56 цитат из книги «Фредрик Бакман. Тревожные люди» — коротко и по делу

Собрали 56 цитат из книги «Фредрик Бакман. Тревожные люди» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Правда в том, что если бы люди были действительно так счастливы, как выглядят в соцсетях, они бы не проводили столько времени в интернете.

   Правда в том, что если бы люди были действительно так счастливы, как выглядят в соцсетях, они бы не проводили столько времени в интернете.
2. «

   Паническая атака – это душевная боль, которая становится настолько сильной, что получает телесное выражение. Страх настолько обостряется, что мозгу… как бы так объяснить, каналу не хватает пропускной способности… для обработки всей информации. И файервол, так сказать, падает.

   Паническая атака – это душевная боль, которая становится настолько сильной, что получает телесное выражение. Страх настолько обостряется, что мозгу… как бы так объяснить, каналу не хватает пропускной способности… для обработки всей информации. И файервол, так сказать, падает.

   — Психолог · книга
3. «

   Она сидела в больнице на другом конце света, но даже оттуда чувствовала его безграничный ужас, и в её шёпоте были слёзы, когда она ответила сыну: «Бог не может защитить от ножа, сынок. Для того он и создал людей — чтобы они сами защищали друг друга».

   Она сидела в больнице на другом конце света, но даже оттуда чувствовала его безграничный ужас, и в её шёпоте были слёзы, когда она ответила сыну: «Бог не может защитить от ножа, сынок. Для того он и создал людей — чтобы они сами защищали друг друга».

   — мама Джека · книга
4. «

   Если выбирать все время, то никогда, черт побери, не сможешь выбрать.

   Если выбирать все время, то никогда, черт побери, не сможешь выбрать.
5. «

   Самый идиотский предрассудок тех, у кого есть все, по поводу тех, у кого нет ничего, состоит в том, что гордость якобы мешает последним просить о помощи. Чаще дело не в ней.

   Самый идиотский предрассудок тех, у кого есть все, по поводу тех, у кого нет ничего, состоит в том, что гордость якобы мешает последним просить о помощи. Чаще дело не в ней.
6. «

   Сидя на плечах у родителей, маленькие дети открывают для себя мир. Когда они подрастают, то, стоя на плечах у родителей, они могут дотянуться до облаков. Они могут уткнуться в плечо, если стоят перед выбором и сомневаются. Они верят нам, и это непосильная ответственность, ведь они не понимают, что мы сами ничего не знаем об этом мире.

   Сидя на плечах у родителей, маленькие дети открывают для себя мир. Когда они подрастают, то, стоя на плечах у родителей, они могут дотянуться до облаков. Они могут уткнуться в плечо, если стоят перед выбором и сомневаются. Они верят нам, и это непосильная ответственность, ведь они не понимают, что мы сами ничего не знаем об этом мире.
7. «

   — Вы не замечали, что веганы всегда говорят о спасении планеты так, будто планета их об этом попросила? Планета проживет без людей миллиарды лет. Убиваем мы только друг друга.

   — Вы не замечали, что веганы всегда говорят о спасении планеты так, будто планета их об этом попросила? Планета проживет без людей миллиарды лет. Убиваем мы только друг друга.

   — Зара · книга
8. «

   …именно те, кто дал детям их имена, реже всех называют их по имени. Тем, кого мы любим, мы даем ласковые прозвища — любовь требует особенных слов, которые принадлежат только нам.

   …именно те, кто дал детям их имена, реже всех называют их по имени. Тем, кого мы любим, мы даем ласковые прозвища — любовь требует особенных слов, которые принадлежат только нам.
9. «

   Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.

   Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.
10. «

    На самом деле никому не удается быть настолько скрытным, насколько ему самому кажется.

    На самом деле никому не удается быть настолько скрытным, насколько ему самому кажется.
11. «

    Того, кто хочет жить, и того, кто решил умереть, объединяет одно: если прыгаешь с большой высоты, надо быть уверенным в результате.

    Того, кто хочет жить, и того, кто решил умереть, объединяет одно: если прыгаешь с большой высоты, надо быть уверенным в результате.
12. «

    — Мост не виноват, что с него прыгают. Прекрасно помню эту историю., Рогер из-за неё очень переживал. — Он знал этого человека? — спросила Эстель. — Нет-нет, что вы. Но он многое знал про мост. Понимаете, Рогер инженер, он строит мосты. Конкретно этот мост построил не он, но если ты увлечён строительством мостов, как Рогер, то и судьба чужого моста тебя тоже волнует. По телевизору про тот мост говорили так, будто он был виноват. Рогер из-за этого очень расстроился. Мосты ведь нужны для того, чтобы сближать людей, сказал он.

    — Мост не виноват, что с него прыгают. Прекрасно помню эту историю., Рогер из-за неё очень переживал. — Он знал этого человека? — спросила Эстель. — Нет-нет, что вы. Но он многое знал про мост. Понимаете, Рогер инженер, он строит мосты. Конкретно этот мост построил не он, но если ты увлечён строительством мостов, как Рогер, то и судьба чужого моста тебя тоже волнует. По телевизору про тот мост говорили так, будто он был виноват. Рогер из-за этого очень расстроился. Мосты ведь нужны для того, чтобы сближать людей, сказал он.

    — Анна-Лена · книга
13. «

    ...если наше прошлое и интернет чему-нибудь нас научили, так это тому, что правота никому и никогда не помогает выиграть спор.

    ...если наше прошлое и интернет чему-нибудь нас научили, так это тому, что правота никому и никогда не помогает выиграть спор.
14. «

    Зара ответила быстрее, чем собиралась, — иногда не знаешь, как остро отреагируешь на слова, пока они не прозвучат вслух...

