21 цитата из книги «Виктория Шваб. Зло» для статуса

Собрали 21 цитата из книги «Виктория Шваб. Зло» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   И потому однажды, уютно устроившись в МОЗЛ в секции десертов, они придумали довольно примитивное кодовое слово. «Спасай». Предполагалось, что кодовым словом не будут злоупотреблять, но его неизменно будут уважать. Сначала спасение, и уже потом вопросы. При его отправке вместе с адресом это означало, что одному из них отчаянно нужно, чтобы второй его вытащил – с вечеринки ли, с занятия или с незадавшегося свидания.

   И потому однажды, уютно устроившись в МОЗЛ в секции десертов, они придумали довольно примитивное кодовое слово. «Спасай». Предполагалось, что кодовым словом не будут злоупотреблять, но его неизменно будут уважать. Сначала спасение, и уже потом вопросы. При его отправке вместе с адресом это означало, что одному из них отчаянно нужно, чтобы второй его вытащил – с вечеринки ли, с занятия или с незадавшегося свидания.
2. «

   — Я не боюсь Виктора. — Знаю. Почему-то он произнес это печально.

   — Я не боюсь Виктора. — Знаю. Почему-то он произнес это печально.

   — Митчелл (Mitchell) · книга
3. «

   Митч не знал, что случилось в столовой, но за десять лет с несколькими отсидками он понял одно: бывают люди, от которых надо держаться подальше – которые отравляют все вокруг. А бывают и такие люди, с которыми хочется сблизиться – со сладкими речами и удачей во всем. А еще есть люди, с которыми ты стоишь рядом, потому что так ты не перейдешь им дорогу. И кем бы ни был Виктор Вейл, чем бы он ни был и что бы ни задумал, Митч твердо знал одно: перейти Вейлу дорогу он ни в коем случае не хочет.

   Митч не знал, что случилось в столовой, но за десять лет с несколькими отсидками он понял одно: бывают люди, от которых надо держаться подальше – которые отравляют все вокруг. А бывают и такие люди, с которыми хочется сблизиться – со сладкими речами и удачей во всем. А еще есть люди, с которыми ты стоишь рядом, потому что так ты не перейдешь им дорогу. И кем бы ни был Виктор Вейл, чем бы он ни был и что бы ни задумал, Митч твердо знал одно: перейти Вейлу дорогу он ни в коем случае не хочет.

   — Виктор · книга
4. «

   — С каких это пор ты стала бояться трупов? — А я и не боюсь! – огрызнулась она, чересчур поспешно и со всей решительностью девчонки, которая привыкла быть младшей сестрой. Она и была младшей сестрой. Просто не Виктора.

   — С каких это пор ты стала бояться трупов? — А я и не боюсь! – огрызнулась она, чересчур поспешно и со всей решительностью девчонки, которая привыкла быть младшей сестрой. Она и была младшей сестрой. Просто не Виктора.
5. «

   Не стоит играть с огнестрельным оружием. Рано или поздно вас подстрелят.

   Не стоит играть с огнестрельным оружием. Рано или поздно вас подстрелят.

   — Серена Кларк · книга
6. «

   — Ты предпочтешь, чтобы я их предостерег, – мягко уточнил он, – или спас? – Он увидел, как с ее лица уходит гнев. – Глупо искать потенциальных жертв, а не убийцу. А когда Эли получит наше послание, нам даже охотиться за ним не придется. — Это еще почему? – не поняла она. У Виктора уголки губ приподнялись: — Потому что он начнет охотиться на нас.

   — Ты предпочтешь, чтобы я их предостерег, – мягко уточнил он, – или спас? – Он увидел, как с ее лица уходит гнев. – Глупо искать потенциальных жертв, а не убийцу. А когда Эли получит наше послание, нам даже охотиться за ним не придется. — Это еще почему? – не поняла она. У Виктора уголки губ приподнялись: — Потому что он начнет охотиться на нас.

   — Виктор · книга
7. «

   Веселье, вместе с ужасающе фальшивым добродушием и поддельной улыбкой, ушло, стерлось. Почему-то при этом Эли стал менее пугающим: ведь она и до этого угадывала в его глазах что-то страшное. Теперь чудовище наконец перестало прятаться.

   Веселье, вместе с ужасающе фальшивым добродушием и поддельной улыбкой, ушло, стерлось. Почему-то при этом Эли стал менее пугающим: ведь она и до этого угадывала в его глазах что-то страшное. Теперь чудовище наконец перестало прятаться.

