впадать в отчаяние.

    — Польман · книга
11. «

    Они нас учат. Все время учат. Днем — та липа, сейчас — вот это дерево. Они продолжают расти и дают листья и цветы, и даже когда они растерзаны, какая-то их часть продолжает жить, если хоть один корень еще держится за землю. Они непрестанно учат нас и они не горюют, не жалеют самих себя.

    Они нас учат. Все время учат. Днем — та липа, сейчас — вот это дерево. Они продолжают расти и дают листья и цветы, и даже когда они растерзаны, какая-то их часть продолжает жить, если хоть один корень еще держится за землю. Они непрестанно учат нас и они не горюют, не жалеют самих себя.

    — Эрнст Гребер · книга
12. «

    Совесть обычно мучит не тех, кто виноват.

    Совесть обычно мучит не тех, кто виноват.

    — Эрнст Гребер · книга
13. «

    Вечно мы забываем, что в любое время можно самому поставить точку. Мы получили это в дар вместе с так называемым разумом.

    Вечно мы забываем, что в любое время можно самому поставить точку. Мы получили это в дар вместе с так называемым разумом.

    — Фрезенбург · книга
14. «

    Слишком часто он до сих пор отводил глаза и ничего знать не хотел. И не только он, так же поступали и сотни тысяч других, надеясь этим успокоить свою совесть. Он больше не хотел отводить глаза. Не хотел увиливать.

    Слишком часто он до сих пор отводил глаза и ничего знать не хотел. И не только он, так же поступали и сотни тысяч других, надеясь этим успокоить свою совесть. Он больше не хотел отводить глаза. Не хотел увиливать.
15. «

    ... как безнадёжно обречены всякая справедливость и сострадание: им суждено вечно разбиваться о равнодушие, себялюбие и страх!

    ... как безнадёжно обречены всякая справедливость и сострадание: им суждено вечно разбиваться о равнодушие, себялюбие и страх!
16. «

    Ненавидеть! Кто может позволить себе такую роскошь? Ненависть делает человека неосторожным.

    Ненавидеть! Кто может позволить себе такую роскошь? Ненависть делает человека неосторожным.

    — Йозеф Штайнер · книга
17. «

    Хорошо, когда есть сигареты. Иногда это даже лучше, чем друзья. Сигареты не сбивают с толку. Они молчаливые друзья.

    Хорошо, когда есть сигареты. Иногда это даже лучше, чем друзья. Сигареты не сбивают с толку. Они молчаливые друзья.

    — Эрнст Гребер · книга
18. «

    Слышишь? Оказывается, всё очень просто, если относиться к жизни просто.

    Слышишь? Оказывается, всё очень просто, если относиться к жизни просто.

    — Рейтер · книга
19. «

    Раньше мы поднимали глаза к небу, чтобы молиться. А теперь — поднимаем, чтобы проклинать.

    Раньше мы поднимали глаза к небу, чтобы молиться. А теперь — поднимаем, чтобы проклинать.

    — Марабу · книга
20. «

    Ночью каждый таков, каким ему бы следовало быть, а не такой, каким он стал.

    Ночью каждый таков, каким ему бы следовало быть, а не такой, каким он стал.

    — Элизабет Крузе Гребер · книга