52 лучших цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Время жить и время умирать»

52 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Время жить и время умирать» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ночью каждый таков, каким ему бы следовало быть, а не такой, каким он стал.

   Ночью каждый таков, каким ему бы следовало быть, а не такой, каким он стал.

   — Элизабет Крузе Гребер · книга
2. «

   Десять заповедей — не для военных.

   Десять заповедей — не для военных.
3. «

   Мир, — сказал он, — мир не стоит на месте. И если отчаиваешься в собственной стране, надо верить в него. Затмение солнца возможно, но только не вечная ночь. Во всяком случае, на нашей планете. Не надо так быстро сдаваться и впадать в отчаяние.

   Мир, — сказал он, — мир не стоит на месте. И если отчаиваешься в собственной стране, надо верить в него. Затмение солнца возможно, но только не вечная ночь. Во всяком случае, на нашей планете. Не надо так быстро сдаваться и впадать в отчаяние.

   — Польман · книга
4. «

   Слышишь? Оказывается, всё очень просто, если относиться к жизни просто.

   Слышишь? Оказывается, всё очень просто, если относиться к жизни просто.

   — Рейтер · книга
5. «

   Если хочешь, чтобы люди ничего не заметили, не надо осторожничать.

   Если хочешь, чтобы люди ничего не заметили, не надо осторожничать.
6. «

   «Мне хотелось иметь что-то, что могло бы меня поддержать, — подумал он. — Но я не знал другого: имея это, становишься уязвимым вдвойне».

   «Мне хотелось иметь что-то, что могло бы меня поддержать, — подумал он. — Но я не знал другого: имея это, становишься уязвимым вдвойне».

   — Эрнст Гребер · книга
7. «

   Он знал много видов страха: страх мучительный и темный; страх, от которого останавливается дыхание и цепенеет тело, и последний, великий страх — страх живого существа перед смертью; но этот был иной — ползучий, хватающий за горло, неопределенный и угрожающий, липкий страх, который словно пачкает тебя и разлагает, неуловимый и непреодолимый, — страх бессилия и тлетворных сомнений: это был развращающий страх за другого, за невинного заложника, за жертву беззакония, страх перед произволом, перед властью и автоматической бесчеловечностью, черный страх нашего времени.

   Он знал много видов страха: страх мучительный и темный; страх, от которого останавливается дыхание и цепенеет тело, и последний, великий страх — страх живого существа перед смертью; но этот был иной — ползучий, хватающий за горло, неопределенный и угрожающий, липкий страх, который словно пачкает тебя и разлагает, неуловимый и непреодолимый, — страх бессилия и тлетворных сомнений: это был развращающий страх за другого, за невинного заложника, за жертву беззакония, страх перед произволом, перед властью и автоматической бесчеловечностью, черный страх нашего времени.

   — Эрнст Гребер · книга
8. «

   Действуй, пока никто не успел тебе запретить.

   Действуй, пока никто не успел тебе запретить.
9. «

   Ненавидеть! Кто может позволить себе такую роскошь? Ненависть делает человека неосторожным.

   Ненавидеть! Кто может позволить себе такую роскошь? Ненависть делает человека неосторожным.

   — Йозеф Штайнер · книга
10. «

    Они сидели, ловили вшей и давили их. У Гребера не было насекомых в голове. Плошицы и платяные вши не переходят на голову. Это уж закон. Вши уважают чужую территорию; у них не бывает войн.

    Они сидели, ловили вшей и давили их. У Гребера не было насекомых в голове. Плошицы и платяные вши не переходят на голову. Это уж закон. Вши уважают чужую территорию; у них не бывает войн.
11. «

    Если судить по виду, преступников не было бы вовсе.

    Если судить по виду, преступников не было бы вовсе.

    — Штейнбреннер · книга
12. «

    ... еще не существовало на свете такой тирании, которой бы не пришел конец.

    ... еще не существовало на свете такой тирании, которой бы не пришел конец.
13. «

    — ... но это хороший пёс. — И притом людоед. Фрезенбург обернулся. — Все мы людоеды. — Почему? — Потому что так оно и есть. Мы, как и он, воображаем, что мы хорошие. И нам, как ему, хочется немножко тепла, и света, и дружбы.

    — ... но это хороший пёс. — И притом людоед. Фрезенбург обернулся. — Все мы людоеды. — Почему? — Потому что так оно и есть. Мы, как и он, воображаем, что мы хорошие. И нам, как ему, хочется немножко тепла, и света, и дружбы.

    — Эрнст Гребер · книга
14. «

    — Я много думал о вас, Гребер. И о том, что вы мне сказали. На ваш вопрос нет ответа. — Польман замолчал, потом тихо добавил. — Есть, собственно, только один: надо верить. Верить. Что же нам еще остается? — Во что? — В бога. И в доброе начало в человеке. — Вы никогда не сомневались в это добром начале? — спросил Гребер. — Нет, сомневался, — ответил старик. — И часто. А разве возможна вера без сомнений?

    — Я много думал о вас, Гребер. И о том, что вы мне сказали. На ваш вопрос нет ответа. — Польман замолчал, потом тихо добавил. — Есть, собственно, только один: надо верить. Верить. Что же нам еще остается? — Во что? — В бога. И в доброе начало в человеке. — Вы никогда не сомневались в это добром начале? — спросил Гребер. — Нет, сомневался, — ответил старик. — И часто. А разве возможна вера без сомнений?

    — Эрнст Гребер · книга
15. «

    Просто счастливы нынче только коровы. А может быть, и они нет. Может быть, только камни.

    Просто счастливы нынче только коровы. А может быть, и они нет. Может быть, только камни.

    — Эрнст Гребер · книга
16. «

    Мы оправдываем необходимостью всё, что мы сами делаем. Когда мы бомбим города — это стратегическая необходимость, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

    Мы оправдываем необходимостью всё, что мы сами делаем. Когда мы бомбим города — это стратегическая необходимость, а когда бомбят наши города — это гнусное преступление.

    — Эрнст Гребер · книга
17. «

    — А я-то в первый вечер вообразил, что ты беспомощна и беззащитна. — Я такая и есть. — Мы все такие. И все же обходимся без помощи и без зашиты.

    — А я-то в первый вечер вообразил, что ты беспомощна и беззащитна. — Я такая и есть. — Мы все такие. И все же обходимся без помощи и без зашиты.

    — Эрнст Гребер · книга
18. «

    Иногда удаётся спросить себя, только когда спросишь другого.

    Иногда удаётся спросить себя, только когда спросишь другого.

    — Эрнст Гребер · книга
19. «

    Все надо делать постепенно, шаг за шагом, и не пытаться решать мировые проблемы, когда тебе угрожает опасность.

    Все надо делать постепенно, шаг за шагом, и не пытаться решать мировые проблемы, когда тебе угрожает опасность.

    — Штейнбреннер · книга
20. «

    — Вот ваша книга о Швейцарии. Ее немножко подмочило дождем. Чуть было не потерял, а потом нашел и спас. — Могли и не спасать. Мечты спасать не нужно. — Нет, нужно. А что же еще? — Веру. Мечты придут опять.

    — Вот ваша книга о Швейцарии. Ее немножко подмочило дождем. Чуть было не потерял, а потом нашел и спас. — Могли и не спасать. Мечты спасать не нужно. — Нет, нужно. А что же еще? — Веру. Мечты придут опять.

    — Эрнст Гребер · книга