116 цитат из книги «Франц Вертфоллен. О Летучих змеях. Неаполь» с глубоким смыслом

Ниже 116 цитат из книги «Франц Вертфоллен. О Летучих змеях. Неаполь»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Не многие люди, увы, понимают, что роскошь и изобилие – это тяжкий груз. Для многих – непомерная тяжесть. Совершенство – тем более. Совершенство доступно богам, но боги в ответе за столькое, что нам себе даже и не представить. Потому что мы не хотим представлять.

   Не многие люди, увы, понимают, что роскошь и изобилие – это тяжкий груз. Для многих – непомерная тяжесть. Совершенство – тем более. Совершенство доступно богам, но боги в ответе за столькое, что нам себе даже и не представить. Потому что мы не хотим представлять.
2. «

   Сколь редко счастье, когда в твою жизнь хоть как-то попала любовь.

   Сколь редко счастье, когда в твою жизнь хоть как-то попала любовь.
3. «

   Тут-то я осознал: пропасть между нашими помечталками, вымыслами, идеями и их реализацией, тем, как проявляются они в реальности – эта пропасть и есть библейская бездна отчаяния.

   Тут-то я осознал: пропасть между нашими помечталками, вымыслами, идеями и их реализацией, тем, как проявляются они в реальности – эта пропасть и есть библейская бездна отчаяния.
4. «

   Искусство — это не книги, театр или музеи, а всего лишь умение из любых базовых и скучных необходимостей жизни высекать удовольствие.

   Искусство — это не книги, театр или музеи, а всего лишь умение из любых базовых и скучных необходимостей жизни высекать удовольствие.
5. «

   Наркотик бога – любовь.

   Наркотик бога – любовь.
6. «

   Стакан с водой запотевал росой, роса сбегала на салфетку, оставляя там подмигивающие мордочки. Неаполитанское утро до десяти – свежо и резво, после – размерено и томно, как летнее море. Размятое тренировками тело лениво и тяжело, ветерок приятен, а внимание девушек слегка щекочет эго. Мягкий, мятный, банановый рай. Рай в кредит.

   Стакан с водой запотевал росой, роса сбегала на салфетку, оставляя там подмигивающие мордочки. Неаполитанское утро до десяти – свежо и резво, после – размерено и томно, как летнее море. Размятое тренировками тело лениво и тяжело, ветерок приятен, а внимание девушек слегка щекочет эго. Мягкий, мятный, банановый рай. Рай в кредит.

   — Франц · книга
7. «

   Сорвать травинку, положить на зуб, чтоб почувствовать терпкость.

   Сорвать травинку, положить на зуб, чтоб почувствовать терпкость.
8. «

   Насколько всё мимолетно. Не о горечи Экклезиаст – «и это пройдет» – не о горечи! Но о счастье.

   Насколько всё мимолетно. Не о горечи Экклезиаст – «и это пройдет» – не о горечи! Но о счастье.
9. «

   ЭСТРЕЙЯ: Люди вашей красоты, господин барон, должны быть вне закона.

   ЭСТРЕЙЯ: Люди вашей красоты, господин барон, должны быть вне закона.
10. «

    Всё – не проблема.

    Всё – не проблема.

    — Эстрейя · книга
11. «

    Когда нравишься людям, они начинают возводить в канон всё, чем являешься, аристократию тоже. Проблема нынешних нобилей в том, что среди них слишком много Джустин – дико претенциозных и столь же дико не отвечающих за народ – люди этого не прощают. Смотря на Джустин, они логично выводят, что вся аристократия – паразиты, способные лишь раздувать щёки, будучи на деле ничтожествами такими же, как народ, но несправедливо богаче. То, что началось во Франции с отрубленной головы Луи, всё ещё продолжается, ваше Высочество. Нам надо чистить аристократию. Больше даже – этот дом сгнил и пора строить новый.

    Когда нравишься людям, они начинают возводить в канон всё, чем являешься, аристократию тоже. Проблема нынешних нобилей в том, что среди них слишком много Джустин – дико претенциозных и столь же дико не отвечающих за народ – люди этого не прощают. Смотря на Джустин, они логично выводят, что вся аристократия – паразиты, способные лишь раздувать щёки, будучи на деле ничтожествами такими же, как народ, но несправедливо богаче. То, что началось во Франции с отрубленной головы Луи, всё ещё продолжается, ваше Высочество. Нам надо чистить аристократию. Больше даже – этот дом сгнил и пора строить новый.
12. «

    Ад – это просто.

