43 цитаты из книги «Ивлин Во. Возвращение в Брайдсхед» для статуса

43 цитаты из книги «Ивлин Во. Возвращение в Брайдсхед» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я посмотрел на часы – шёл пятый час ночи, но ни её, ни меня даже не клонило в сон, ибо в воздухе этого города присутствовал невроз, который тамошние жители принимают за энергию.

   Я посмотрел на часы – шёл пятый час ночи, но ни её, ни меня даже не клонило в сон, ибо в воздухе этого города присутствовал невроз, который тамошние жители принимают за энергию.
2. «

   У каждого новоявленного богача имеется тайна: как он раздобыл первые десять тысяч.

   У каждого новоявленного богача имеется тайна: как он раздобыл первые десять тысяч.

   — Чарльз Райдер · книга
3. «

   «Реалии жизни» нельзя усвоить с чужих слов...

   «Реалии жизни» нельзя усвоить с чужих слов...
4. «

   О Бог, если Бог есть, прости ему его грехи, если такая вещь, как грех, существует.

   О Бог, если Бог есть, прости ему его грехи, если такая вещь, как грех, существует.

   — Чарльз Райдер · книга
5. «

   История молодой жизни не будет правдивой, если в ней не найдут отражения тоска по детским понятиям о добре и зле, угрызения совести и решимость исправиться, чёрные часы, которые, как зеро на рулетке, выпадают с грубо предсказуемой регулярностью.

   История молодой жизни не будет правдивой, если в ней не найдут отражения тоска по детским понятиям о добре и зле, угрызения совести и решимость исправиться, чёрные часы, которые, как зеро на рулетке, выпадают с грубо предсказуемой регулярностью.
6. «

   Мы следовали каждый своим путем, которые, правда, сводили нас довольно близко, но мы оставались чужими друг другу. Она рассказывала мне позднее, что взяла меня на заметку: так, разыскивая на полке нужную книгу, замечаешь вдруг другую, берешь в руки, открываешь и говоришь себе: «Эту мне тоже надо будет как-нибудь прочесть», – но пока что ставишь на место и продолжаешь поиски.

   Мы следовали каждый своим путем, которые, правда, сводили нас довольно близко, но мы оставались чужими друг другу. Она рассказывала мне позднее, что взяла меня на заметку: так, разыскивая на полке нужную книгу, замечаешь вдруг другую, берешь в руки, открываешь и говоришь себе: «Эту мне тоже надо будет как-нибудь прочесть», – но пока что ставишь на место и продолжаешь поиски.
7. «

   В тот день я держал в руке вдруг ожившую кисть — я вкусил от великого, сочного пирога творчества.

   В тот день я держал в руке вдруг ожившую кисть — я вкусил от великого, сочного пирога творчества.

   — Чарльз Райдер · книга
8. «

   Преподобная матушка сказала, что меня нельзя будет принять, если я не стану держать свою комнату в порядке, вот я и ответила, что и не хочу даже и не верю, чтобы Пресвятой Деве было хоть сколечко интересно, ставлю я гимнастические туфли слева от бальных или наоборот. Преподобная чуть не лопнула от злости.

   Преподобная матушка сказала, что меня нельзя будет принять, если я не стану держать свою комнату в порядке, вот я и ответила, что и не хочу даже и не верю, чтобы Пресвятой Деве было хоть сколечко интересно, ставлю я гимнастические туфли слева от бальных или наоборот. Преподобная чуть не лопнула от злости.

   — Корделия · книга
9. «

   И опять деревянные скамьи, вагон, в котором полно бедняков, едущих в гости к родственникам и снарядившихся в дорогу так, как принято у бедняков в Северной Европе: с бесчисленными узелками и с выражением покорности начальству на лицах.

   И опять деревянные скамьи, вагон, в котором полно бедняков, едущих в гости к родственникам и снарядившихся в дорогу так, как принято у бедняков в Северной Европе: с бесчисленными узелками и с выражением покорности начальству на лицах.

   — Чарльз Райдер · книга
10. «

    Когда так страстно ненавидят, это значит, что ненавидят что-то в себе самих.

    Когда так страстно ненавидят, это значит, что ненавидят что-то в себе самих.
11. «

    Рождественским подарком была живая черепашка с инкрустированным бриллиантами по панцирю вензелем Джулии; и это чуточку непристойное живое существо, то беспомощно оскальзывающееся на паркете, то поднятое для всеобщего осмотрения на ломберный столик или ползущее по ковру, прячась при малейшем прикосновении и тут же снова вытягивая морщинистую шейку и раскачивая серой допотопной головой, стало для меня образом всего того вечера, тем крючком на сети воспоминаний, который зацепляет внимание, хотя нечто гораздо большее совершается у нас на глазах. – Господи, – сказала леди Марчмейн. – И неужели она ест все то же самое, что и обыкновенная черепаха? – А что вы сделаете, когда она подохнет? – спросил мистер Самграсс. – Нельзя ли будет вставить в этот панцирь новую черепаху?

