42 цитаты из книги «Франсуа Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль»

Ниже 42 цитаты из книги «Франсуа Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Считать часы — это самая настоящая потеря времени.

   Считать часы — это самая настоящая потеря времени.

   — Гаргантюа · книга
2. «

   Философы ваши ропщут, что все уже описано древними, а им-де нечего теперь открывать, но это явное заблуждение.

   Философы ваши ропщут, что все уже описано древними, а им-де нечего теперь открывать, но это явное заблуждение.

   — Бакбук · книга
3. «

   Если я поужинаю несытно и невкусно, я ничего путного во сне не увижу, — одни лишь пустые мечтания.

   Если я поужинаю несытно и невкусно, я ничего путного во сне не увижу, — одни лишь пустые мечтания.

   — Панург · книга
4. «

   Не открывали боги никому Придется ль завтра быть живым ему.

   Не открывали боги никому Придется ль завтра быть живым ему.

   — Панург · книга
5. «

   Кто терпеливо ждет, тому всегда бывает награда.

   Кто терпеливо ждет, тому всегда бывает награда.

   — Панург · книга
6. «

   Пить спозаранку, тотчас же после сна, — это против правил медицины.

   Пить спозаранку, тотчас же после сна, — это против правил медицины.

   — Гаргантюа · книга
7. «

   У голодного желудка ушей не бывает.

   У голодного желудка ушей не бывает.

   — Панург · книга
8. «

   На голодный желудок много не наговоришь прибауток, и где царствует голод, там сила в опале.

   На голодный желудок много не наговоришь прибауток, и где царствует голод, там сила в опале.

   — Фанфарон · книга
9. «

   Коль автор вправе похвалу снискать, Приятное с полезным сочетав, Тебя читатель должен прославлять Затем, что, шуточный предмет избрав, Сумел ты эту повесть написать, Где столько истин, всем полезных скрыто. Мне кажется, я слышу Демокрита, Чей смех бичует глупости людские. Пусть книга будет в наши дни забыта, - Пиши: ее поймут века другие.

   Коль автор вправе похвалу снискать, Приятное с полезным сочетав, Тебя читатель должен прославлять Затем, что, шуточный предмет избрав, Сумел ты эту повесть написать, Где столько истин, всем полезных скрыто. Мне кажется, я слышу Демокрита, Чей смех бичует глупости людские. Пусть книга будет в наши дни забыта, - Пиши: ее поймут века другие.

   — Гюг Салель · книга
10. «

    Идите мимо, скряга-ростовщик, Пред кем должник трепещет разоренный, Скупец иссохший, кто стяжать привык, Кто весь приник к страницам счетных книг, В кого проник бесовский дух маммоны, Кто исступленно копит милионы. Пусть в раскаленный ад вас ввергнет черт! Здесь места нет для скотских ваших морд.

    Идите мимо, скряга-ростовщик, Пред кем должник трепещет разоренный, Скупец иссохший, кто стяжать привык, Кто весь приник к страницам счетных книг, В кого проник бесовский дух маммоны, Кто исступленно копит милионы. Пусть в раскаленный ад вас ввергнет черт! Здесь места нет для скотских ваших морд.
11. «

    Приговоры Судьбы и Фортуны обжалованию не подлежат. Дело состоит в том, что Фортуна не признает над собой высшей инстанции, куда бы можно было обратиться с жалобой.

    Приговоры Судьбы и Фортуны обжалованию не подлежат. Дело состоит в том, что Фортуна не признает над собой высшей инстанции, куда бы можно было обратиться с жалобой.

    — Пантагрюэль · книга
12. «

    Пока счастье нам улыбается, мы должны устремиться в погоню, ибо волосы у случая на лбу растут. А то если он от вас уплывет, вам потом не за что будет его ухватить: сзади он совершенно лыс, а лицом к вам уже не повернется.

    Пока счастье нам улыбается, мы должны устремиться в погоню, ибо волосы у случая на лбу растут. А то если он от вас уплывет, вам потом не за что будет его ухватить: сзади он совершенно лыс, а лицом к вам уже не повернется.

    — Понократ · книга
13. «

    Неужто вы судите о людях по их численности, а не по их доблести и отваге?

    Неужто вы судите о людях по их численности, а не по их доблести и отваге?

    — Монах · книга
14. «

    А я хоть и грешник, да без жажды не пью. Когда я, Господи благослови, начинаю, ее еще может и не быть, но потом она приходит сама, — я ее только опережаю, понятно? Я пью под будущую жажду. Вот почему я пью вечно. Вечная жизнь для меня в вине, вино — вот моя вечная жизнь.

    А я хоть и грешник, да без жажды не пью. Когда я, Господи благослови, начинаю, ее еще может и не быть, но потом она приходит сама, — я ее только опережаю, понятно? Я пью под будущую жажду. Вот почему я пью вечно. Вечная жизнь для меня в вине, вино — вот моя вечная жизнь.
15. «

    Женись, вступать не вздумай в брак, Женившись, угадаешь в рай. Но коль не женишься, то знай, Что был ты вовсе не дурак.

    Женись, вступать не вздумай в брак, Женившись, угадаешь в рай. Но коль не женишься, то знай, Что был ты вовсе не дурак.

    — Старик · книга
16. «

    Всякому вступающему в брак надлежит быть судьею собственных своих намерений и советоваться только с самим собой.

    Всякому вступающему в брак надлежит быть судьею собственных своих намерений и советоваться только с самим собой.

    — Пантагрюэль · книга
17. «

    Таков обычай тиранов, которые в противоположность людям мудрым и ученым, почитающим за нужное приводить веские доводы, стремятся к тому, чтобы здравый смысл уступил место их произволу.

    Таков обычай тиранов, которые в противоположность людям мудрым и ученым, почитающим за нужное приводить веские доводы, стремятся к тому, чтобы здравый смысл уступил место их произволу.
18. «

    Запомните, что ум грозней, чем сила.

    Запомните, что ум грозней, чем сила.

    — Пантагрюэль · книга
19. «

    У Гиппократа мы находим чрезвычайно меткое сравнение врачебной практики с битвой и с фарсом, в коих принимают участие три действующих лица: больной, врач и болезнь.

    У Гиппократа мы находим чрезвычайно меткое сравнение врачебной практики с битвой и с фарсом, в коих принимают участие три действующих лица: больной, врач и болезнь.
20. «

    То правда, всему на свете положен конец и предел, и когда что-либо достигает наивысшей точки, сейчас же и низвергается, ибо долго продержаться в этом положении не может. Таков конец всех, кто, благоденствуя и преуспевая, забывает о благоразумной умеренности.

    То правда, всему на свете положен конец и предел, и когда что-либо достигает наивысшей точки, сейчас же и низвергается, ибо долго продержаться в этом положении не может. Таков конец всех, кто, благоденствуя и преуспевая, забывает о благоразумной умеренности.

    — Галле · книга