Подборка из книги: 81 цитата — «Франц Вертфоллен. О Летучих змеях. Неаполь»

Ниже 81 цитата из книги «Франц Вертфоллен. О Летучих змеях. Неаполь»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мы валялись и смотрели на звезды.

   Мы валялись и смотрели на звезды.
2. «

   Схватить синее платье, отпороть от него все финтифлюшки – пусть грубо, пусть ножницами, я накину платок.

   Схватить синее платье, отпороть от него все финтифлюшки – пусть грубо, пусть ножницами, я накину платок.
3. «

   Выгорают, как раз сидя на жопе! Выгорают там, где ни решать ничего по-настоящему не хотят, ни чувствовать! Хотят только, чтоб вся работа на автомате сама себя делала – вот он самый человеческий фактор! Ах перекладываешь? Ни одного решения настоящего не принимаешь? Никогда я не видел, чтоб люди как Герхард выгорали! Те дебилы выгорают, которые реальность принять не могут!

   Выгорают, как раз сидя на жопе! Выгорают там, где ни решать ничего по-настоящему не хотят, ни чувствовать! Хотят только, чтоб вся работа на автомате сама себя делала – вот он самый человеческий фактор! Ах перекладываешь? Ни одного решения настоящего не принимаешь? Никогда я не видел, чтоб люди как Герхард выгорали! Те дебилы выгорают, которые реальность принять не могут!

   — Франц · книга
4. «

   Вот удовольствие – в метре, и от него ключом пенным так и бьет всеподчиняющее желание жить.

   Вот удовольствие – в метре, и от него ключом пенным так и бьет всеподчиняющее желание жить.
5. «

   ЭСТРЕЙЯ: Чем вы ещё занимаетесь? Помимо… машин…

   ЭСТРЕЙЯ: Чем вы ещё занимаетесь? Помимо… машин…
6. «

   Ад – это просто.

   Ад – это просто.
7. «

   У красоты нет обязательств, Кит. Она меняет пространство так, как ей захочется его поменять. Сегодня она утешит, завтра взволнует, послезавтра разобьет сердце, а через день даст новую душу. Тебе же надо просто следовать за красотой – неотступно. Потому что она единственное, что есть вообще в этом мире. Единственное, чем на самом деле, живешь.

   У красоты нет обязательств, Кит. Она меняет пространство так, как ей захочется его поменять. Сегодня она утешит, завтра взволнует, послезавтра разобьет сердце, а через день даст новую душу. Тебе же надо просто следовать за красотой – неотступно. Потому что она единственное, что есть вообще в этом мире. Единственное, чем на самом деле, живешь.
8. «

   Я открыл для себя, что многие дома Европы затхловаты. Они могут впечатляюще выглядеть снаружи, быть построенными каким-нибудь Борджиа и со времен Борджии не обновляться. Затхленькие ковры, затхленькая мебель, даже люстры, и те – затхленькие. Но не в домах господина фон Шёнбург Хартенштайна. Так я понял, что это не вопрос денег. Я был у французской ветви Ротшильдов, и у них затхло. Это вопрос… нет, не вкуса. Сил. Красивая жизнь требует сил.

   Я открыл для себя, что многие дома Европы затхловаты. Они могут впечатляюще выглядеть снаружи, быть построенными каким-нибудь Борджиа и со времен Борджии не обновляться. Затхленькие ковры, затхленькая мебель, даже люстры, и те – затхленькие. Но не в домах господина фон Шёнбург Хартенштайна. Так я понял, что это не вопрос денег. Я был у французской ветви Ротшильдов, и у них затхло. Это вопрос… нет, не вкуса. Сил. Красивая жизнь требует сил.
9. «

   Во избежание сердечных драм не стоит путать галантность с добротой, а любезность с расположением.

   Во избежание сердечных драм не стоит путать галантность с добротой, а любезность с расположением.
10. «

    Если танец Солнца тебя чему-то и учит, так это тому, что за болью есть жизнь. Ты думаешь, боль – конец, а это даже не начало. Тебе ещё плясать и плясать. И ты привыкаешь к боли, и только когда она больше не отвлекает тебя, только тогда ты свободен от страха.

