89 цитат из книги «Оноре де Бальзак. Шагреневая кожа» — подборка редакции

89 цитат из книги «Оноре де Бальзак. Шагреневая кожа» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Печальные проблески безжалостной мудрости! Они озаряют уже совершившиеся события, вскрывают наши ошибки, и мы сами тогда ничего не можем простить себе.

   Печальные проблески безжалостной мудрости! Они озаряют уже совершившиеся события, вскрывают наши ошибки, и мы сами тогда ничего не можем простить себе.

   — Рафаэль де Валентен · книга
2. «

   Скептики — люди самые совестливые.

   Скептики — люди самые совестливые.
3. «

   Мы не можем объяснять одною и той же физическою причиною сильные потрясения, в той или иной мере затрагивающие различных субъектов, и предписывать им одинаковый курс лечения. Люди не похожи друг на друга. У каждого из нас имеются органы, по-разному возбуждаемые, по разному питаемые, у которых может быть разное назначение и которые по-своему выполняют то, что им задано неведомым нам порядком вещей.

   Мы не можем объяснять одною и той же физическою причиною сильные потрясения, в той или иной мере затрагивающие различных субъектов, и предписывать им одинаковый курс лечения. Люди не похожи друг на друга. У каждого из нас имеются органы, по-разному возбуждаемые, по разному питаемые, у которых может быть разное назначение и которые по-своему выполняют то, что им задано неведомым нам порядком вещей.

   — Камеристус · книга
4. «

   Боль, может быть, есть не что иное, как предельное наслаждение.

   Боль, может быть, есть не что иное, как предельное наслаждение.

   — Старик · книга
5. «

   Разумеется, я был слишком наивен для того искусственного общества, где люди живут напоказ, выражают свои мысли условными фразами или же словами, продиктованными модой.

   Разумеется, я был слишком наивен для того искусственного общества, где люди живут напоказ, выражают свои мысли условными фразами или же словами, продиктованными модой.

   — Рафаэль де Валентен · книга
6. «

   Женственный любовник восточной лени, чувственный, влюбленный в свои мечты, я не знал отдыха и не разрешал себе отведать наслаждений парижской жизни. Лакомка — я принудил себя к умеренности; любитель бродить пешком и плавать в лодке по морю, мечтавший побывать в разных странах, до сих пор с удовольствием, как ребенок, бросавший камешки в воду, — теперь я, не разгибая спины, сидел за письменным столом; словоохотливый — я молча слушал публичные лекции в библиотеке и музее; я спал на одиноком и жалком ложе, точно монах-бенедиктинец, а между тем женщина была моей мечтою — мечтою заветной и вечно ускользавшей от меня! Одним словом, жизнь моя была жестоким противоречием, беспрерывной ложью. Вот и судите после этого о людях!

   Женственный любовник восточной лени, чувственный, влюбленный в свои мечты, я не знал отдыха и не разрешал себе отведать наслаждений парижской жизни. Лакомка — я принудил себя к умеренности; любитель бродить пешком и плавать в лодке по морю, мечтавший побывать в разных странах, до сих пор с удовольствием, как ребенок, бросавший камешки в воду, — теперь я, не разгибая спины, сидел за письменным столом; словоохотливый — я молча слушал публичные лекции в библиотеке и музее; я спал на одиноком и жалком ложе, точно монах-бенедиктинец, а между тем женщина была моей мечтою — мечтою заветной и вечно ускользавшей от меня! Одним словом, жизнь моя была жестоким противоречием, беспрерывной ложью. Вот и судите после этого о людях!

   — Рафаэль де Валентен · книга
7. «

   По вечерам поэзия игорных домов пошловата, но ей обеспечен успех, так же как и кровавой драме.

   По вечерам поэзия игорных домов пошловата, но ей обеспечен успех, так же как и кровавой драме.
8. «

   Я никогда не утомляю своего организма и потому все еще отличаюсь крепким здоровьем.

   Я никогда не утомляю своего организма и потому все еще отличаюсь крепким здоровьем.

   — Старик · книга
9. «

   ...женщины ради сильных ощущений готовы жертвовать всем...

