116 цитат из книги «Иван Сергеевич Тургенев. Отцы и дети» — большая подборка

Собрали 116 цитат из книги «Иван Сергеевич Тургенев. Отцы и дети» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко сладил бы с своею кровью, но что-то другое в него вселилось, чего он никак не допускал, над чем всегда трунил, что возмущало всю его гордость. В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше прежнего высказывал свое равнодушное презрение ко всему романтическому; а оставшись наедине, он с негодованием сознавал романтика в самом себе.

   Кровь его загоралась, как только он вспоминал о ней; он легко сладил бы с своею кровью, но что-то другое в него вселилось, чего он никак не допускал, над чем всегда трунил, что возмущало всю его гордость. В разговорах с Анной Сергеевной он еще больше прежнего высказывал свое равнодушное презрение ко всему романтическому; а оставшись наедине, он с негодованием сознавал романтика в самом себе.
2. «

   В чемодане оказалось пустое место, и я кладу в него сено; так и в жизненном нашем чемодане: чем бы его ни набили, лишь бы пустоты не было.

   В чемодане оказалось пустое место, и я кладу в него сено; так и в жизненном нашем чемодане: чем бы его ни набили, лишь бы пустоты не было.

   — Евгений Базаров · книга
3. «

   Удивительное дело, как человек еще верит в слова. Скажут ему, например, дурака и не прибьют, он опечалится; назовут его умницей и денег ему не дадут — он почувствует удовольствие.

   Удивительное дело, как человек еще верит в слова. Скажут ему, например, дурака и не прибьют, он опечалится; назовут его умницей и денег ему не дадут — он почувствует удовольствие.

   — Евгений Базаров · книга
4. «

   Личность, милостивый государь, — вот главное; человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо на ней всё строится.

   Личность, милостивый государь, — вот главное; человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо на ней всё строится.

   — Павел Петрович Кирсанов · книга
5. «

   Под влиянием различных смутных чувств, сознания уходящей жизни, желания новизны она заставила себя дойти до известной черты, заставила себя заглянуть за неё — и увидела за ней даже не бездну, а пустоту...

   Под влиянием различных смутных чувств, сознания уходящей жизни, желания новизны она заставила себя дойти до известной черты, заставила себя заглянуть за неё — и увидела за ней даже не бездну, а пустоту...
6. «

   Кусок мяса лучше куска хлеба даже с химической точки зрения.

   Кусок мяса лучше куска хлеба даже с химической точки зрения.

   — Евгений Базаров · книга
7. «

   Во всем ее лице только и было хорошего, что глаза, и даже не самые глаза – они были невелики и серы, – но взгляд их, быстрый и глубокий, беспечный до удали и задумчивый до уныния, – загадочный взгляд. Что-то необычайное светилось в нем, даже тогда, когда язык ее лепетал самые пустые речи.

   Во всем ее лице только и было хорошего, что глаза, и даже не самые глаза – они были невелики и серы, – но взгляд их, быстрый и глубокий, беспечный до удали и задумчивый до уныния, – загадочный взгляд. Что-то необычайное светилось в нем, даже тогда, когда язык ее лепетал самые пустые речи.
8. «

   Когда она отдавалась безвозвратно, все еще как будто оставалось что-то заветное и недоступное, куда никто не мог проникнуть.

   Когда она отдавалась безвозвратно, все еще как будто оставалось что-то заветное и недоступное, куда никто не мог проникнуть.
9. «

   Уходя, она обернулась, чтобы в последний раз улыбнуться и кивнуть Аркадию. Он низко поклонился, посмотрев ей вслед... и, подумав: «В это мгновенье она уже забыла о моем существовании» — почувствовал на душе какое-то изящное смирение...

   Уходя, она обернулась, чтобы в последний раз улыбнуться и кивнуть Аркадию. Он низко поклонился, посмотрев ей вслед... и, подумав: «В это мгновенье она уже забыла о моем существовании» — почувствовал на душе какое-то изящное смирение...
10. «

    — Да у тебя кровь, помилуй! — А ты полагал, у меня вода в жилах?

