316 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» — читать онлайн

Ниже 316 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Но каким образом материя может действовать на дух или вызывать в нем какую-либо идею, этого никакой философ не возьмется объяснить.

   Но каким образом материя может действовать на дух или вызывать в нем какую-либо идею, этого никакой философ не возьмется объяснить.

   — Беркли (Berkley) · книга
2. «

   Философ — созерцатель высших начал, творец чистых форм. Он не изучает, он зрит.

   Философ — созерцатель высших начал, творец чистых форм. Он не изучает, он зрит.

   — Плотин · книга
3. «

   Всё существующее произошло от чего-то и восходит к нему. У единого первоначала нет свойств, ибо свойства предполагают разнообразие. Первое начало суть нечто, превосходящее сущность. Оно неисследуемо, ибо неуловимо. Оно бесконечно, ибо нет ничего другого, что могло бы служить ему пределом. Оно вездесуще, оно вневременно.

   Всё существующее произошло от чего-то и восходит к нему. У единого первоначала нет свойств, ибо свойства предполагают разнообразие. Первое начало суть нечто, превосходящее сущность. Оно неисследуемо, ибо неуловимо. Оно бесконечно, ибо нет ничего другого, что могло бы служить ему пределом. Оно вездесуще, оно вневременно.

   — Плотин · книга
4. «

   Действуй так, чтобы твоя воля была абсолютною волей, чтобы весь моральный мир мог хотеть твоего поступка.

   Действуй так, чтобы твоя воля была абсолютною волей, чтобы весь моральный мир мог хотеть твоего поступка.

   — Август Шеллинг · книга
5. «

   Августину принадлежит одна из первых философий истории — истории как борьбы между приверженцами бога, строящими «град божий» на земле и сторонниками сатаны, этими сынами Каина. Когда гибнет земное, построенное вторыми, то на его место становится «вечная мировая божья держава». Иными словами, смысл истории — в обнаружении божественного. История непредсказуема, каждый ее акт — божественен.

   Августину принадлежит одна из первых философий истории — истории как борьбы между приверженцами бога, строящими «град божий» на земле и сторонниками сатаны, этими сынами Каина. Когда гибнет земное, построенное вторыми, то на его место становится «вечная мировая божья держава». Иными словами, смысл истории — в обнаружении божественного. История непредсказуема, каждый ее акт — божественен.
6. «

   Спросят: «Когда вы смотрите на восход солнца, не кажется ли вам, что круглый огненный диск его чем-то напоминает гинею?» О нет, нет! Не гинею я вижу, но неисчислимый сонм ангелов небесных, гласящих: «Свят Господь Бог наш всемогущий». Ибо не вещественному, не телесному моему взгляду я доверяю, как не окну доверяю, когда разглядываю происходящее за ним, ибо я смотрю сквозь него, а не его посредством.

   Спросят: «Когда вы смотрите на восход солнца, не кажется ли вам, что круглый огненный диск его чем-то напоминает гинею?» О нет, нет! Не гинею я вижу, но неисчислимый сонм ангелов небесных, гласящих: «Свят Господь Бог наш всемогущий». Ибо не вещественному, не телесному моему взгляду я доверяю, как не окну доверяю, когда разглядываю происходящее за ним, ибо я смотрю сквозь него, а не его посредством.

   — Блейк · книга
7. «

   Беркли был противником экономического либерализма — невмешательства государства в экономическую жизнь страны. Он призывал к планомерной, государственно-организованной индустриализации.

   Беркли был противником экономического либерализма — невмешательства государства в экономическую жизнь страны. Он призывал к планомерной, государственно-организованной индустриализации.
8. «

   В искусстве нет течений — только искренность и воодушевление творцов. А течения появляются не в искусстве, а в науке о нем.

