47 цитат из книги «Рэй Брэдбери. Смерть - дело одинокое» для поста в соцсетях

Ниже 47 цитат из книги «Рэй Брэдбери. Смерть - дело одинокое»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Голос из прошлого, он напоминает о знакомых прикосновениях, теплом дыхании у твоего уха, о страсти, поражающей, как удар молнии. Кто из нас устоит, услышав этот голос в три утра? А может, вспомнишь об этом призыве, когда проснешься в полночь, разбуженный чьим-то плачем, и окажется, что плачешь ты сам, слезы льются по твоим щекам, а ты даже не заметил, что ночью тебе приснился дурной сон.

   Голос из прошлого, он напоминает о знакомых прикосновениях, теплом дыхании у твоего уха, о страсти, поражающей, как удар молнии. Кто из нас устоит, услышав этот голос в три утра? А может, вспомнишь об этом призыве, когда проснешься в полночь, разбуженный чьим-то плачем, и окажется, что плачешь ты сам, слезы льются по твоим щекам, а ты даже не заметил, что ночью тебе приснился дурной сон.
2. «

   Я не был удивлён. И сам поражался тому, что не был удивлён.

   Я не был удивлён. И сам поражался тому, что не был удивлён.
3. «

   Каждому надо иметь два или три занятия. Одного дела так же мало, как одной жизни.

   Каждому надо иметь два или три занятия. Одного дела так же мало, как одной жизни.
4. «

   — Дайте мне время подумать, малыш, — сказал Крамли. — И дать вам время стать соучастником убийства.

   — Дайте мне время подумать, малыш, — сказал Крамли. — И дать вам время стать соучастником убийства.

   — Элмо Крамли · книга
5. «

   Центр мира может быть где угодно...

   Центр мира может быть где угодно...
6. «

   Чем больше звука, тем меньше настоящего кино.

   Чем больше звука, тем меньше настоящего кино.
7. «

   — Где болит? «Там, где никому не видно, — подумал я...»

   — Где болит? «Там, где никому не видно, — подумал я...»
8. «

   — Каждому надо иметь два или три занятия, — не задумываясь ответил я. — Одного дела так же мало, как одной жизни. Я бы хотел дюжину жизней и дюжину работ. — Бьете точно в цель! Врач должен копать канавы. Землекоп раз в неделю дежурить в детском саду. Философы дважды в десять дней мыть грязную и жирную посуду. Математики пусть руководят занятиями в школьных гимнастических залах. Поэты для разнообразия пусть водят грузовики. А полицейские детективы… — …должны разводить собственные райские сады, — тихо закончил я.

   — Каждому надо иметь два или три занятия, — не задумываясь ответил я. — Одного дела так же мало, как одной жизни. Я бы хотел дюжину жизней и дюжину работ. — Бьете точно в цель! Врач должен копать канавы. Землекоп раз в неделю дежурить в детском саду. Философы дважды в десять дней мыть грязную и жирную посуду. Математики пусть руководят занятиями в школьных гимнастических залах. Поэты для разнообразия пусть водят грузовики. А полицейские детективы… — …должны разводить собственные райские сады, — тихо закончил я.

   — Чокнутый · книга
9. «

   ... Величайший в мире писатель, чего, правда, никто не знал, кроме меня самого.

   ... Величайший в мире писатель, чего, правда, никто не знал, кроме меня самого.
10. «

    Ты замечал когда-нибудь — если вернешься домой после каникул, кажется, что вся мебель, книги, радио злятся на тебя, как брошенные кошки? Ты для них уже умер. Чувствуешь? Не дом, а морг.

    Ты замечал когда-нибудь — если вернешься домой после каникул, кажется, что вся мебель, книги, радио злятся на тебя, как брошенные кошки? Ты для них уже умер. Чувствуешь? Не дом, а морг.
11. «

    Где ты пропадал? Я извелась, дожидаясь, когда ты наконец явишься. Ты когда-нибудь уставал от того, что ждешь?

    Где ты пропадал? Я извелась, дожидаясь, когда ты наконец явишься. Ты когда-нибудь уставал от того, что ждешь?

    — Фанни · книга
12. «

    Через минутку, — думал я, — надо позвонить Пег. Пег, — скажу я, — выходи за меня замуж. Приезжай в Венецию сегодня же. Приезжай домой. Будем вместе голодать, но жизнь будет прекрасна, клянусь Богом! Выходи наконец за меня, Пег, и спаси меня, чтобы я не попал в одинокие и заброшенные. Спаси меня, Пег!

