57 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. По ком звонит колокол» со смыслом

Собрали 57 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. По ком звонит колокол» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Интересно, можно ли учиться до бесконечности, или человек способен усвоить только то, что ему положено?

   Интересно, можно ли учиться до бесконечности, или человек способен усвоить только то, что ему положено?

   — Роберт Джордан · книга
2. «

   Никогда не потешайся над любовью. Просто есть люди, которым так никогда и не выпадет счастья узнать, что это такое. <...> всё равно, продлится ли это полтора дня или многие годы, останется самым главным, что только могло случиться в жизни человека. Всегда будут люди, которые утверждают, что этого нет, потому что им не пришлось испытать что-либо подобное.

   Никогда не потешайся над любовью. Просто есть люди, которым так никогда и не выпадет счастья узнать, что это такое. <...> всё равно, продлится ли это полтора дня или многие годы, останется самым главным, что только могло случиться в жизни человека. Всегда будут люди, которые утверждают, что этого нет, потому что им не пришлось испытать что-либо подобное.

   — Роберт Джордан · книга
3. «

   Но бычья сила, как и бычья храбрость, держится недолго, теперь она узнала это, да и что вообще долго держится на свете? Я держусь, подумала она. Да, я держусь долго. Но кому это нужно?

   Но бычья сила, как и бычья храбрость, держится недолго, теперь она узнала это, да и что вообще долго держится на свете? Я держусь, подумала она. Да, я держусь долго. Но кому это нужно?

   — Пилар · книга
4. «

   Утром ночные планы никуда не годятся. Когда думаешь ночью, это одно, а утром всё выглядит иначе. И ты знаешь, что план никуда не годится.

   Утром ночные планы никуда не годятся. Когда думаешь ночью, это одно, а утром всё выглядит иначе. И ты знаешь, что план никуда не годится.

   — Роберт Джордан · книга
5. «

   Хорошо бы сейчас опять очутиться у себя дома и чтобы война кончилась. Но у тебя больше нет дома. Сначала надо выиграть войну, раньше этого домой не вернешься.

   Хорошо бы сейчас опять очутиться у себя дома и чтобы война кончилась. Но у тебя больше нет дома. Сначала надо выиграть войну, раньше этого домой не вернешься.

   — Роберт Джордан · книга
6. «

   Когда человек мертв, ничто не свидетельствует ни о его национальности, ни о его политических убеждениях.

   Когда человек мертв, ничто не свидетельствует ни о его национальности, ни о его политических убеждениях.
7. «

   Нужно будет либо укрепить память, либо никогда не приводить цитат, потому что, когда не можешь точно вспомнить цитату, она преследует тебя, как забытое имя, и ты не можешь от неё отделаться.

   Нужно будет либо укрепить память, либо никогда не приводить цитат, потому что, когда не можешь точно вспомнить цитату, она преследует тебя, как забытое имя, и ты не можешь от неё отделаться.

   — Роберт Джордан · книга
8. «

   Больше ничего нет, кроме сейчас. Нет ни вчера, ни завтра. Сколько времени тебе потребуется на то, чтобы уразуметь это? Есть только сейчас, и если сейчас — это для тебя два дня, значит, два дня — это вся твоя жизнь, и всё должно быть сообразно этому.

   Больше ничего нет, кроме сейчас. Нет ни вчера, ни завтра. Сколько времени тебе потребуется на то, чтобы уразуметь это? Есть только сейчас, и если сейчас — это для тебя два дня, значит, два дня — это вся твоя жизнь, и всё должно быть сообразно этому.
9. «

   Но среди ночи он проснулся и крепко прижал её к себе, словно это была вся его жизнь и её отнимали у него. Он обнимал её, чувствуя, что вся жизнь в ней, и это на самом деле было так.

   Но среди ночи он проснулся и крепко прижал её к себе, словно это была вся его жизнь и её отнимали у него. Он обнимал её, чувствуя, что вся жизнь в ней, и это на самом деле было так.
10. «

    Чтобы воевать — достаточно не быть дураком. Но чтобы выиграть войну — нужен дар и средства.

