45 цитат из книги «Уильям Шекспир. Гамлет» — читаем и делимся

Собрали 45 цитат из книги «Уильям Шекспир. Гамлет» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я смысл ученья твоего поставлю Хранителем души. Но, милый брат, Не поступай со мной, как лживый пастырь, Который хвалит нам тернистый путь На небеса, а сам, вразрез советам, Повесничает на стезях греха И не краснеет.

   Я смысл ученья твоего поставлю Хранителем души. Но, милый брат, Не поступай со мной, как лживый пастырь, Который хвалит нам тернистый путь На небеса, а сам, вразрез советам, Повесничает на стезях греха И не краснеет.

   — Офелия · книга
2. «

   Сам я скорее честен; и всё же я мог бы обвинить себя в таких вещах, что лучше бы моя мать не родила меня на свет; я очень горд, мстителен, честолюбив; к моим услугам столько прегрешений, что мне не хватает мыслей, чтобы о них подумать, воображения, чтобы придать им облик, и времени, чтобы их совершить.

   Сам я скорее честен; и всё же я мог бы обвинить себя в таких вещах, что лучше бы моя мать не родила меня на свет; я очень горд, мстителен, честолюбив; к моим услугам столько прегрешений, что мне не хватает мыслей, чтобы о них подумать, воображения, чтобы придать им облик, и времени, чтобы их совершить.

   — Гамлет · книга
3. «

   Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног.

   Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног.

   — Гамлет · книга
4. «

   Если это безумие, то в нем есть система.

   Если это безумие, то в нем есть система.
5. «

   Итак, ваш сын безумен; нам осталось Найти причину этого эффекта Или, верней, дефекта, потому что Дефектный сей эффект небеспричинен.

   Итак, ваш сын безумен; нам осталось Найти причину этого эффекта Или, верней, дефекта, потому что Дефектный сей эффект небеспричинен.

   — Полоний · книга
6. «

   С похорон на брачный стол пошел пирог поминный.

   С похорон на брачный стол пошел пирог поминный.

   — Гамлет · книга
7. «

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   — Гамлет · книга
8. «

   Не верь дневному свету, Не верь звезде ночей, Не верь, что правда где-то, Но верь любви моей.

   Не верь дневному свету, Не верь звезде ночей, Не верь, что правда где-то, Но верь любви моей.

   — Офелия · книга
9. «

   Страшится или любит женский пол - в нем все без меры, всюду пересол.

   Страшится или любит женский пол - в нем все без меры, всюду пересол.

   — Королевa · книга
10. «

    Слыхал я, иногда преступники в театре Бывали под воздействием игры Так глубоко потрясены, что тут же Свои провозглашали злодеяния.

    Слыхал я, иногда преступники в театре Бывали под воздействием игры Так глубоко потрясены, что тут же Свои провозглашали злодеяния.

    — Гамлет · книга
11. «

    Я, сын отца убитого, на мщенье Подвинутый из ада и с небес, Как проститутка, изливаю душу И громко сквернословью предаюсь.

    Я, сын отца убитого, на мщенье Подвинутый из ада и с небес, Как проститутка, изливаю душу И громко сквернословью предаюсь.

    — Гамлет · книга
12. «

    Пылинка зла уничтожает благо.

    Пылинка зла уничтожает благо.

    — Гамлет · книга
13. «

    Где чувство в силе, страшно пустяка; Где много любят, малость велика.

    Где чувство в силе, страшно пустяка; Где много любят, малость велика.

    — Королевa · книга
14. «

    Горацио, остались ещё вещи меж небом и землёй что не подвластны философии людской.

    Горацио, остались ещё вещи меж небом и землёй что не подвластны философии людской.

    — Гамлет · книга
15. «

    Кто поселял в народах страх, Пред кем дышать едва лишь смели, Великий цезарь — ныне прах, И им замазывают щели.

    Кто поселял в народах страх, Пред кем дышать едва лишь смели, Великий цезарь — ныне прах, И им замазывают щели.

    — Гамлет · книга
16. «

    Но видит Бог, излишняя забота Такое же проклятье стариков, Как беззаботность — горе молодежи.

    Но видит Бог, излишняя забота Такое же проклятье стариков, Как беззаботность — горе молодежи.
17. «

    Чтоб жить, должны мы клятвы забывать, Которые торопимся давать. И мы живем не чем-нибудь одним, А сменой увлечений жить хотим.

    Чтоб жить, должны мы клятвы забывать, Которые торопимся давать. И мы живем не чем-нибудь одним, А сменой увлечений жить хотим.

    — Гонзаго · книга
18. «

    Великие в желаниях не властны.

    Великие в желаниях не властны.
19. «

    Я помешан только в норд-норд-вест. При южном ветре я еще отличу сокола от цапли.

    Я помешан только в норд-норд-вест. При южном ветре я еще отличу сокола от цапли.

    — Гамлет · книга
20. «

    О боже! Заключите меня в скорлупу ореха, и я буду чувствовать себя повелителем бесконечности. Если бы только не мои дурные сны!

    О боже! Заключите меня в скорлупу ореха, и я буду чувствовать себя повелителем бесконечности. Если бы только не мои дурные сны!

    — Гамлет · книга