34 цитаты из книги «Грэм Джойс. Дом утраченных грез» — читаем и делимся

34 цитаты из книги «Грэм Джойс. Дом утраченных грез» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он испытывал необъяснимую любовь к этим двум английским детям. Его привязывало к ним не нормальное чувство симпатии и дружбы, и не страстное и плотское влечение, даже не чувство нежной родительской и семейной заботы. Его любовь к ним была подлинная христианская любовь-милосердие, когда он мог видеть все лучшее и все худшее в них, высшее и низшее. Он любил их так, как любил самое жизнь.

   Он испытывал необъяснимую любовь к этим двум английским детям. Его привязывало к ним не нормальное чувство симпатии и дружбы, и не страстное и плотское влечение, даже не чувство нежной родительской и семейной заботы. Его любовь к ним была подлинная христианская любовь-милосердие, когда он мог видеть все лучшее и все худшее в них, высшее и низшее. Он любил их так, как любил самое жизнь.
2. «

   Манусос твердо решил, что никому нельзя верить: ни тому, что говорят о жизни, ни размерам, ни указателям, ни границам и трамвайным линиям — все условно. И хотя при таком взгляде мир представлялся кромешным хаосом, все же он мог найти в нем тихую середину.

   Манусос твердо решил, что никому нельзя верить: ни тому, что говорят о жизни, ни размерам, ни указателям, ни границам и трамвайным линиям — все условно. И хотя при таком взгляде мир представлялся кромешным хаосом, все же он мог найти в нем тихую середину.
3. «

   Сильные — это те, кто берут, что хотят? Или те, кто отдают себя?

   Сильные — это те, кто берут, что хотят? Или те, кто отдают себя?

   — Ким · книга
4. «

   Хотя они говорили, что бежали от повседневной, затягивающей рутины, что она была их врагом, они понимали — причина в конце концов, была не в ней, а в жажде покоя. Покой и время — вот что было ценно. Время, чтобы замечать все.

   Хотя они говорили, что бежали от повседневной, затягивающей рутины, что она была их врагом, они понимали — причина в конце концов, была не в ней, а в жажде покоя. Покой и время — вот что было ценно. Время, чтобы замечать все.
5. «

   Вещь названная, верил Майк, существует; даже если существует как ложь или иллюзия или как совершенное воплощение истины. Ложь существует. Иллюзии существуют. Они существуют, но в иной плоскости, находятся на другой полке.

   Вещь названная, верил Майк, существует; даже если существует как ложь или иллюзия или как совершенное воплощение истины. Ложь существует. Иллюзии существуют. Они существуют, но в иной плоскости, находятся на другой полке.
6. «

   Женский пол более расположен к игре. Она, может, только приняла предложение солдата донести воду, и это понятно. Но таким образом оказалась в долгу. Сейчас она попыталась расплатиться сигаретой-двумя, но вдобавок между ними возникла небольшая торговля. И машина зарабоотала. А механизм торговли между людьми не такой, как в технике: отличие в том, что запустить то его легко, а вот остановить гораздо трудней.

   Женский пол более расположен к игре. Она, может, только приняла предложение солдата донести воду, и это понятно. Но таким образом оказалась в долгу. Сейчас она попыталась расплатиться сигаретой-двумя, но вдобавок между ними возникла небольшая торговля. И машина зарабоотала. А механизм торговли между людьми не такой, как в технике: отличие в том, что запустить то его легко, а вот остановить гораздо трудней.

   — Манусос · книга
7. «

   Он пьет, но нет ему облегчения. Это верный способ потерять душу. Есть демоны, живущие в горе, и демоны, живущие в бутылке, и если он зайдет слишком далеко в своем пьянстве, то перестанет быть другом себе.

   Он пьет, но нет ему облегчения. Это верный способ потерять душу. Есть демоны, живущие в горе, и демоны, живущие в бутылке, и если он зайдет слишком далеко в своем пьянстве, то перестанет быть другом себе.

   — Манусос · книга
8. «

   Я тут думал над нашим браком. Он был построен на лжи, не так ли? Никогда мы не были искренни друг с другом. Мы свили гнездышко из обмана. Обмана и фальши. Возможно, наш единственный шанс быть честными — это расстаться.