    Если танец Солнца тебя чему-то и учит, так это тому, что за болью есть жизнь. Ты думаешь, боль – конец, а это даже не начало. Тебе ещё плясать и плясать. И ты привыкаешь к боли, и только когда она больше не отвлекает тебя, только тогда ты свободен от страха.
11. «

    Мир прост – it’s just God getting high on love.

    Мир прост – it’s just God getting high on love.
12. «

    Нани протянула руку Герберту.

    Нани протянула руку Герберту.
13. «

    Говорят, из-за своего размера, мы не подозреваем, насколько вода вязкая вещь. Муравей, поймавшись лапой в каплю воды, не выбирается. Вот мы муравьишки, влипшие в наше счастье над красно-белым столом. Belle comme une perle d'eau (красивая как капелька воды) — вот уж действительно великолепное обозначение красоты — красиво, как капелька воды — вот так выглядит счастье.

    Говорят, из-за своего размера, мы не подозреваем, насколько вода вязкая вещь. Муравей, поймавшись лапой в каплю воды, не выбирается. Вот мы муравьишки, влипшие в наше счастье над красно-белым столом. Belle comme une perle d'eau (красивая как капелька воды) — вот уж действительно великолепное обозначение красоты — красиво, как капелька воды — вот так выглядит счастье.

    — Франц Вольфганг фон Вертфоллен · книга
14. «

    Он мог прийти на похороны и превратить похороны в праздник.

    Он мог прийти на похороны и превратить похороны в праздник.
15. «

    ЭСТРЕЙЯ: Люди вашей красоты, господин барон, должны быть вне закона.

    ЭСТРЕЙЯ: Люди вашей красоты, господин барон, должны быть вне закона.
16. «

    ГЕРБЕРТ: Замрите! Вы – великолепны.

    ГЕРБЕРТ: Замрите! Вы – великолепны.

    — Герберт · книга
17. «

    Прикрыв рот салфеткой, принцесса захохотала переливчатым смехом существа, пережившего всё, и даже готового на большее.

    Прикрыв рот салфеткой, принцесса захохотала переливчатым смехом существа, пережившего всё, и даже готового на большее.
18. «

    Тут-то я осознал: пропасть между нашими помечталками, вымыслами, идеями и их реализацией, тем, как проявляются они в реальности – эта пропасть и есть библейская бездна отчаяния.

    Тут-то я осознал: пропасть между нашими помечталками, вымыслами, идеями и их реализацией, тем, как проявляются они в реальности – эта пропасть и есть библейская бездна отчаяния.
19. «

    Романтическая литература идеализирует и романтизирует психозы и любые подобные проявления человеческой ущербности. Я лишился любого к ним сострадания, потому что, когда поработаешь с такими «сознаниями», становится как день ясно, что это всё – от вранья себе. От возведенного в культ нежелания брать ответственность за свою жизнь и менять её к лучшему самому. Они не «не могут», они так не хотят брать ответственность за малейшую свою ошибку, что предпочитают вывести свой мозг даже из химического равновесия, лишь бы только и дальше жалеть и выгораживать себя.

    Романтическая литература идеализирует и романтизирует психозы и любые подобные проявления человеческой ущербности. Я лишился любого к ним сострадания, потому что, когда поработаешь с такими «сознаниями», становится как день ясно, что это всё – от вранья себе. От возведенного в культ нежелания брать ответственность за свою жизнь и менять её к лучшему самому. Они не «не могут», они так не хотят брать ответственность за малейшую свою ошибку, что предпочитают вывести свой мозг даже из химического равновесия, лишь бы только и дальше жалеть и выгораживать себя.
20. «

    Во всех зеркалах – вот я! А вот свет золотистый от ламп, а вон шампанское так и не открытое, но с исцарапанной желтой фольгой.

    Во всех зеркалах – вот я! А вот свет золотистый от ламп, а вон шампанское так и не открытое, но с исцарапанной желтой фольгой.