   — Эли · книга
8. «

   — В одиннадцать ты должна начать сжигать папки. Абсолютно все. Клади их в мойку. – Он протянул ей зажигалку. – По одной странице за раз, понятно? Сидни взяла синенькое устройство и начала вертеть в руках. — Это очень важно, – добавил он. – Нам нельзя оставлять улики, ясно? Поняла, почему мне надо тебя тут оставить? Она неохотно кивнула. Дол тихо заскулил. — Ты ведь вернешься, правда? – спросила она, когда они уже были у двери. Виктор посмотрел на нее через плечо. — Конечно вернусь, – пообещал он. – Это ведь моя любимая зажигалка. Сидни чуть улыбнулась закрывающейся двери. — Насчет того, чтобы сжечь бумаги, я понял, но зачем по одной? – спросил Митч у Виктора, когда они начали спускаться по лестнице. — Чтобы ей было чем заняться. Митч сунул руки в карманы куртки. — Значит, мы не вернемся, так? — Этой ночью – нет.

   — В одиннадцать ты должна начать сжигать папки. Абсолютно все. Клади их в мойку. – Он протянул ей зажигалку. – По одной странице за раз, понятно? Сидни взяла синенькое устройство и начала вертеть в руках. — Это очень важно, – добавил он. – Нам нельзя оставлять улики, ясно? Поняла, почему мне надо тебя тут оставить? Она неохотно кивнула. Дол тихо заскулил. — Ты ведь вернешься, правда? – спросила она, когда они уже были у двери. Виктор посмотрел на нее через плечо. — Конечно вернусь, – пообещал он. – Это ведь моя любимая зажигалка. Сидни чуть улыбнулась закрывающейся двери. — Насчет того, чтобы сжечь бумаги, я понял, но зачем по одной? – спросил Митч у Виктора, когда они начали спускаться по лестнице. — Чтобы ей было чем заняться. Митч сунул руки в карманы куртки. — Значит, мы не вернемся, так? — Этой ночью – нет.

   — Митчелл (Mitchell) · книга
9. «

   Мы все бессмертны, пока нам не доказали обратное.

   Мы все бессмертны, пока нам не доказали обратное.
10. «

    Сидни не доверяла тишине. Она пришла к убеждению, что тишина – это плохо. Она неправильная, неестественная, мертвая.

    Сидни не доверяла тишине. Она пришла к убеждению, что тишина – это плохо. Она неправильная, неестественная, мертвая.

    — Сидни · книга
11. «

    — Чего ты не понимаешь? – уточнил Виктор, не открывая глаз. — Если ты хочешь найти Эли, а Эли хочет найти тебя, то зачем вам все это устраивать? Почему бы просто не найти друг друга? Виктор моргнул и всмотрелся в блондиночку, сидящую рядом с ним на диване. Ее широко распахнутые глаза были полны ожидания, но уже начали терять невинное выражение. То немногое, что ей удалось прихватить с собой и пронести по той дороге под дождем, блекло, столкнувшись с практичной казнью Виктора, его обещаниями и угрозами. Ее предали, подстрелили, спасли, вылечили, причинили ей боль, снова вылечили, заставили воскресить двух человек – и стать свидетельницей нового убийства одного из них. Ее впутал во все это Эли – а затем Виктор. Она похожа на ребенка – и в то же время ребенком не являлась.

    — Чего ты не понимаешь? – уточнил Виктор, не открывая глаз. — Если ты хочешь найти Эли, а Эли хочет найти тебя, то зачем вам все это устраивать? Почему бы просто не найти друг друга? Виктор моргнул и всмотрелся в блондиночку, сидящую рядом с ним на диване. Ее широко распахнутые глаза были полны ожидания, но уже начали терять невинное выражение. То немногое, что ей удалось прихватить с собой и пронести по той дороге под дождем, блекло, столкнувшись с практичной казнью Виктора, его обещаниями и угрозами. Ее предали, подстрелили, спасли, вылечили, причинили ей боль, снова вылечили, заставили воскресить двух человек – и стать свидетельницей нового убийства одного из них. Ее впутал во все это Эли – а затем Виктор. Она похожа на ребенка – и в то же время ребенком не являлась.

    — Сидни · книга
12. «

    Для любой теории необходима начальная точка.

    Для любой теории необходима начальная точка.

    — Виктор · книга
13. «

    Все начинается с веры.

    Все начинается с веры.

    — Виктор · книга
14. «

    Он ходил за Виктором в гостиную, во двор, в столовую. За ленчем Митч садился по одну сторону стола, а Виктор, сидя напротив, ковырялся в тарелке – и при этом Митч не переставал следить за помещением. Виктор не отрывал глаз от своей порции. Но на еду он тоже не смотрел, на самом-то деле. Его взгляд был не сфокусированным, словно он находился где-то не здесь, не интересовался клеткой вокруг себя и чудовищами в ней. Как хищник – внезапно понял Митч. Он просмотрел достаточно фильмов о природе в телевизоре в гостиной, чтобы знать: у тех животных, которые служат добычей, глаза расположены по бокам головы, и они постоянно начеку, а у хищников глаза поставлены близко и смотрят вперед, без страха. Несмотря на то что Виктор был вдвое меньше почти любого заключенного и, судя по виду, никогда даже не участвовал в драке, не говоря уже о том, чтобы выйти из нее победителем, все в нем напоминало хищника. И Митч впервые задумался о том, нужна ли защита Виктору.