   В искусстве нет течений — только искренность и воодушевление творцов. А течения появляются не в искусстве, а в науке о нем.
9. «

   Для По музыка — вовсе не ритм, как поэзия — не рифма. Как говорил Бэкон, не бывает утонченной красоты без некоторой необычности в пропорциях. Уже древние понимали это — не потому ли древнееврейский стих не знал рифмы.

   Для По музыка — вовсе не ритм, как поэзия — не рифма. Как говорил Бэкон, не бывает утонченной красоты без некоторой необычности в пропорциях. Уже древние понимали это — не потому ли древнееврейский стих не знал рифмы.
10. «

    На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

    На дерево одно глупец и умный смотрят, но разные деревья видят.

    — Блейк · книга
11. «

    Познание вообще, философия в частности, терпит поражение там, где страх перед истиной пересиливает любовь к ней, искать истину, какой бы они ни была, — вот девиз новой мудрости, связанной с именами Шопенгауэра и Ницше.

    Познание вообще, философия в частности, терпит поражение там, где страх перед истиной пересиливает любовь к ней, искать истину, какой бы они ни была, — вот девиз новой мудрости, связанной с именами Шопенгауэра и Ницше.
12. «

    Мир слишком груб для меня.

    Мир слишком груб для меня.

    — Китс · книга
13. «

    Зачем зовем на помощь Бога? В нас самих Он заключен, и сами мы должны Спасти от гибели людей.

    Зачем зовем на помощь Бога? В нас самих Он заключен, и сами мы должны Спасти от гибели людей.

    — Блейк · книга
14. «

    Шатобриан включил Рабле в число genies — meres, порождающих и вскармливающих искусство народов, таких, как Гомер, Данте, Шекспир. Этих гениев-матерей единицы, но именно они творят совокупную мудрость человечества и учат его человечности.

    Шатобриан включил Рабле в число genies — meres, порождающих и вскармливающих искусство народов, таких, как Гомер, Данте, Шекспир. Этих гениев-матерей единицы, но именно они творят совокупную мудрость человечества и учат его человечности.
15. «

    Глупости свойственно увлекать в одну сторону тело, в другую душу и отрывать их друг от друга, направляя в противоположные стороны.

    Глупости свойственно увлекать в одну сторону тело, в другую душу и отрывать их друг от друга, направляя в противоположные стороны.
16. «

    Мы не говорим, что не ошибаемся, и не настаиваем на своем мнении, совершенствуясь. И книги мы пишем не ради предписания в силу авторитета, а ради совершенствования.

    Мы не говорим, что не ошибаемся, и не настаиваем на своем мнении, совершенствуясь. И книги мы пишем не ради предписания в силу авторитета, а ради совершенствования.

    — Августин · книга
17. «

    Никакая фантазия никакого художника не бывает сильнее и действеннее, чем жизнь. Укус осы в глаз открывает нам мир куда шире, чем муки христианских подвижников эпохи Нерона. Страдания всего человечества менее чувствительны, чем удар кулака по лбу.

    Никакая фантазия никакого художника не бывает сильнее и действеннее, чем жизнь. Укус осы в глаз открывает нам мир куда шире, чем муки христианских подвижников эпохи Нерона. Страдания всего человечества менее чувствительны, чем удар кулака по лбу.
18. «

    Для теоретиков неведение и непознаваемость Бога предпочтительнее иллюзорного знания, для потребителей нужен осязаемый, земной Бог.

    Для теоретиков неведение и непознаваемость Бога предпочтительнее иллюзорного знания, для потребителей нужен осязаемый, земной Бог.

    — Августин · книга
19. «

    Человек не улучшается, причиняя боль другому. Государства не совершенствуются за счет чужеземцев.

    Человек не улучшается, причиняя боль другому. Государства не совершенствуются за счет чужеземцев.

    — Блейк · книга
20. «

    Изуверство человеческое глубинно, инквизиция — в душах людей. Даже природные катаклизмы не способны вразумить человека.

    Изуверство человеческое глубинно, инквизиция — в душах людей. Даже природные катаклизмы не способны вразумить человека.

    — Клейст · книга