    Ад – это просто.
13. «

    И весь рай от создания до распада всегда только мой.

    И весь рай от создания до распада всегда только мой.
14. «

    — Так что вы сделали с вашей тревожностью? — Сказал ей: я пройду любой ад, наслаждаясь.

    — Так что вы сделали с вашей тревожностью? — Сказал ей: я пройду любой ад, наслаждаясь.

    — Эшли · книга
15. «

    Зачем мне кто-то ещё теперь?

    Зачем мне кто-то ещё теперь?

    — Эстрейя · книга
16. «

    Я открыл для себя, что многие дома Европы затхловаты. Они могут впечатляюще выглядеть снаружи, быть построенными каким-нибудь Борджиа и со времен Борджии не обновляться. Затхленькие ковры, затхленькая мебель, даже люстры, и те – затхленькие. Но не в домах господина фон Шёнбург Хартенштайна. Так я понял, что это не вопрос денег. Я был у французской ветви Ротшильдов, и у них затхло. Это вопрос… нет, не вкуса. Сил. Красивая жизнь требует сил.

    Я открыл для себя, что многие дома Европы затхловаты. Они могут впечатляюще выглядеть снаружи, быть построенными каким-нибудь Борджиа и со времен Борджии не обновляться. Затхленькие ковры, затхленькая мебель, даже люстры, и те – затхленькие. Но не в домах господина фон Шёнбург Хартенштайна. Так я понял, что это не вопрос денег. Я был у французской ветви Ротшильдов, и у них затхло. Это вопрос… нет, не вкуса. Сил. Красивая жизнь требует сил.
17. «

    Нет времени в сингулярности,

    Нет времени в сингулярности,
18. «

    Выгорают, как раз сидя на жопе! Выгорают там, где ни решать ничего по-настоящему не хотят, ни чувствовать! Хотят только, чтоб вся работа на автомате сама себя делала – вот он самый человеческий фактор! Ах перекладываешь? Ни одного решения настоящего не принимаешь? Никогда я не видел, чтоб люди как Герхард выгорали! Те дебилы выгорают, которые реальность принять не могут!

    Выгорают, как раз сидя на жопе! Выгорают там, где ни решать ничего по-настоящему не хотят, ни чувствовать! Хотят только, чтоб вся работа на автомате сама себя делала – вот он самый человеческий фактор! Ах перекладываешь? Ни одного решения настоящего не принимаешь? Никогда я не видел, чтоб люди как Герхард выгорали! Те дебилы выгорают, которые реальность принять не могут!

    — Франц · книга
19. «

    По сравнению с позавчера, когда, казалось бы, вопросов, требующих незамедлительного решения, было меньше, я стал в три раза – (кто измеряет счастье?) – несоизмеримо счастливей.

    По сравнению с позавчера, когда, казалось бы, вопросов, требующих незамедлительного решения, было меньше, я стал в три раза – (кто измеряет счастье?) – несоизмеримо счастливей.
20. «

    Мы все застреваем в чём-то одном. Как печенье в формочке. Вот ты себя выпек в виде звёздочки, и теперь иное что-либо, даже если ты чувствуешь это что-то иное – тебе его не проявить. Но вот ты – только сегодня ты вскочила там наверху – потрошить! А ты ведь не будешь. Ты и мухи не выпотрошишь. Формочка у тебя уже не та. Печенье легче сломать, чем изменить в форме. Как бы мне, как бы тебе ни хотелось потрошить уродов, мы с тобой об этом только болтаем. Потому что уже пропеклись как… не знаю… дурочки с переулочка.

    Мы все застреваем в чём-то одном. Как печенье в формочке. Вот ты себя выпек в виде звёздочки, и теперь иное что-либо, даже если ты чувствуешь это что-то иное – тебе его не проявить. Но вот ты – только сегодня ты вскочила там наверху – потрошить! А ты ведь не будешь. Ты и мухи не выпотрошишь. Формочка у тебя уже не та. Печенье легче сломать, чем изменить в форме. Как бы мне, как бы тебе ни хотелось потрошить уродов, мы с тобой об этом только болтаем. Потому что уже пропеклись как… не знаю… дурочки с переулочка.