26 фраз из книги «Эрнест Хемингуэй. По ком звонит колокол», которые запомнились

Собрали 26 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. По ком звонит колокол» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ты, ты, ах ты, моя большая лошадка. Ты не то что женщина, похожая на раскаленную каменную глыбу. Или девчонка со стриженой головой, неуклюжая, как только что народившийся жеребенок. Ты не оскорбишь, и не солжешь, и все понимаешь. Ты, ах ты, моя хорошая большая лошадка!

   Ты, ты, ах ты, моя большая лошадка. Ты не то что женщина, похожая на раскаленную каменную глыбу. Или девчонка со стриженой головой, неуклюжая, как только что народившийся жеребенок. Ты не оскорбишь, и не солжешь, и все понимаешь. Ты, ах ты, моя хорошая большая лошадка!

   — Пабло · книга
2. «

   Все пятеро его товарищей уже погибли, он один уцелел; он был словно не в себе, и его взяли в штаб прислуживать за столом. <...> И все время он плакал. Весь обед или ужин он плакал, беззвучно, но неудержимо.

   Все пятеро его товарищей уже погибли, он один уцелел; он был словно не в себе, и его взяли в штаб прислуживать за столом. <...> И все время он плакал. Весь обед или ужин он плакал, беззвучно, но неудержимо.
3. «

   Странная вещь фанатизм. Чтобы стать фанатиком, нужно быть абсолютно уверенным в своей правоте, а ничто не способствует сознанию собственной правоты и праведности так, как воздержание. Воздержание – враг ереси.

   Странная вещь фанатизм. Чтобы стать фанатиком, нужно быть абсолютно уверенным в своей правоте, а ничто не способствует сознанию собственной правоты и праведности так, как воздержание. Воздержание – враг ереси.

   — Роберт Джордан · книга
4. «

   Тревога не лучше страха. От неё только трудней.

   Тревога не лучше страха. От неё только трудней.
5. «

   Больше ничего нет, кроме сейчас. Нет ни вчера, ни завтра. Сколько времени тебе потребуется на то, чтобы уразуметь это? Есть только сейчас, и если сейчас — это для тебя два дня, значит, два дня — это вся твоя жизнь, и всё должно быть сообразно этому.

   Больше ничего нет, кроме сейчас. Нет ни вчера, ни завтра. Сколько времени тебе потребуется на то, чтобы уразуметь это? Есть только сейчас, и если сейчас — это для тебя два дня, значит, два дня — это вся твоя жизнь, и всё должно быть сообразно этому.
6. «

   Давай взорвем все мосты, какие тут есть, и выберемся отсюда. Мне здесь надоело. Слишком много народу. Это к добру не приведет.

   Давай взорвем все мосты, какие тут есть, и выберемся отсюда. Мне здесь надоело. Слишком много народу. Это к добру не приведет.
7. «

   Каким бы храбрым ты ни был, порой чувствуешь себя очень одиноким.

   Каким бы храбрым ты ни был, порой чувствуешь себя очень одиноким.

   — Пилар · книга
8. «

   Подчиняться власти легче, чем воевать с ней.

   Подчиняться власти легче, чем воевать с ней.
9. «

   Надо уж очень быть занятым самим собой, чтобы пойти на такую вещь.

   Надо уж очень быть занятым самим собой, чтобы пойти на такую вещь.

   — Джордан Роббертсон · книга
10. «

    В этой войне много бестолочи... В этой войне деваться некуда от глупости.

    В этой войне много бестолочи... В этой войне деваться некуда от глупости.

    — Агустин · книга
11. «

    Он держал её крепко и бережно, ощущая всю длину её молодого тела, и гладил её по голове, и целовал солёную влагу на её глазах, и когда она всхлипывала, он чувствовал, как вздрагивают под рубашкой её маленькие круглые груди.

    Он держал её крепко и бережно, ощущая всю длину её молодого тела, и гладил её по голове, и целовал солёную влагу на её глазах, и когда она всхлипывала, он чувствовал, как вздрагивают под рубашкой её маленькие круглые груди.
12. «

    А я люблю такой запах, как вот сейчас. Такой, и еще запах свежескошенного клевера и примятой полыни, когда едешь за стадом, запах дыма от поленьев и горящей осенней листвы. Так пахнет, должно быть, тоска по родине — запах дыма, встающего над кучами листьев, которые сжигают осенью на улицах в Миссуле.

