230 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Идиот» со смыслом

Ниже 230 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Идиот»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Знакомые, всё дачники, сходятся оглядывать друг друга. Многие исполняют это с истинным удовольствием и приходят только для этого; но есть и такие, которые ходят для одной музыки.

   Знакомые, всё дачники, сходятся оглядывать друг друга. Многие исполняют это с истинным удовольствием и приходят только для этого; но есть и такие, которые ходят для одной музыки.
2. «

   Самый закоренелый убийца все-таки знает, что он преступник, то есть по совести считает, что он нехорошо поступил, хоть и безо всякого раскаяния. И таков всякий из них; а эти ведь не хотят себя даже считать преступниками и думают про себя, что право имели и... даже хорошо поступили.

   Самый закоренелый убийца все-таки знает, что он преступник, то есть по совести считает, что он нехорошо поступил, хоть и безо всякого раскаяния. И таков всякий из них; а эти ведь не хотят себя даже считать преступниками и думают про себя, что право имели и... даже хорошо поступили.

   — князь Мышкин · книга
3. «

   ... Вы краснеете, это черта прекрасного сердца.

   ... Вы краснеете, это черта прекрасного сердца.

   — князь Мышкин · книга
4. «

   Эти господа всезнайки встречаются иногда, даже довольно часто, в известном общественном слое. Они всё знают, вся беспокойная пытливость их ума и способности устремляются неудержимо в одну сторону, конечно за отсутствием более важных жизненных интересов и взглядов, как сказал бы современный мыслитель. Под словом «все знают» нужно разуметь, впрочем, область довольно ограниченную: где служит такой-то? с кем он знаком, сколько у него состояния, где был губернатором, на ком женат, сколько взял за женой, кто ему двоюродным братом приходится, кто троюродным и т. д, и т. д, и все в этом роде. Большею частию эти всезнайки ходят с ободранными локтями и получают по семнадцати рублей в месяц жалованья. Люди, о которых они знают всю подноготную, конечно, не придумали бы, какие интересы руководствуют ими, а между тем, многие из них этим знанием, равняющимся целой науке, положительно утешены, достигают самоуважения и даже высшего духовного довольства. Да и наука соблазнительная. Я видал ученых, литераторов, поэтов, политических деятелей, обретавших и обретших в этой же науке свои высшие примирения и цели, даже положительно только этим сделавших карьеру.

   Эти господа всезнайки встречаются иногда, даже довольно часто, в известном общественном слое. Они всё знают, вся беспокойная пытливость их ума и способности устремляются неудержимо в одну сторону, конечно за отсутствием более важных жизненных интересов и взглядов, как сказал бы современный мыслитель. Под словом «все знают» нужно разуметь, впрочем, область довольно ограниченную: где служит такой-то? с кем он знаком, сколько у него состояния, где был губернатором, на ком женат, сколько взял за женой, кто ему двоюродным братом приходится, кто троюродным и т. д, и т. д, и все в этом роде. Большею частию эти всезнайки ходят с ободранными локтями и получают по семнадцати рублей в месяц жалованья. Люди, о которых они знают всю подноготную, конечно, не придумали бы, какие интересы руководствуют ими, а между тем, многие из них этим знанием, равняющимся целой науке, положительно утешены, достигают самоуважения и даже высшего духовного довольства. Да и наука соблазнительная. Я видал ученых, литераторов, поэтов, политических деятелей, обретавших и обретших в этой же науке свои высшие примирения и цели, даже положительно только этим сделавших карьеру.
5. «

   Сострадание есть главный и, может быть, единственный закон бытия всего человечества.

   Сострадание есть главный и, может быть, единственный закон бытия всего человечества.

   — князь Мышкин · книга
6. «

   Ничего нет лучше для исправления, как прежнее с раскаянием вспомнить.

   Ничего нет лучше для исправления, как прежнее с раскаянием вспомнить.

   — Лизавета Прокофьевна Епанчина · книга
7. «

   Коли он живёт, стало быть, всё в его власти! Кто виноват, что он этого не понимает?

   Коли он живёт, стало быть, всё в его власти! Кто виноват, что он этого не понимает?

   — Ипполит Терентьев · книга
8. «

   Странные дела случаются на нашей так называемой святой Руси, в наш век реформ и компанейских инициатив, век национальности и сотен миллионов, вывозимых каждый год за границу, век поощрения промышленности и паралича рабочих рук.