    Чтобы воевать — достаточно не быть дураком. Но чтобы выиграть войну — нужен дар и средства.

    — Агустин · книга
11. «

    Но пока что в жизни ты можешь рассчитывать только на сегодня и завтра, сегодня и завтра, и так будет и дальше (надеюсь), и поэтому используй то время, которое у тебя есть, и будь благодарен.

    Но пока что в жизни ты можешь рассчитывать только на сегодня и завтра, сегодня и завтра, и так будет и дальше (надеюсь), и поэтому используй то время, которое у тебя есть, и будь благодарен.

    — Роберт Джордан · книга
12. «

    Для чего тебе огонь — сварить ужин или сжечь целый город?

    Для чего тебе огонь — сварить ужин или сжечь целый город?

    — Пилар · книга
13. «

    Подчиняться власти легче, чем воевать с ней.

    Подчиняться власти легче, чем воевать с ней.
14. «

    Он держал её крепко и бережно, ощущая всю длину её молодого тела, и гладил её по голове, и целовал солёную влагу на её глазах, и когда она всхлипывала, он чувствовал, как вздрагивают под рубашкой её маленькие круглые груди.

    Он держал её крепко и бережно, ощущая всю длину её молодого тела, и гладил её по голове, и целовал солёную влагу на её глазах, и когда она всхлипывала, он чувствовал, как вздрагивают под рубашкой её маленькие круглые груди.
15. «

    Да брось ты. Женщина сама ждала этого, как шлюха ждет выгодную добычу.

    Да брось ты. Женщина сама ждала этого, как шлюха ждет выгодную добычу.
16. «

    – А ты помнишь, как это было? – спросил её Хоакин. – Я помню, что меня несли, – сказала Мария. – А тебя не помню. Цыгана помню, потому что он меня то и дело бросал. Но всё равно спасибо тебе, Хоакин, как-нибудь в другой раз я сама тебя понесу. – А я хорошо помню, – сказал Хоакин. – Помню, как я держал тебя за обе ноги, а животом ты лежала у меня на плече, а твоя голова свешивалась мне на спину, и руки тоже там болтались. – У тебя хорошая память, – сказала Мария и улыбнулась ему. – Я вот ничего не помню. Ни твоих рук, ни твоего плеча, ни твоей спины. – А сказать тебе одну вещь? – спросил её Хоакин. – Ну, говори. – Я тогда очень радовался, что ты висишь у меня на спине, потому что стреляли-то сзади!

    – А ты помнишь, как это было? – спросил её Хоакин. – Я помню, что меня несли, – сказала Мария. – А тебя не помню. Цыгана помню, потому что он меня то и дело бросал. Но всё равно спасибо тебе, Хоакин, как-нибудь в другой раз я сама тебя понесу. – А я хорошо помню, – сказал Хоакин. – Помню, как я держал тебя за обе ноги, а животом ты лежала у меня на плече, а твоя голова свешивалась мне на спину, и руки тоже там болтались. – У тебя хорошая память, – сказала Мария и улыбнулась ему. – Я вот ничего не помню. Ни твоих рук, ни твоего плеча, ни твоей спины. – А сказать тебе одну вещь? – спросил её Хоакин. – Ну, говори. – Я тогда очень радовался, что ты висишь у меня на спине, потому что стреляли-то сзади!
17. «

    Надо уж очень быть занятым самим собой, чтобы пойти на такую вещь.

    Надо уж очень быть занятым самим собой, чтобы пойти на такую вещь.

    — Джордан Роббертсон · книга
18. «

    Мы знаем только, что мы ничего не знаем. Мы ничего не знаем о том, что с нами случается по ночам.

    Мы знаем только, что мы ничего не знаем. Мы ничего не знаем о том, что с нами случается по ночам.

    — Роберт Джордан · книга
19. «

    Наверное, бог всё-таки есть, хоть мы его и отменили.

    Наверное, бог всё-таки есть, хоть мы его и отменили.

    — Пилар · книга
20. «

    Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.

    Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.