70 цитат из книги «Макс Фрай. Энциклопедия мифов», которые стоит перечитать

Собрали 70 цитат из книги «Макс Фрай. Энциклопедия мифов» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... Всякий уважающий себя шизофреник обязан время от времени обсуждать с собой, любимым, текущие проблемы.

   ... Всякий уважающий себя шизофреник обязан время от времени обсуждать с собой, любимым, текущие проблемы.
2. «

   Некоторые вещи вспомнить почти невозможно. Но обычно оказывается, что только они и имеют значение.

   Некоторые вещи вспомнить почти невозможно. Но обычно оказывается, что только они и имеют значение.

   — Макс · книга
3. «

   Разве бывают «честные слова»? Разве что честные ощущения. Твоей руки мне вполне достаточно.

   Разве бывают «честные слова»? Разве что честные ощущения. Твоей руки мне вполне достаточно.
4. «

   Не следует отталкивать дружескую руку, сколь бы причудливым ни казался способ её протянуть.

   Не следует отталкивать дружескую руку, сколь бы причудливым ни казался способ её протянуть.
5. «

   Знать ничего не хочу, потому что крыша и без того едет. А надо бы ей на месте оставаться: у меня там Карлсон живёт. Ему без крыши нельзя, без моей крыши он бомжом станет.

   Знать ничего не хочу, потому что крыша и без того едет. А надо бы ей на месте оставаться: у меня там Карлсон живёт. Ему без крыши нельзя, без моей крыши он бомжом станет.
6. «

   Знаете, ведь человек, который сражался со смертью и выжил, может противостоять чему угодно. Вообще чему угодно, потому что смерть — самый сильный из возможных противников... Вы согласны?

   Знаете, ведь человек, который сражался со смертью и выжил, может противостоять чему угодно. Вообще чему угодно, потому что смерть — самый сильный из возможных противников... Вы согласны?

   — Вениамин · книга
7. «

   Всякий рай – тюрьма для того, кто не может его покинуть.

   Всякий рай – тюрьма для того, кто не может его покинуть.

   — Юстасия · книга
8. «

   До семи вечера еще прорва времени, но я-то знаю, как ненадежна лукавая эта стихия; мне хорошо известно, что всякий час отличается от прочих, он может оказаться куда короче или, наоборот, длиннее, чем положено, и никогда заранее не знаешь, насколько вместительный час поступил в твое распоряжение.

   До семи вечера еще прорва времени, но я-то знаю, как ненадежна лукавая эта стихия; мне хорошо известно, что всякий час отличается от прочих, он может оказаться куда короче или, наоборот, длиннее, чем положено, и никогда заранее не знаешь, насколько вместительный час поступил в твое распоряжение.

   — Макс · книга
9. «

   Всякий кнут должен уравновешиваться пряником – примерно так я представляю себе идеальную формулу самодисциплины.

   Всякий кнут должен уравновешиваться пряником – примерно так я представляю себе идеальную формулу самодисциплины.
10. «

    Ответ существовал, но формулировке не поддавался.

    Ответ существовал, но формулировке не поддавался.
11. «

    Никогда не знаешь, где тебе повезет.

    Никогда не знаешь, где тебе повезет.

    — Макс · книга
12. «

    Вообще-то я люблю, когда окружающие ведут себя так, словно они меня обожают. Искренности я не требую; ритуального танца вполне достаточно. Но он совершенно необходим.

    Вообще-то я люблю, когда окружающие ведут себя так, словно они меня обожают. Искренности я не требую; ритуального танца вполне достаточно. Но он совершенно необходим.

    — Макс · книга
13. «

    Вероятно, то, что легко дается, действительно редко ценится.

    Вероятно, то, что легко дается, действительно редко ценится.
14. «

    Для того, кто попробовал смерть на вкус, былые привязанности не имеют никакого значения, что бы он сам об этом не думал.

    Для того, кто попробовал смерть на вкус, былые привязанности не имеют никакого значения, что бы он сам об этом не думал.

    — Нина · книга
15. «

    — В тебе умер великий лингвист, Макс. Временами он попахивает, но это не беда: в каждом кто-нибудь да умер, все мы — ходячие саркофаги.

    — В тебе умер великий лингвист, Макс. Временами он попахивает, но это не беда: в каждом кто-нибудь да умер, все мы — ходячие саркофаги.
16. «

    Обнаружилось вдруг, что мир состоит из нескольких слоев: на самой поверхности – тонкий целлофан знакомых голосов, под ним – скользкий шелк солнечного света, еще глубже – непрочный, но целебный марлевый бинт привычного домашнего интерьера, а под ним – толстый войлочный слой небытия, темноты, которую ощущаешь не глазами, а всем телом…

    Обнаружилось вдруг, что мир состоит из нескольких слоев: на самой поверхности – тонкий целлофан знакомых голосов, под ним – скользкий шелк солнечного света, еще глубже – непрочный, но целебный марлевый бинт привычного домашнего интерьера, а под ним – толстый войлочный слой небытия, темноты, которую ощущаешь не глазами, а всем телом…

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Человеческое сознание способно оформить как трагедию любое пустяковое происшествие.

    Человеческое сознание способно оформить как трагедию любое пустяковое происшествие.
18. «

    — Славное все же занятие — игра. <...> Особенно в пути.

    — Славное все же занятие — игра. <...> Особенно в пути.

    — Макс · книга
19. «

    ... Мне не раз казалось, будто я делаю что-то не то. При этом все хорошо, все в порядке, все получается, мною довольны, меня хвалят, я — лучше всех... а все равно — не то! Но бывало и так, что мне грустно, и все валится из рук, и хочется спать по двадцать часов в сутки, потому что бодрствование не сулит особых радостей, но при этом на сердце легко и покойно, в глубине души я знаю: все правильно, все идет по плану, так и надо.

    ... Мне не раз казалось, будто я делаю что-то не то. При этом все хорошо, все в порядке, все получается, мною довольны, меня хвалят, я — лучше всех... а все равно — не то! Но бывало и так, что мне грустно, и все валится из рук, и хочется спать по двадцать часов в сутки, потому что бодрствование не сулит особых радостей, но при этом на сердце легко и покойно, в глубине души я знаю: все правильно, все идет по плану, так и надо.

    — Маша · книга
20. «

    Алкоголь развязывал шнурки невидимых ортопедических корсетов, в которые насильственно упаковывается человеческое естество на конвейерах любой из педагогических фабрик планеты.

    Алкоголь развязывал шнурки невидимых ортопедических корсетов, в которые насильственно упаковывается человеческое естество на конвейерах любой из педагогических фабрик планеты.