   ...женщины ради сильных ощущений готовы жертвовать всем...
10. «

    Он вдруг подумал, что обладание могуществом, как бы ни было оно безгранично, не научает пользоваться им. Власть оставляет нас такими же, каковы мы по своей природе, и возвеличивает лишь великих.

    Он вдруг подумал, что обладание могуществом, как бы ни было оно безгранично, не научает пользоваться им. Власть оставляет нас такими же, каковы мы по своей природе, и возвеличивает лишь великих.
11. «

    Когда человек думает, что он что-либо усовершенствовал, на самом деле он сделал только перестановку.

    Когда человек думает, что он что-либо усовершенствовал, на самом деле он сделал только перестановку.
12. «

    Разгул — это, конечно, искусство, такое же, как поэзия, и для него нужны сильные души.

    Разгул — это, конечно, искусство, такое же, как поэзия, и для него нужны сильные души.
13. «

    Я был готов отдать свою жизнь целиком, но не способен был разменивать ее на мелочи.

    Я был готов отдать свою жизнь целиком, но не способен был разменивать ее на мелочи.

    — Рафаэль де Валентен · книга
14. «

    Только бедный молодой человек знает, сколько страсть требует расходов на кареты, перчатки, платье, белье и так далее. Когда любовь слишком долго остается платонической, она становится разорительной.

    Только бедный молодой человек знает, сколько страсть требует расходов на кареты, перчатки, платье, белье и так далее. Когда любовь слишком долго остается платонической, она становится разорительной.

    — Рафаэль де Валентен · книга
15. «

    Кто отправляется в погоню за счастьем, не должен обременять себя багажом!

    Кто отправляется в погоню за счастьем, не должен обременять себя багажом!

    — Рафаэль де Валентен · книга
16. «

    Она никому не отдавалась, чтобы сохранить всех своих поклонников. Покуда женщина не полюбила, она кокетничает.

    Она никому не отдавалась, чтобы сохранить всех своих поклонников. Покуда женщина не полюбила, она кокетничает.

    — Рафаэль де Валентен · книга
17. «

    Знаете, есть две бедности. Одна бестрашно ходит по улицам в лохмотьях и повторяет, сама того не зная, историю Диогена, скудно питаясь и ограничиваясь в жизни лишь самым необходимым; быть может, она счастливее, чем богатство, или по крайней мере хоть не знает забот и оберегает целый мир там, где люди могущественные не в силах обрести ничего. И есть бедность, прикрытая роскошью, бедность испанская, которая таит нищету под титулом; гордая, в перьях, в белом жилете, в желтых перчатках, эта бедность разъезжает в карете и теряет целое состояние за неимением одного сантима. Первая — это бедность простого народа, вторая — бедность мошенников, королей и людей даровитых.

    Знаете, есть две бедности. Одна бестрашно ходит по улицам в лохмотьях и повторяет, сама того не зная, историю Диогена, скудно питаясь и ограничиваясь в жизни лишь самым необходимым; быть может, она счастливее, чем богатство, или по крайней мере хоть не знает забот и оберегает целый мир там, где люди могущественные не в силах обрести ничего. И есть бедность, прикрытая роскошью, бедность испанская, которая таит нищету под титулом; гордая, в перьях, в белом жилете, в желтых перчатках, эта бедность разъезжает в карете и теряет целое состояние за неимением одного сантима. Первая — это бедность простого народа, вторая — бедность мошенников, королей и людей даровитых.

    — Рафаэль де Валентен · книга
18. «

    Для них грош никогда не стоит миллиона, но миллион представляется им грошом.

    Для них грош никогда не стоит миллиона, но миллион представляется им грошом.
19. «

    Браво! Вы знаете толк в богатстве. Это право на дерзости.... Для миллионеров нет ни эшафота, ни палачей!!!

    Браво! Вы знаете толк в богатстве. Это право на дерзости.... Для миллионеров нет ни эшафота, ни палачей!!!
20. «

    Я не понимаю любви в нищете.

    Я не понимаю любви в нищете.

    — Рафаэль де Валентен · книга