   Я тут думал над нашим браком. Он был построен на лжи, не так ли? Никогда мы не были искренни друг с другом. Мы свили гнездышко из обмана. Обмана и фальши. Возможно, наш единственный шанс быть честными — это расстаться.

   — Майк · книга
9. «

   Орфей был повсюду, перемещаясь — под поверхностью — туда, где предстояло открыться священному. Но невозможно, чтобы священное постоянно оставалось зримым, и оно вновь покрывалось камнем. Эвридика потеряна. Но остается поэтическая душа Орфея, чьим голосом оракул продолжает вещать.

   Орфей был повсюду, перемещаясь — под поверхностью — туда, где предстояло открыться священному. Но невозможно, чтобы священное постоянно оставалось зримым, и оно вновь покрывалось камнем. Эвридика потеряна. Но остается поэтическая душа Орфея, чьим голосом оракул продолжает вещать.

   — Майк · книга
10. «

    Они не занимались никаким делом. Плавали, как рыбы. Совершали долгие прогулки без всякой видимой цели. Какой человек будет ходить не за чем-то, а просто так? Что за странная трата сил и энергии?

    Они не занимались никаким делом. Плавали, как рыбы. Совершали долгие прогулки без всякой видимой цели. Какой человек будет ходить не за чем-то, а просто так? Что за странная трата сил и энергии?

    — Манусос · книга
11. «

    Отец говорил ему, что танцующий человек — это флаг на мачте, способный сам вызвать ветер.

    Отец говорил ему, что танцующий человек — это флаг на мачте, способный сам вызвать ветер.
12. «

    Разве змеи плохие? Нет. Они такие, какие они есть.

    Разве змеи плохие? Нет. Они такие, какие они есть.

    — Манусос · книга
13. «

    Каждый раз, когда земля трясется, мы говорим: кто-то врет не краснея.

    Каждый раз, когда земля трясется, мы говорим: кто-то врет не краснея.

    — Мария · книга
14. «

    Мужчины делают первый шаг, а женщины — пока их не понудит к этому насилие — всегда стоят у таинственных врат, решая, открыть их или не открывать. Иногда сама эта сила привлекательней обещаемых ею наслаждений.

    Мужчины делают первый шаг, а женщины — пока их не понудит к этому насилие — всегда стоят у таинственных врат, решая, открыть их или не открывать. Иногда сама эта сила привлекательней обещаемых ею наслаждений.

    — Ким · книга
15. «

    Когда играешь музыку, необходимо иметь непосредственную связь с почвой, ибо всякая музыка — это пение земли.

    Когда играешь музыку, необходимо иметь непосредственную связь с почвой, ибо всякая музыка — это пение земли.

    — Манусос · книга
16. «

    Он не любил давать советы. Никогда, никогда не позволял себе этого.

    Он не любил давать советы. Никогда, никогда не позволял себе этого.
17. «

    Откуда мне знать, какие искушения тебя одолевают? Мы не можем быть одинаковыми.

    Откуда мне знать, какие искушения тебя одолевают? Мы не можем быть одинаковыми.

    — Ким · книга
18. «

    То, в чем он был виноват, намного подлей — и бесчестней в основе — любого возможного из грехов. Он подавляет меня своим интеллектом.

    То, в чем он был виноват, намного подлей — и бесчестней в основе — любого возможного из грехов. Он подавляет меня своим интеллектом.

    — Никки · книга
19. «

    Она дразнила мужчин, говоря, что наслаждение, которое они дарят ей, длится краткий миг и быстро забывается; наслаждение же, которое доставляют ей книги, длится и после того, как они уходят.

    Она дразнила мужчин, говоря, что наслаждение, которое они дарят ей, длится краткий миг и быстро забывается; наслаждение же, которое доставляют ей книги, длится и после того, как они уходят.
20. «

    Не существует большей внутренней близости, нежели та, которую дает близость физическая. Что бы кто ни говорил о духовном, платоническом или интеллектуальном союзе, ничто не связывает так тесно и бесповоротно, как простой, грубый половой акт. Суть в проникновении и приятии, во взаимной отдаче себя.

    Не существует большей внутренней близости, нежели та, которую дает близость физическая. Что бы кто ни говорил о духовном, платоническом или интеллектуальном союзе, ничто не связывает так тесно и бесповоротно, как простой, грубый половой акт. Суть в проникновении и приятии, во взаимной отдаче себя.

    — Ким · книга