    Через минутку, — думал я, — надо позвонить Пег. Пег, — скажу я, — выходи за меня замуж. Приезжай в Венецию сегодня же. Приезжай домой. Будем вместе голодать, но жизнь будет прекрасна, клянусь Богом! Выходи наконец за меня, Пег, и спаси меня, чтобы я не попал в одинокие и заброшенные. Спаси меня, Пег!

    — Чокнутый · книга
13. «

    Подвести итог жизни некоторых людей очень просто — эта жизнь все равно что стук хлопнувшей двери или кашель, раздавшийся на темной улице. Вы выглядываете в окно, а улица пуста. Тот, кто кашлянул, уже исчез. Есть люди, доживающие до тридцати, до сорока лет, но они ничем не привлекают к себе внимания, их жизни проходят незаметно, невидимо, догорают быстро, как свечи.

    Подвести итог жизни некоторых людей очень просто — эта жизнь все равно что стук хлопнувшей двери или кашель, раздавшийся на темной улице. Вы выглядываете в окно, а улица пуста. Тот, кто кашлянул, уже исчез. Есть люди, доживающие до тридцати, до сорока лет, но они ничем не привлекают к себе внимания, их жизни проходят незаметно, невидимо, догорают быстро, как свечи.
14. «

    Он — тот, кто убивал во спасение, пресекал страдания, уводил от одиночества, усыплял, когда рушились надежды, избавлял от жизни. Одаривал солнечными закатами.

    Он — тот, кто убивал во спасение, пресекал страдания, уводил от одиночества, усыплял, когда рушились надежды, избавлял от жизни. Одаривал солнечными закатами.
15. «

    Он не уверен в том, что знаю я, и я тоже в этом не верен, и оба мы стараемся догадаться, не вооружен ли другой. — И оба мы труса! — сказал чужак. — И оба боимся испытать один другого. Морж шел дальше. Устрицы следовали за ним.

    Он не уверен в том, что знаю я, и я тоже в этом не верен, и оба мы стараемся догадаться, не вооружен ли другой. — И оба мы труса! — сказал чужак. — И оба боимся испытать один другого. Морж шел дальше. Устрицы следовали за ним.

    — Рассказчик · книга
16. «

    Никого нельзя убивать, даже тех, кто этого заслуживает.

    Никого нельзя убивать, даже тех, кто этого заслуживает.
17. «

    Каждую ночь я заворачивался в холодное хлопчатобумажное одеяло, а на рассвете разворачивался с прежним мерзким ощущением на душе. Каждое утро подушка оказывалась влажной, а я не мог вспомнить, что мне снилось и отчего она стала солоноватой.

    Каждую ночь я заворачивался в холодное хлопчатобумажное одеяло, а на рассвете разворачивался с прежним мерзким ощущением на душе. Каждое утро подушка оказывалась влажной, а я не мог вспомнить, что мне снилось и отчего она стала солоноватой.

    — Писатель · книга
18. «

    — Бессмысленное злодейство, — проговорил он. — Что? — У Шекспира его полно, да и у вас тоже, и у меня, и вообще у всех и каждого. Бессмысленная злобность. Вас эти слова ни на что не наводят? А ведь они означают, что какой-то подонок бегает по городу и делает свое грязное дело без всякой причины. Или это нам кажется, что без причины. — Без причины никто не будет творить бесчинства, даже подонки. — Да ну? — ласково фыркнул Крамли. — До чего же мы наивны!

    — Бессмысленное злодейство, — проговорил он. — Что? — У Шекспира его полно, да и у вас тоже, и у меня, и вообще у всех и каждого. Бессмысленная злобность. Вас эти слова ни на что не наводят? А ведь они означают, что какой-то подонок бегает по городу и делает свое грязное дело без всякой причины. Или это нам кажется, что без причины. — Без причины никто не будет творить бесчинства, даже подонки. — Да ну? — ласково фыркнул Крамли. — До чего же мы наивны!

    — Рассказчик · книга
19. «

    — Не был здесь с детства. Пахнет океаном. А чем еще? Гнилью вроде. А-а, это пирс. Ты тут живешь, писака? — Ты хотел спросить: «Тут ли живет Знаменитый Американский Писатель?» Тут. — Надеюсь, твои романы пахнут лучше? — Надеюсь, если доживу и они будут написаны.

    — Не был здесь с детства. Пахнет океаном. А чем еще? Гнилью вроде. А-а, это пирс. Ты тут живешь, писака? — Ты хотел спросить: «Тут ли живет Знаменитый Американский Писатель?» Тут. — Надеюсь, твои романы пахнут лучше? — Надеюсь, если доживу и они будут написаны.

    — Генри · книга
20. «

    — Веришь в теплоту тел? — Что? — В теплоту тел! В секс без секса? В объятия.

    — Веришь в теплоту тел? — Что? — В теплоту тел! В секс без секса? В объятия.