    — Да у тебя кровь, помилуй! — А ты полагал, у меня вода в жилах?

    — Николай Петрович Кирсанов · книга
11. «

    Может быть, точно, всякий человек — загадка.

    Может быть, точно, всякий человек — загадка.

    — Евгений Базаров · книга
12. «

    — Пожалуй; только ты не смотри на меня: всякого человека лицо глупо, когда он спит. — А тебе не все равно, что о тебе думают? — Не знаю, что тебе сказать. Настоящий человек об этом не должен заботиться; настоящий человек тот, о котором думать нечего, а которого надобно слушаться или ненавидеть.

    — Пожалуй; только ты не смотри на меня: всякого человека лицо глупо, когда он спит. — А тебе не все равно, что о тебе думают? — Не знаю, что тебе сказать. Настоящий человек об этом не должен заботиться; настоящий человек тот, о котором думать нечего, а которого надобно слушаться или ненавидеть.

    — Евгений Базаров · книга
13. «

    …во всяком случае, сын отцу не судья, и в особенности я, и в особенности такому отцу, который, как ты, никогда и ни в чем не стеснял моей свободы.

    …во всяком случае, сын отцу не судья, и в особенности я, и в особенности такому отцу, который, как ты, никогда и ни в чем не стеснял моей свободы.

    — Аркадий · книга
14. «

    В деревне нельзя жить беспорядочно, скука одолеет.

    В деревне нельзя жить беспорядочно, скука одолеет.

    — Анна Сергеевна Одинцова · книга
15. «

    Удивительное дело, как человек еще верит в слова.

    Удивительное дело, как человек еще верит в слова.

    — Евгений Базаров · книга
16. «

    — Разве человек всегда может громко сказать, всё, что в нём «происходит»? — А я не вижу, почему нельзя высказать всё, что имеешь на душе. — ВЫ можете? — Могу, — отвечала Анна Сергеевна после небольшого колебания. Базаров наклонил голову. — Вы счастливее меня.

    — Разве человек всегда может громко сказать, всё, что в нём «происходит»? — А я не вижу, почему нельзя высказать всё, что имеешь на душе. — ВЫ можете? — Могу, — отвечала Анна Сергеевна после небольшого колебания. Базаров наклонил голову. — Вы счастливее меня.

    — Анна Сергеевна Одинцова · книга
17. «

    Да, поди попробуй отрицать смерть. Она тебя отрицает, и баста!

    Да, поди попробуй отрицать смерть. Она тебя отрицает, и баста!

    — Евгений Базаров · книга
18. «

    А я думаю: я вот лежу здесь под стогом... Узенькое местечко, которое я занимаю, до того крохотно в сравнении с остальным пространством, где меня нет и где дела до меня нет; и часть времени, которую мне удастся прожить, так ничтожна перед вечностию, где меня не было и не будет... А в этом атоме, в этой математической точке кровь обращается, мозг работает, чего-то хочет тоже... Что за безобразие! Что за пустяки!

    А я думаю: я вот лежу здесь под стогом... Узенькое местечко, которое я занимаю, до того крохотно в сравнении с остальным пространством, где меня нет и где дела до меня нет; и часть времени, которую мне удастся прожить, так ничтожна перед вечностию, где меня не было и не будет... А в этом атоме, в этой математической точке кровь обращается, мозг работает, чего-то хочет тоже... Что за безобразие! Что за пустяки!

    — Евгений Базаров · книга
19. «

    Он в душе очень обрадовался предложению своего приятеля, но почел обязанностию скрыть своё чувство. Недаром же он был нигилист!

    Он в душе очень обрадовался предложению своего приятеля, но почел обязанностию скрыть своё чувство. Недаром же он был нигилист!
20. «

    Она мать — ну и права.

    Она мать — ну и права.

    — Евгений Базаров · книга