19 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» — читаем и делимся

19 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

   Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

   — Джоан Дидион · книга
2. «

   Красота нашего сегодня зависит от того, что будет завтра.

   Красота нашего сегодня зависит от того, что будет завтра.

   — Марсель Паньоль · книга
3. «

   Полиция — всюду, правосудие — нигде.

   Полиция — всюду, правосудие — нигде.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Сама жизнь — непрекращающийся риск.

   Сама жизнь — непрекращающийся риск.

   — Ромен Озорски · книга
5. «

   У меня такое впечатление, что все изданные мной романы — булыжники, мостящие длинный путь, путь, ведущий к чему-то или к кому-то.

   У меня такое впечатление, что все изданные мной романы — булыжники, мостящие длинный путь, путь, ведущий к чему-то или к кому-то.

   — Фантина · книга
6. «

   Что проку в свободе мертвецу?

   Что проку в свободе мертвецу?

   — Клэр Жульяни · книга
7. «

   Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.

   Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.

   — Флора Конвей · книга
8. «

   Я всегда думал, что раз проблемы наши, то и решать их следует нам самим.

   Я всегда думал, что раз проблемы наши, то и решать их следует нам самим.

   — Ромен Озорски · книга
9. «

   Настоящих книгочеев становится все меньше. Теперь людей интересует не произведение, а автор: его жизнь, физиономия, прошлое, сексуальные партнеры, всякая чушь, которую он постит в соцсетях. Все что угодно, лишь бы не читать.

   Настоящих книгочеев становится все меньше. Теперь людей интересует не произведение, а автор: его жизнь, физиономия, прошлое, сексуальные партнеры, всякая чушь, которую он постит в соцсетях. Все что угодно, лишь бы не читать.

   — Флора Конвей · книга
10. «

    В мире иссяк здравый смысл. Не говоря о смелости.

    В мире иссяк здравый смысл. Не говоря о смелости.

    — Ромен Озорски · книга
11. «

    Даже когда есть хорошая история и хорошие персонажи, для успеха романа этого мало. Надо еще находиться в таком моменте вашей жизни, когда вам удастся из него кое-что извлечь.

    Даже когда есть хорошая история и хорошие персонажи, для успеха романа этого мало. Надо еще находиться в таком моменте вашей жизни, когда вам удастся из него кое-что извлечь.

    — Ромен Озорски · книга
12. «

    История, разворачивающаяся у нас под носом, должна быть самой понятной, но как раз с этим сложно.

    История, разворачивающаяся у нас под носом, должна быть самой понятной, но как раз с этим сложно.

    — Джулиан Барнс · книга
13. «

    Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.

    Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.

    — Ромен Озорски · книга
14. «

    Я давно знаю, что художественный мир подчиняется собственным законам, но могущество этих законов я до сих пор недооценивал.

    Я давно знаю, что художественный мир подчиняется собственным законам, но могущество этих законов я до сих пор недооценивал.

    — Ромен Озорски · книга
15. «

    За меня говорил сочинитель романов, привыкший изображать романтические события, выводящие героев из тупиков реальной жизни. Волшебство «бога из машины», желаемый резкий поворот исправляет в последней главе действительность, приводя ее соответствие с тем, что «должно быть». В кои-то веки победу одерживает добро, а циники, посредственности, злоумышленники получают по заслугам.

    За меня говорил сочинитель романов, привыкший изображать романтические события, выводящие героев из тупиков реальной жизни. Волшебство «бога из машины», желаемый резкий поворот исправляет в последней главе действительность, приводя ее соответствие с тем, что «должно быть». В кои-то веки победу одерживает добро, а циники, посредственности, злоумышленники получают по заслугам.

    — Ромен Озорски · книга
16. «

    Такова история всей моей жизни, с самого детства. Всегда один и тот же враг — я сам.

    Такова история всей моей жизни, с самого детства. Всегда один и тот же враг — я сам.

    — Ромен Озорски · книга
17. «

    Часто человек сводится к тому, что он скрывает, — к щепотке секретов.

    Часто человек сводится к тому, что он скрывает, — к щепотке секретов.

    — Мальро · книга
18. «

    Я со вздохом вспомнил Набокова, называвшего своих персонажей «каторжниками», невольниками в мире, в котором он был «абсолютным диктатором, единственным ответственным за стабильность и правду».

    Я со вздохом вспомнил Набокова, называвшего своих персонажей «каторжниками», невольниками в мире, в котором он был «абсолютным диктатором, единственным ответственным за стабильность и правду».

    — Ромен Озорски · книга
19. «

    Я люблю дисциплину, упорство, требовательность к себе. Ничто не дается легко, всего надо добиваться.

    Я люблю дисциплину, упорство, требовательность к себе. Ничто не дается легко, всего надо добиваться.

    — Ромен Озорски · книга