125 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» — читаем и делимся

Ниже 125 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Нынешняя культура — модернистская культура прозрения, боли, абсурда — обязана своим появлением гениям страданий. Не знаю, что будет завтра, но сегодня — лишь они истинны, искренни, абсолютно честны.

   Нынешняя культура — модернистская культура прозрения, боли, абсурда — обязана своим появлением гениям страданий. Не знаю, что будет завтра, но сегодня — лишь они истинны, искренни, абсолютно честны.
2. «

   Мыслителю все дозволено, кроме одного — звать за собой, указывать путь.

   Мыслителю все дозволено, кроме одного — звать за собой, указывать путь.
3. «

   Крохи человеческого добра бессильны перед молотом тотального зла — такова гениальная идея, пронизывающая его (Клейста) книги.

   Крохи человеческого добра бессильны перед молотом тотального зла — такова гениальная идея, пронизывающая его (Клейста) книги.
4. «

   Любое подлинное произведение искусства допускает бесконечное количество толкований, причем никогда нельзя сказать, вложена ли эта бесконечность самим художником или раскрывается в произведении, как таковая.

   Любое подлинное произведение искусства допускает бесконечное количество толкований, причем никогда нельзя сказать, вложена ли эта бесконечность самим художником или раскрывается в произведении, как таковая.
5. «

   Беркли был противником экономического либерализма — невмешательства государства в экономическую жизнь страны. Он призывал к планомерной, государственно-организованной индустриализации.

   Беркли был противником экономического либерализма — невмешательства государства в экономическую жизнь страны. Он призывал к планомерной, государственно-организованной индустриализации.
6. «

   Не может же один человек сражаться со всем миром.

   Не может же один человек сражаться со всем миром.
7. «

   В мире, сотворенном Богом, высшее, лучшее страдает именно оттого, что оно — высшее, божественное.

   В мире, сотворенном Богом, высшее, лучшее страдает именно оттого, что оно — высшее, божественное.
8. «

   Нет спора — философия достигает величайших высот, но в эти выси она увлекает лишь как бы частицу человека. Искусство же позволяет целостному человеку добраться до этих высот, до познания высшего.

   Нет спора — философия достигает величайших высот, но в эти выси она увлекает лишь как бы частицу человека. Искусство же позволяет целостному человеку добраться до этих высот, до познания высшего.
9. «

   Действуй так, чтобы твоя воля была абсолютною волей, чтобы весь моральный мир мог хотеть твоего поступка.

   Действуй так, чтобы твоя воля была абсолютною волей, чтобы весь моральный мир мог хотеть твоего поступка.

   — Август Шеллинг · книга
10. «

    Удовлетворение плоти и удовлетворение умственных способностей не имеют между собой ничего общего.

    Удовлетворение плоти и удовлетворение умственных способностей не имеют между собой ничего общего.

    — Готье · книга
11. «

    Чувственное познание — лишь первый элемент познания, затем начинается сложная цепочка интеллектуальной обработки.

    Чувственное познание — лишь первый элемент познания, затем начинается сложная цепочка интеллектуальной обработки.

    — Фома Аквинский · книга
12. «

    Для меня даже самые святые — прежде всего человеки.

    Для меня даже самые святые — прежде всего человеки.
13. «

    Весь наш опыт демонстрирует, что сокровищницу культуры трудно наполнить, разбазарить же ее можно бысто и легко.

    Весь наш опыт демонстрирует, что сокровищницу культуры трудно наполнить, разбазарить же ее можно бысто и легко.
14. «

    Модернизм, декаданс, абсурд возникают всякий раз, когда дисгармония мира становится нестерпимой. Не кризис искусства, а срыв сознания и искусство как его барометр. Безумие, отчаяние, истеричность, цинизм — не разрушение искусства, а отражение сполохов пожарищ и вопли боли. И уход в себя — как свидетельство предельного стресса в мире, где что-то случилось. Искусство как желание несчастного сознания вырваться из состояния несчастья. Искусство как протест. Как неудовлетворенность существующим.

    Модернизм, декаданс, абсурд возникают всякий раз, когда дисгармония мира становится нестерпимой. Не кризис искусства, а срыв сознания и искусство как его барометр. Безумие, отчаяние, истеричность, цинизм — не разрушение искусства, а отражение сполохов пожарищ и вопли боли. И уход в себя — как свидетельство предельного стресса в мире, где что-то случилось. Искусство как желание несчастного сознания вырваться из состояния несчастья. Искусство как протест. Как неудовлетворенность существующим.
15. «

    О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

    О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

    — Артюр Рембо · книга
16. «

    Воинствующее государство никогда не создает искусства, оно будет грабить и разорять, и тащить, и копировать, и покупать, но не делать, не созидать.

    Воинствующее государство никогда не создает искусства, оно будет грабить и разорять, и тащить, и копировать, и покупать, но не делать, не созидать.

    — Блейк · книга
17. «

    Гениальность всегда несет в себе куда больше, чем замыслено гением.

    Гениальность всегда несет в себе куда больше, чем замыслено гением.
18. «

    Осознав тщету утопии и веры — что им противопоставил Парнас? — Собственную лирику, лирику-заклинание, поэзию-причащение чуду, священный Глагол. Леконт де Лиль считал своих сподвижников новой теократией, исповедывающей религию Красоты поэзии, священниками собственной истины. Это действительно был культ — культ культуры и искусства.

    Осознав тщету утопии и веры — что им противопоставил Парнас? — Собственную лирику, лирику-заклинание, поэзию-причащение чуду, священный Глагол. Леконт де Лиль считал своих сподвижников новой теократией, исповедывающей религию Красоты поэзии, священниками собственной истины. Это действительно был культ — культ культуры и искусства.
19. «

    Душа моя — кобылка, охромевшая от дневных трудов; теперь она отдыхает на золотистой подстилке сновидений.

    Душа моя — кобылка, охромевшая от дневных трудов; теперь она отдыхает на золотистой подстилке сновидений.

    — Бертран · книга
20. «

    Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

    Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

    — Бодлер · книга