206 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток» — читаем и делимся

Ниже 206 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Что тебе делать? Прочти десять заповедей: там все это навеки прописано. — Что я один-то сделаю с вашими десятью заповедями? — А ты их исполни, несмотря на все твои вопросы и сомнения, и будешь человеком великим.

   — Что тебе делать? Прочти десять заповедей: там все это навеки прописано. — Что я один-то сделаю с вашими десятью заповедями? — А ты их исполни, несмотря на все твои вопросы и сомнения, и будешь человеком великим.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
2. «

   На всякий случай я дал себе слово не входить в споры и говорить только самое необходимое, так чтобы никто не мог обо мне ничего заключить; главное — не спорить.

   На всякий случай я дал себе слово не входить в споры и говорить только самое необходимое, так чтобы никто не мог обо мне ничего заключить; главное — не спорить.

   — Аркадий Долгорукий · книга
3. «

   Все предано человеку волею божию; недаром бог вдунул в него дыхание жизни: «Живи и познай».

   Все предано человеку волею божию; недаром бог вдунул в него дыхание жизни: «Живи и познай».

   — Макар Иванович Долгорукий · книга
4. «

   А что ж, может, и лучше, что оскорбляют люди: по крайней мере избавляют от несчастия любить их.

   А что ж, может, и лучше, что оскорбляют люди: по крайней мере избавляют от несчастия любить их.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
5. «

   Я могу чувствовать преудобнешим образом два противоположных чувства в одно и то же время — и уж, конечно, не по моей воле.

   Я могу чувствовать преудобнешим образом два противоположных чувства в одно и то же время — и уж, конечно, не по моей воле.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
6. «

   Хорошим примером будет жив человек.

   Хорошим примером будет жив человек.

   — Макар Иванович Долгорукий · книга
7. «

   Нынешнее время — это время золотой средины и бесчувствия, страсти к невежеству, лени, неспособности к делу и потребности всего готового.

   Нынешнее время — это время золотой средины и бесчувствия, страсти к невежеству, лени, неспособности к делу и потребности всего готового.
8. «

   Я знаю всё, но не знаю ничего хорошего.

   Я знаю всё, но не знаю ничего хорошего.

   — Николай Иванович Сокольский · книга
9. «

   Литератор пишет тридцать лет и в конце совсем не знает, для чего он писал столько лет.

   Литератор пишет тридцать лет и в конце совсем не знает, для чего он писал столько лет.

   — Аркадий Долгорукий · книга
10. «

    Не пищею только, не платьями ценными, не гордостью и не завистью счастлив будешь, а умножившеюся бессчетно любовью.

    Не пищею только, не платьями ценными, не гордостью и не завистью счастлив будешь, а умножившеюся бессчетно любовью.

    — Макар Иванович Долгорукий · книга
11. «

    Поди удержи себя, когда растанцевавшись, захочется сделать хорошенькое па?

    Поди удержи себя, когда растанцевавшись, захочется сделать хорошенькое па?

    — Андрей Петрович Версилов · книга
12. «

    Я ведь знаю, что я бесконечно силен, и чем, как ты думаешь? А вот именно этою непосредственною силою уживчивости с чем бы то ни было, столь свойственной всем умным русским людям нашего поколения. Меня ничем не разрушишь, ничем не истребишь и ничем не удивишь.

    Я ведь знаю, что я бесконечно силен, и чем, как ты думаешь? А вот именно этою непосредственною силою уживчивости с чем бы то ни было, столь свойственной всем умным русским людям нашего поколения. Меня ничем не разрушишь, ничем не истребишь и ничем не удивишь.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
13. «

    Есть простодушие, которое доверяется всем и каждому, не подозревая насмешки. Такие люди всегда ограниченны, ибо готовы выложить из сердца всё самое драгоценное пред первым встречным.

    Есть простодушие, которое доверяется всем и каждому, не подозревая насмешки. Такие люди всегда ограниченны, ибо готовы выложить из сердца всё самое драгоценное пред первым встречным.

    — Аркадий Долгорукий · книга
14. «

    Странное свойство, я способен ненавидеть места и предметы точно как будто людей.

    Странное свойство, я способен ненавидеть места и предметы точно как будто людей.

    — Аркадий Долгорукий · книга
15. «

    Кто ж третий может вполне узнать дела двух любящих?

    Кто ж третий может вполне узнать дела двух любящих?

    — Аркадий Долгорукий · книга
16. «

    ... Мне нужно лишь то, что приобретается могуществом и чего никак нельзя приобрести без могущества: это уединенное и спокойное сознание силы! Вот самое полное определение свободы, над которым так бьется мир! Свобода!

    ... Мне нужно лишь то, что приобретается могуществом и чего никак нельзя приобрести без могущества: это уединенное и спокойное сознание силы! Вот самое полное определение свободы, над которым так бьется мир! Свобода!
17. «

    — Помните, что я говорила вам про ваши глаза? — Что у меня не глаза, а вместо глаз два микроскопа, и что я каждую муху преувеличиваю в верблюда.

    — Помните, что я говорила вам про ваши глаза? — Что у меня не глаза, а вместо глаз два микроскопа, и что я каждую муху преувеличиваю в верблюда.

    — Екатерина Николаевна · книга
18. «

    Реализм, ограничивающийся кончиком своего носа, опаснее самой безумной фантастичности, потому что слеп.

    Реализм, ограничивающийся кончиком своего носа, опаснее самой безумной фантастичности, потому что слеп.

    — Аркадий Долгорукий · книга
19. «

    Он предполагал чуть не всех такими же подлецами, как сам. Он был довольно грубо развит, а в иные добрые, благородные чувства не то что не верил, но даже, может быть, не имел об них и понятия.

    Он предполагал чуть не всех такими же подлецами, как сам. Он был довольно грубо развит, а в иные добрые, благородные чувства не то что не верил, но даже, может быть, не имел об них и понятия.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
20. «

    Самый подлый из всех развратов, это — вешаться на шею.

    Самый подлый из всех развратов, это — вешаться на шею.

    — Аркадий Долгорукий · книга