   Странные дела случаются на нашей так называемой святой Руси, в наш век реформ и компанейских инициатив, век национальности и сотен миллионов, вывозимых каждый год за границу, век поощрения промышленности и паралича рабочих рук.

   — Коля Иволгин · книга
9. «

   Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм.

   Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм.
10. «

    Телеги, подвозящие хлеб всему человечеству, без нравственного основания поступку, могут прехладнокровно исключить из наслаждения подвозимым значительную часть человечества, что уже и было...

    Телеги, подвозящие хлеб всему человечеству, без нравственного основания поступку, могут прехладнокровно исключить из наслаждения подвозимым значительную часть человечества, что уже и было...

    — Коля Иволгин · книга
11. «

    Так как я и всегда был человек довольно угрюмый, то товарищи легко забыли меня.

    Так как я и всегда был человек довольно угрюмый, то товарищи легко забыли меня.

    — Ипполит Терентьев · книга
12. «

    Иная из нас в осла еще влюбится. Это еще в мифологии было.

    Иная из нас в осла еще влюбится. Это еще в мифологии было.

    — Елизавета Прокофьевна · книга
13. «

    У тебя, Парфен Семеныч, сильные страсти, такие страсти, что ты как раз бы с ними в Сибирь, на каторгу, улетел.

    У тебя, Парфен Семеныч, сильные страсти, такие страсти, что ты как раз бы с ними в Сибирь, на каторгу, улетел.

    — Настасья Филипповна · книга
14. «

    В отвлеченной любви к человечеству любишь почти всегда одного себя.

    В отвлеченной любви к человечеству любишь почти всегда одного себя.

    — Настасья Филипповна · книга
15. «

    Да не было бы меня, она давно бы уж в воду кинулась; верно говорю. Потому и не кидается, что я, может еще страшнее воды. Со зла и идет за меня...

    Да не было бы меня, она давно бы уж в воду кинулась; верно говорю. Потому и не кидается, что я, может еще страшнее воды. Со зла и идет за меня...

    — Парфён Рогожин · книга
16. «

    Тогда люди были как-то об одной идее, а теперь нервнее, развитее, сенсетивнее, как-то о двух, о трех идеях зараз... теперешний человек шире, — и, клянусь, это-то и мешает ему быть таким односоставным человеком, как в тех веках.

    Тогда люди были как-то об одной идее, а теперь нервнее, развитее, сенсетивнее, как-то о двух, о трех идеях зараз... теперешний человек шире, — и, клянусь, это-то и мешает ему быть таким односоставным человеком, как в тех веках.

    — князь Мышкин · книга
17. «

    У вас нежности нет: одна правда, стало быть, — несправедливо.

    У вас нежности нет: одна правда, стало быть, — несправедливо.

    — Аглая Ивановна Епанчина · книга
18. «

    ...русский либерализм не есть нападение на существующие порядки вещей, а есть нападение на самую сущность наших вещей, на самые вещи, а не на один только порядок, не на русские порядки, а на самую Россию. Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм <...>. Эту ненависть к России, ещё не так давно, иные либералы наши принимали чуть не за истинную любовь к отечеству и хвалились тем, что видят лучше других, в чём она должна состоять; но теперь уже стали откровеннее и даже слова «любовь к отечеству» стали стыдиться, даже понятие изгнали и устранили, как вредное и ничтожное.

    ...русский либерализм не есть нападение на существующие порядки вещей, а есть нападение на самую сущность наших вещей, на самые вещи, а не на один только порядок, не на русские порядки, а на самую Россию. Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм <...>. Эту ненависть к России, ещё не так давно, иные либералы наши принимали чуть не за истинную любовь к отечеству и хвалились тем, что видят лучше других, в чём она должна состоять; но теперь уже стали откровеннее и даже слова «любовь к отечеству» стали стыдиться, даже понятие изгнали и устранили, как вредное и ничтожное.

    — Евгений Павлович · книга
19. «

    Очень рад, что вы на человека хотите походить.

    Очень рад, что вы на человека хотите походить.

    — Ипполит Терентьев · книга
20. «

    Здесь ужасно мало честных людей, так даже некого совсем уважать. Поневоле свысока смотришь, а они все требуют уважения.

    Здесь ужасно мало честных людей, так даже некого совсем уважать. Поневоле свысока смотришь, а они все требуют уважения.

    — Коля Иволгин · книга