    Зара ответила быстрее, чем собиралась, — иногда не знаешь, как остро отреагируешь на слова, пока они не прозвучат вслух...

    — Зара · книга
15. «

    ...при беременных курить нельзя, ни в коем случае, по крайней мере до тех пор, пока не опьянеешь настолько, что с чистой совестью сможешь сказать, что была пьяна настолько, что никаких беременных поблизости не заметила.

    ...при беременных курить нельзя, ни в коем случае, по крайней мере до тех пор, пока не опьянеешь настолько, что с чистой совестью сможешь сказать, что была пьяна настолько, что никаких беременных поблизости не заметила.

    — Эстель · книга
16. «

    Самое трудное в смерти — это грамматика, точнее — время глагола: она не будет сердиться, что он купил новый диван, не спросив ее. Она не будет. Она не приедет домой. Ее больше нет. Она рассердилась в тот раз, когда Джим купил новый диван, не спросив ее; знали бы вы, как она разозлилась.

    Самое трудное в смерти — это грамматика, точнее — время глагола: она не будет сердиться, что он купил новый диван, не спросив ее. Она не будет. Она не приедет домой. Ее больше нет. Она рассердилась в тот раз, когда Джим купил новый диван, не спросив ее; знали бы вы, как она разозлилась.

    — Джим · книга
17. «

    Пришел Новый год – на него всегда возлагают неоправданно большие надежды, которые окупаются разве что у продавцов календарей. В действительности один день сменяет другой, только и всего.

    Пришел Новый год – на него всегда возлагают неоправданно большие надежды, которые окупаются разве что у продавцов календарей. В действительности один день сменяет другой, только и всего.
18. «

    Сила литературы в том, что книга может стать любовным посланием, что можно признаться в своих чувствах, указав на чужие.

    Сила литературы в том, что книга может стать любовным посланием, что можно признаться в своих чувствах, указав на чужие.

    — Эстель · книга
19. «

    Я каждый раз думала, что в следующем году будет его очередь. Но время идет быстрее, чем нам кажется, годы пролетели, как один день. Иногда я думаю, что, когда люди живут вместе очень долго и заводят детей, ты живешь, как белка на дереве. Вверх-вниз, вверх-вниз, пытаешься все успеть, быть на высоте; и все так, все время взбираются по дереву туда-сюда, едва успевая посмотреть друг на друга. Пока ты молод, ты этого не понимаешь, но когда появляются дети, все меняется: иногда кажется, что ты почти не встречаешь того мужчину, за которого вышла замуж. Вы прежде всего родители и товарищи по команде, а все остальное потом. Ты… карабкаешься по дереву… а друг с другом вы только видитесь по пути. Я всегда думала, что так и надо, это и есть жизнь. Я думала, что главное – все успевать. А самое важное – это то, что мы карабкаемся по одному дереву, потому что… рано или поздно мы… это звучит немного высокопарно… мы оба заберемся высоко и окажемся на одной ветке… И тогда мы возьмемся за руки и станем любоваться окрестностями. Вот так я представляла себе нашу старость. Но все произошло скорее, чем я ожидала. Его очередь так и не пришла.

    Я каждый раз думала, что в следующем году будет его очередь. Но время идет быстрее, чем нам кажется, годы пролетели, как один день. Иногда я думаю, что, когда люди живут вместе очень долго и заводят детей, ты живешь, как белка на дереве. Вверх-вниз, вверх-вниз, пытаешься все успеть, быть на высоте; и все так, все время взбираются по дереву туда-сюда, едва успевая посмотреть друг на друга. Пока ты молод, ты этого не понимаешь, но когда появляются дети, все меняется: иногда кажется, что ты почти не встречаешь того мужчину, за которого вышла замуж. Вы прежде всего родители и товарищи по команде, а все остальное потом. Ты… карабкаешься по дереву… а друг с другом вы только видитесь по пути. Я всегда думала, что так и надо, это и есть жизнь. Я думала, что главное – все успевать. А самое важное – это то, что мы карабкаемся по одному дереву, потому что… рано или поздно мы… это звучит немного высокопарно… мы оба заберемся высоко и окажемся на одной ветке… И тогда мы возьмемся за руки и станем любоваться окрестностями. Вот так я представляла себе нашу старость. Но все произошло скорее, чем я ожидала. Его очередь так и не пришла.

    — Анна-Лена · книга
20. «

    Несколько лет назад Джим узнал, что Джек снял все свои сбережения, отложенные на покупку квартиры, и потратил их на оплату дорогостоящего лечения сестры в эксклюзивной больнице. Он сам отвез ее туда. Через две недели она выписалась — деньги обратно он не получил, было уже слишком поздно. Она не давала о себе знать полгода, а потом позвонила посреди ночи так, будто ничего не случилось, и попросила взаймы пару тысяч. На билет домой, как она сказала. Джек выслал деньги, но она так и не приехала. А отец так и бегал внизу, пытаясь не потерять из виду воздушного змея, в том-то и была разница между отцом и братом.

    Несколько лет назад Джим узнал, что Джек снял все свои сбережения, отложенные на покупку квартиры, и потратил их на оплату дорогостоящего лечения сестры в эксклюзивной больнице. Он сам отвез ее туда. Через две недели она выписалась — деньги обратно он не получил, было уже слишком поздно. Она не давала о себе знать полгода, а потом позвонила посреди ночи так, будто ничего не случилось, и попросила взаймы пару тысяч. На билет домой, как она сказала. Джек выслал деньги, но она так и не приехала. А отец так и бегал внизу, пытаясь не потерять из виду воздушного змея, в том-то и была разница между отцом и братом.