48 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» для вдохновения

48 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Многие сочинители знают о принципе драматургии под названием «чеховское ружье»: если в первом акте на стене висит ружье, учил русский драматург, то во втором или третьем акте оно непременно должно выстрелить.

   Многие сочинители знают о принципе драматургии под названием «чеховское ружье»: если в первом акте на стене висит ружье, учил русский драматург, то во втором или третьем акте оно непременно должно выстрелить.

   — Флора Конвей · книга
2. «

   Я всегда думал, что раз проблемы наши, то и решать их следует нам самим.

   Я всегда думал, что раз проблемы наши, то и решать их следует нам самим.

   — Ромен Озорски · книга
3. «

   Все люди скроены из разной материи. Одни корчат из себя звезд, а сами довольствуются зачитыванием текстов, не прилагая ни малейших стараний. Другие, напротив, пытаются повести вас в танце, изменить жизненную траекторию.

   Все люди скроены из разной материи. Одни корчат из себя звезд, а сами довольствуются зачитыванием текстов, не прилагая ни малейших стараний. Другие, напротив, пытаются повести вас в танце, изменить жизненную траекторию.

   — Ромен Озорски · книга
4. «

   Когда я был несчастен, когда не с кем было перемолвиться словечком, у меня оставались мои персонажи. Я знал, что некоторые из них еще несчастнее меня. Это было далеко не утешение, скорее чувство братства.

   Когда я был несчастен, когда не с кем было перемолвиться словечком, у меня оставались мои персонажи. Я знал, что некоторые из них еще несчастнее меня. Это было далеко не утешение, скорее чувство братства.

   — Ромен Озорски · книга
5. «

   Разговаривая с писателями, всегда помните, что это ненормальные люди.

   Разговаривая с писателями, всегда помните, что это ненормальные люди.

   — Джонатан Коу · книга
6. «

   Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.

   Чтобы ни болтали романисты, они не любят, когда их персонажи приставляют к их горлу нож.

   — Флора Конвей · книга
7. «

   Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.

   Сочинительство никогда не было для меня развлечением. В него уходишь с головой. Флобер называл это особым способом жить.

   — Ромен Озорски · книга
8. «

   Красота нашего сегодня зависит от того, что будет завтра.

   Красота нашего сегодня зависит от того, что будет завтра.

   — Марсель Паньоль · книга
9. «

   Перед химчисткой скучает дюжина фотографов и журналистов: мелкая сошка, усталая и невеселая пехота с пальцем на спуске объектива, состоящая на службе у пошлости и непристойности.

   Перед химчисткой скучает дюжина фотографов и журналистов: мелкая сошка, усталая и невеселая пехота с пальцем на спуске объектива, состоящая на службе у пошлости и непристойности.

   — Ромен Озорски · книга
10. «

    За все в жизни надо платить, только смерть бесплатна, но и она имеет стоимость — вашу жизнь.

    За все в жизни надо платить, только смерть бесплатна, но и она имеет стоимость — вашу жизнь.

    — Эльфрида Елинек · книга
11. «

    Поддерживайте в себе опьянение сочинительства, и разрушительная реальность будет против вас бессильна.

    Поддерживайте в себе опьянение сочинительства, и разрушительная реальность будет против вас бессильна.

    — Рэй Брэдбери · книга
12. «

    Даже когда есть хорошая история и хорошие персонажи, для успеха романа этого мало. Надо еще находиться в таком моменте вашей жизни, когда вам удастся из него кое-что извлечь.

    Даже когда есть хорошая история и хорошие персонажи, для успеха романа этого мало. Надо еще находиться в таком моменте вашей жизни, когда вам удастся из него кое-что извлечь.

    — Ромен Озорски · книга
13. «

    Участь людей — жить в невежестве, в плену ложных представлений, в пещере, ослепленными ухищрениями интриганов, создающих иллюзии, которые они принимают за истину.

    Участь людей — жить в невежестве, в плену ложных представлений, в пещере, ослепленными ухищрениями интриганов, создающих иллюзии, которые они принимают за истину.

    — Флора Конвей · книга
14. «

    На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.

    На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.

    — Флора Конвей · книга
15. «

    Что проку в свободе мертвецу?

    Что проку в свободе мертвецу?

    — Клэр Жульяни · книга
16. «

    Я люблю дисциплину, упорство, требовательность к себе. Ничто не дается легко, всего надо добиваться.

    Я люблю дисциплину, упорство, требовательность к себе. Ничто не дается легко, всего надо добиваться.

    — Ромен Озорски · книга
17. «

    Боль — лучшее горючее для писателя.

    Боль — лучшее горючее для писателя.
18. «

    Я охотно прознаю, что большую часть времени пребывал в параллельной вселенной, населенной воображаемыми существами, чьи проблемы не отпускали меня ни днем ни ночью.

    Я охотно прознаю, что большую часть времени пребывал в параллельной вселенной, населенной воображаемыми существами, чьи проблемы не отпускали меня ни днем ни ночью.

    — Ромен Озорски · книга
19. «

    История, разворачивающаяся у нас под носом, должна быть самой понятной, но как раз с этим сложно.

    История, разворачивающаяся у нас под носом, должна быть самой понятной, но как раз с этим сложно.

    — Джулиан Барнс · книга
20. «

    Ты думаешь только о собственной мелкой персоне, вечно занят мыслями о том, где у тебя кольнет, где сведет, заботишься о своем ничтожном психологическом комфорте. Ты никогда не думаешь о других.

    Ты думаешь только о собственной мелкой персоне, вечно занят мыслями о том, где у тебя кольнет, где сведет, заботишься о своем ничтожном психологическом комфорте. Ты никогда не думаешь о других.

    — Альмина · книга