    А я люблю такой запах, как вот сейчас. Такой, и еще запах свежескошенного клевера и примятой полыни, когда едешь за стадом, запах дыма от поленьев и горящей осенней листвы. Так пахнет, должно быть, тоска по родине — запах дыма, встающего над кучами листьев, которые сжигают осенью на улицах в Миссуле.

    — Джордан Роббертсон · книга
13. «

    Людям, с которыми работаешь вместе, нужно доверять до конца или совсем не доверять.

    Людям, с которыми работаешь вместе, нужно доверять до конца или совсем не доверять.
14. «

    – А ты помнишь, как это было? – спросил её Хоакин. – Я помню, что меня несли, – сказала Мария. – А тебя не помню. Цыгана помню, потому что он меня то и дело бросал. Но всё равно спасибо тебе, Хоакин, как-нибудь в другой раз я сама тебя понесу. – А я хорошо помню, – сказал Хоакин. – Помню, как я держал тебя за обе ноги, а животом ты лежала у меня на плече, а твоя голова свешивалась мне на спину, и руки тоже там болтались. – У тебя хорошая память, – сказала Мария и улыбнулась ему. – Я вот ничего не помню. Ни твоих рук, ни твоего плеча, ни твоей спины. – А сказать тебе одну вещь? – спросил её Хоакин. – Ну, говори. – Я тогда очень радовался, что ты висишь у меня на спине, потому что стреляли-то сзади!

    – А ты помнишь, как это было? – спросил её Хоакин. – Я помню, что меня несли, – сказала Мария. – А тебя не помню. Цыгана помню, потому что он меня то и дело бросал. Но всё равно спасибо тебе, Хоакин, как-нибудь в другой раз я сама тебя понесу. – А я хорошо помню, – сказал Хоакин. – Помню, как я держал тебя за обе ноги, а животом ты лежала у меня на плече, а твоя голова свешивалась мне на спину, и руки тоже там болтались. – У тебя хорошая память, – сказала Мария и улыбнулась ему. – Я вот ничего не помню. Ни твоих рук, ни твоего плеча, ни твоей спины. – А сказать тебе одну вещь? – спросил её Хоакин. – Ну, говори. – Я тогда очень радовался, что ты висишь у меня на спине, потому что стреляли-то сзади!
15. «

    Когда идёшь в тыл противника, лучше не обременять себя лишним знанием.

    Когда идёшь в тыл противника, лучше не обременять себя лишним знанием.

    — Роберт Джордан · книга
16. «

    Но среди ночи он проснулся и крепко прижал её к себе, словно это была вся его жизнь и её отнимали у него. Он обнимал её, чувствуя, что вся жизнь в ней, и это на самом деле было так.

    Но среди ночи он проснулся и крепко прижал её к себе, словно это была вся его жизнь и её отнимали у него. Он обнимал её, чувствуя, что вся жизнь в ней, и это на самом деле было так.
17. «

    И если ты в самом деле любишь эту девушку так, как говоришь, постарайся любить ее очень крепко, и пусть будет хотя бы сильным то, что не может быть ни долгим, ни прочным.

    И если ты в самом деле любишь эту девушку так, как говоришь, постарайся любить ее очень крепко, и пусть будет хотя бы сильным то, что не может быть ни долгим, ни прочным.
18. «

    Но умному человеку иной раз приходится выпить, чтобы не так скучно было с дураками.

    Но умному человеку иной раз приходится выпить, чтобы не так скучно было с дураками.

    — Пабло · книга
19. «

    Когда человека поднимают со сна рано утром, у него бывает ощущение томящей пустоты внутри, похожее на ощущение неминуемой катастрофы, и сейчас такое чувство охватило его с десятикратной силой.

    Когда человека поднимают со сна рано утром, у него бывает ощущение томящей пустоты внутри, похожее на ощущение неминуемой катастрофы, и сейчас такое чувство охватило его с десятикратной силой.
20. «

    — Такие, как я, никого не боятся, — ответил Ансельмо. — И у таких, как я, не бывает лошадей. — Такие, как ты, долго не живут. — Такие, как я, живут до самого дня своей смерти, — сказал Ансельмо.

    — Такие, как я, никого не боятся, — ответил Ансельмо. — И у таких, как я, не бывает лошадей. — Такие, как ты, долго не живут. — Такие, как я, живут до самого дня своей смерти, — сказал Ансельмо.

    — Пабло · книга