    Он ходил за Виктором в гостиную, во двор, в столовую. За ленчем Митч садился по одну сторону стола, а Виктор, сидя напротив, ковырялся в тарелке – и при этом Митч не переставал следить за помещением. Виктор не отрывал глаз от своей порции. Но на еду он тоже не смотрел, на самом-то деле. Его взгляд был не сфокусированным, словно он находился где-то не здесь, не интересовался клеткой вокруг себя и чудовищами в ней. Как хищник – внезапно понял Митч. Он просмотрел достаточно фильмов о природе в телевизоре в гостиной, чтобы знать: у тех животных, которые служат добычей, глаза расположены по бокам головы, и они постоянно начеку, а у хищников глаза поставлены близко и смотрят вперед, без страха. Несмотря на то что Виктор был вдвое меньше почти любого заключенного и, судя по виду, никогда даже не участвовал в драке, не говоря уже о том, чтобы выйти из нее победителем, все в нем напоминало хищника. И Митч впервые задумался о том, нужна ли защита Виктору.

    — Виктор · книга
15. «

    Первый, кто начнет действовать, пожертвует элементом неожиданности, а мне сейчас этого делать нельзя. Эли помогает сирена, а это значит, что он способен нагнуть весь город. Может, уже нагнул. А у меня есть хакер, полумертвый пес и ребенок. Арсеналом не назовешь.

    Первый, кто начнет действовать, пожертвует элементом неожиданности, а мне сейчас этого делать нельзя. Эли помогает сирена, а это значит, что он способен нагнуть весь город. Может, уже нагнул. А у меня есть хакер, полумертвый пес и ребенок. Арсеналом не назовешь.

    — Виктор · книга
16. «

    — Мертвых нельзя починить, Сид. ЭО это доказывают. И потом, у тебя нет права пытаться. — А у тебя нет права управлять жизнью других людей, – огрызнулась Сидни. Серена с улыбкой выгнула бровь: — И кто научил тебя так громко петь? Та малышка Сидни, которую я знала, едва могла чирикать.

    — Мертвых нельзя починить, Сид. ЭО это доказывают. И потом, у тебя нет права пытаться. — А у тебя нет права управлять жизнью других людей, – огрызнулась Сидни. Серена с улыбкой выгнула бровь: — И кто научил тебя так громко петь? Та малышка Сидни, которую я знала, едва могла чирикать.

    — Серена Кларк · книга
17. «

    — Куда ты поедешь, когда меня убьешь? — Не знаю, – честно ответил он. – Придется начинать заново. — И с ней ты тоже переспишь? – спросила она. Эли рассмеялся: — Соблазнение в мои методы не входит. — Ну что ж: тогда я чувствую себя особенной. — Это так.

    — Куда ты поедешь, когда меня убьешь? — Не знаю, – честно ответил он. – Придется начинать заново. — И с ней ты тоже переспишь? – спросила она. Эли рассмеялся: — Соблазнение в мои методы не входит. — Ну что ж: тогда я чувствую себя особенной. — Это так.

    — Серена Кларк · книга
18. «

    Мы все – чудовища, – сказала она, собирая свои книги. – Но и ты тоже

    Мы все – чудовища, – сказала она, собирая свои книги. – Но и ты тоже

    — Серена Кларк · книга
19. «

    — Мы можем умереть, – сказал Эли. — Этот риск есть у всех живых.

    — Мы можем умереть, – сказал Эли. — Этот риск есть у всех живых.

    — Виктор · книга
20. «

    — Откуда тут, к черту, пес? – вопросил Митч. — Мы его оставим, – сказала Сидни. — Это кровь? — Я его пристрелил, – сообщил Виктор, перебирая свои бумаги. — С чего это ты? – поинтересовался Митч, закрывая ноут. — Он умирал. — Тогда почему он не мертвый? — Потому что Сидни его вернула. Митч уставился на хрупкую светловолосую девчушку, стоящую в середине гостиничной комнаты. — Это как?

    — Откуда тут, к черту, пес? – вопросил Митч. — Мы его оставим, – сказала Сидни. — Это кровь? — Я его пристрелил, – сообщил Виктор, перебирая свои бумаги. — С чего это ты? – поинтересовался Митч, закрывая ноут. — Он умирал. — Тогда почему он не мертвый? — Потому что Сидни его вернула. Митч уставился на хрупкую светловолосую девчушку, стоящую в середине гостиничной комнаты. — Это как?

    — Митчелл (Mitchell) · книга