    Рождественским подарком была живая черепашка с инкрустированным бриллиантами по панцирю вензелем Джулии; и это чуточку непристойное живое существо, то беспомощно оскальзывающееся на паркете, то поднятое для всеобщего осмотрения на ломберный столик или ползущее по ковру, прячась при малейшем прикосновении и тут же снова вытягивая морщинистую шейку и раскачивая серой допотопной головой, стало для меня образом всего того вечера, тем крючком на сети воспоминаний, который зацепляет внимание, хотя нечто гораздо большее совершается у нас на глазах. – Господи, – сказала леди Марчмейн. – И неужели она ест все то же самое, что и обыкновенная черепаха? – А что вы сделаете, когда она подохнет? – спросил мистер Самграсс. – Нельзя ли будет вставить в этот панцирь новую черепаху?
12. «

    Когда теперь, через двадцать лет, я оглядываюсь назад, я не нахожу ничего, что мне хотелось бы изменить или отменить совсем.

    Когда теперь, через двадцать лет, я оглядываюсь назад, я не нахожу ничего, что мне хотелось бы изменить или отменить совсем.

    — Чарльз Райдер · книга
13. «

    Может быть, всякая наша любовь – это лишь знак, лишь символ, лишь случайные слова, начертанные мимоходом на заборах и тротуарах вдоль длинного, утомительного пути, уже пройденного до нас многими; может быть, ты и я – лишь некие образы, и грусть, посещающая нас порою, рождается разочарованием, которое мы испытываем в своих поисках, тщась уловить в другом то, что мелькает тенью впереди и скрывается за поворотом, так и не подпустив к себе.

    Может быть, всякая наша любовь – это лишь знак, лишь символ, лишь случайные слова, начертанные мимоходом на заборах и тротуарах вдоль длинного, утомительного пути, уже пройденного до нас многими; может быть, ты и я – лишь некие образы, и грусть, посещающая нас порою, рождается разочарованием, которое мы испытываем в своих поисках, тщась уловить в другом то, что мелькает тенью впереди и скрывается за поворотом, так и не подпустив к себе.
14. «

    ... Прошлое и будущее так теснят нас с обеих сторон, что для настоящего совершенно не остается места.

    ... Прошлое и будущее так теснят нас с обеих сторон, что для настоящего совершенно не остается места.
15. «

    Знать и любить другого человека – в этом и есть корень всякой мудрости.

    Знать и любить другого человека – в этом и есть корень всякой мудрости.

    — Чарльз · книга
16. «

    Как несправедливо редко в зрелые годы вспоминаем мы добродетельные часы нашей юности, ее дни видятся нам на расстоянии непрерывной чередой легкомысленных солнечных беспутств.

    Как несправедливо редко в зрелые годы вспоминаем мы добродетельные часы нашей юности, ее дни видятся нам на расстоянии непрерывной чередой легкомысленных солнечных беспутств.

    — Чарльз Райдер · книга
17. «

    Вы должны помнить, что я не англичанин, мне чуждо ваше страстное поклонение хорошим манерам. Английский снобизм для меня — это нечто еще более зловещее, чем английская мораль.

    Вы должны помнить, что я не англичанин, мне чуждо ваше страстное поклонение хорошим манерам. Английский снобизм для меня — это нечто еще более зловещее, чем английская мораль.

    — Антони · книга
18. «

    Когда я была девушкой, наша семья была сравнительно бедной, но все-таки много богаче, чем большинство людей, а когда я вышла замуж, то стала очень богатой. Раньше меня это мучило, и я думала, что дурно иметь так много красивых вещей, когда у других нет ничего. Теперь же я поняла, что богатому легко согрешить завистью к бедным. Бедные всегда были любимыми детьми у Бога и святых, но я полагаю, что можно и должно достигнуть такой благодати, чтобы принимать жизнь целиком, включая богатство.

    Когда я была девушкой, наша семья была сравнительно бедной, но все-таки много богаче, чем большинство людей, а когда я вышла замуж, то стала очень богатой. Раньше меня это мучило, и я думала, что дурно иметь так много красивых вещей, когда у других нет ничего. Теперь же я поняла, что богатому легко согрешить завистью к бедным. Бедные всегда были любимыми детьми у Бога и святых, но я полагаю, что можно и должно достигнуть такой благодати, чтобы принимать жизнь целиком, включая богатство.

    — Тереза Флайт (леди Марчмейн) · книга
19. «

    — У него великая воля к жизни, правда? — Вы это так определяете? Я бы сказал — великий страх смерти. — А разве есть разница? — О да, конечно. Ведь страх не придаёт ему сил. Он его истощает.

    — У него великая воля к жизни, правда? — Вы это так определяете? Я бы сказал — великий страх смерти. — А разве есть разница? — О да, конечно. Ведь страх не придаёт ему сил. Он его истощает.

    — Доктор · книга
20. «

    Я поступил в университет с твердым ошибочным убеждением, что именно в этом естественная цель всякого разумного существования.

    Я поступил в университет с твердым ошибочным убеждением, что именно в этом естественная цель всякого разумного существования.

    — Чарльз Райдер · книга