10 цитат из книги «Стивен Кинг. Оно» — топ по популярности

10 цитат из книги «Стивен Кинг. Оно» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Они оба говорят, что мы вновь стали призраками, что всё началось, чтобы повториться. Всё. Ребенком я могла это принять, потому что дети почти что призраки.

   Они оба говорят, что мы вновь стали призраками, что всё началось, чтобы повториться. Всё. Ребенком я могла это принять, потому что дети почти что призраки.

   — Беверли Марш · книга
2. «

   Он кивнул, и оба замолчали. Он не отрываясь смотрел на неё. У неё было такое чувство, что он ждёт, когда она расплачется, и это сводило её с ума, потому что чувствовала, что вот-вот так и будет. Она ненавидела, когда люди догадывались о том, что твориться у неё в душе; особенно мужчины.

   Он кивнул, и оба замолчали. Он не отрываясь смотрел на неё. У неё было такое чувство, что он ждёт, когда она расплачется, и это сводило её с ума, потому что чувствовала, что вот-вот так и будет. Она ненавидела, когда люди догадывались о том, что твориться у неё в душе; особенно мужчины.

   — Беверли Марш · книга
3. «

   Каждая жизнь — это короткий памфлет, написанный идиотом!

   Каждая жизнь — это короткий памфлет, написанный идиотом!

   — Пеннивайз · книга
4. «

   Возможно, по большому счёту, когда все маски ужаса сброшены, нет ничего такого, что не смог бы воспринять человеческий разум.

   Возможно, по большому счёту, когда все маски ужаса сброшены, нет ничего такого, что не смог бы воспринять человеческий разум.
5. «

   Нельзя сразу перестать быть ребенком, сразу, с громким треском, как лопнувший воздушный шарик с надписями «Бурма-Шэйв» по бокам. Ребенок просто выходит из тебя, как воздух из шины. И однажды ты смотришь на себя в зеркало, а оттуда на тебя глядит взрослый человек. Можно продолжать носить голубые джинсы, можно по-прежнему ходить на концерты Спрингстина и Сигера, можно подкрашивать волосы, но лицо останется таким же — взрослого человека.

   Нельзя сразу перестать быть ребенком, сразу, с громким треском, как лопнувший воздушный шарик с надписями «Бурма-Шэйв» по бокам. Ребенок просто выходит из тебя, как воздух из шины. И однажды ты смотришь на себя в зеркало, а оттуда на тебя глядит взрослый человек. Можно продолжать носить голубые джинсы, можно по-прежнему ходить на концерты Спрингстина и Сигера, можно подкрашивать волосы, но лицо останется таким же — взрослого человека.

   — Ричи Тозиер · книга
6. «

   — Лу-учшая т-твоя ча-асть с-скатилась по но-оге т-твоего о-отца. — Это правда, но посмотрите, как много хорошего осталось.

   — Лу-учшая т-твоя ча-асть с-скатилась по но-оге т-твоего о-отца. — Это правда, но посмотрите, как много хорошего осталось.

   — Билл Денбро · книга
7. «

   Ребенок, родившийся слепым, даже и не подозревает, что он слепой, до тех пор, пока кто-нибудь не скажет ему об этом. Даже тогда он будет иметь самое смутное представление о том, что такое слепота; только зрячие знают, что это такое.

   Ребенок, родившийся слепым, даже и не подозревает, что он слепой, до тех пор, пока кто-нибудь не скажет ему об этом. Даже тогда он будет иметь самое смутное представление о том, что такое слепота; только зрячие знают, что это такое.
8. «

   Фотографировать начинают только тогда, когда история подходит к концу.

   Фотографировать начинают только тогда, когда история подходит к концу.
9. «

   …я чувствую себя как человек, стоящий у края старой осыпающейся шахты: он стоит там и прощается с дневным светом.

   …я чувствую себя как человек, стоящий у края старой осыпающейся шахты: он стоит там и прощается с дневным светом.
10. «

    Может быть, подумалось ему, таких вещей, как плохие или хорошие друзья, просто не существует, а друзья всегда просто друзья — те люди, которые стоят рядом плечом к плечу с тобой в трудную минуту и готовы помочь тебе. Наверное, они всегда стоят того, чтобы за них беспокоились и жили ради них, может быть, даже умирали за них, если в этом есть необходимость. Не хорошие друзья. И не плохие друзья. Просто те люди, кого тебе хочется видеть, кто занимает место в твоем сердце.

    Может быть, подумалось ему, таких вещей, как плохие или хорошие друзья, просто не существует, а друзья всегда просто друзья — те люди, которые стоят рядом плечом к плечу с тобой в трудную минуту и готовы помочь тебе. Наверное, они всегда стоят того, чтобы за них беспокоились и жили ради них, может быть, даже умирали за них, если в этом есть необходимость. Не хорошие друзья. И не плохие друзья. Просто те люди, кого тебе хочется видеть, кто занимает место в твоем сердце.