— Ты чокнутый! — Мой корабль — мои правила! — Этот корабль убьет нас к чертям собачьим! — Она и так погибнет, если мы ей не поможем. Не заходите в корабль с безумцем. Разве вас этому не учили?
— Мы не умрем здесь, это не настоящее. Это рык. — Что? — Что делает раненное животное — пытается всех отпугнуть. Мы близки к двигателю. Тардис рычит на нас, пытается отпугнуть. Нужно прыгать. — Ты чокнутый!.
— Отличное развлечение, Доктор. Но детишкам пора домой. — Да, но нет. Я еще не готов улететь. — Почему нет? — Не знаю, есть причины. — Какие причины? — Насекомые. Забавные насекомые. Нужно их добавить в мою коллекцию забавных насекомых. — Ты собираешь насекомых? — Да, начал. Только что.
— Когда путешествуешь во времени, есть одно место, где не стоит появляться. Одно место в пространстве и времени, куда тебе нельзя. Никогда. — Где? — Ты что, не слушала? Вот всегда вы так, в этом и проблема. У Доктора есть тайна, которую он унесет с собой в могилу. «Она найдена» он говорил не о тайне. Нет, нет, нет. Не она была найдена. Он говорил о моей могиле. Трензалор — место моего упокоения.
– Я принес это в знак отваги и сотрудничества! Что это за корабль и зачем вы здесь? Назовите свою расу и родную планету! [Появляется Далек] – Уничтожить! Уничтожить! – Хэндлс? – Уничтожить! Уничтожить! – Хэндлс? [Телепортируется в ТАРДИС] – На какой корабль не сунься – везде в меня стреляют. Хэндлс, я сказал «Перенеси меня на корабль». Я не говорил «Перенеси меня на корабль Далеков». Не надо телепортировать меня на корабль Далеков, когда у меня в руках кусок Далека! – Вы не указали параметры выбора. – Думай головой! У тебя и вариантов-то других нет.
— Где тебя черти носили? Когда бы ты не попросила, я всегда отзывался! Где же ты была сегодня?! — Я бы не смогла предотвратить этого. — Но могла бы попытаться! — И ты тоже мог бы, Любовь Моя... Я знаю, что сейчас ты не в себе, но держись Эми, потому что все будет хорошо! — Ты думаешь, я этого хотел? Это не моих рук дело! Это не я! — Это как раз ты! Всё это, всё из-за этого! Ты заставил их боятся! Когда ты начинал, столько лет назад, путешествуя по Вселенной, думал ли ты, что станешь таким? Человеком, чье имя, способно обратить к бегству армию! Доктор! Обозначение для целителя и мудреца, по всей Вселенной! Мы узнали это слово от тебя, знаешь! Но если ты продолжишь в том же духе, что станет обозначать, это слово в будущем?! Для жителей Лесов Гаммы, Доктор, значит могучий воин, как далеко ты зашел! А теперь они забрали ребенка, ребенка твоих лучших друзей! И собираются превратить ее в оружие, лишь для того, чтобы победить тебя! И все это Любовь Моя, из-за тебя! Из-за страха перед тобой!
— Ты победил нас. Меня и моих друзей, среди которых сама матрица ТАРДИС. Которую ты вырвал из этой консоли, запер в человеческое тело. Посмотри на неё! Ты переместил ТАРДИС в тело, чтобы она благополучно сгорела очень далеко от этой комнаты. Тело из плоти не может поддерживать матрицу ТАРДИС и жить. Посмотри на её тело, Дом! — И ты считаешь, что я должен оплакивать её? — Нет, я считаю, что тебе нужно быть очень, очень осторожным с тем, чему ты даешь попасть в комнату управления. Ты забрал её из дома, но сейчас она вернулась в будку, и она свободна.
— Я Доктор. — И что это значит? — Это значит, что я проделал к вам долгий путь, Алекс. Очень долгий. Джордж позвал нас, и это был зов отчаяния. То, что сейчас в шкафу, настолько ужасное и мощное, что усиливает страхи мальчика, и эти страхи проходят сквозь барьеры времени и пространства. Над алыми и молчаливыми звездами, через буйные туманности, похожие на полыхающие океаны. Сквозь империи стекла и цивилизации чистых помыслов, и всю ужасную и чудесную Вселенную, всего невозможного. Видите эти глаза? Им уже не один век, и еще вам могу сказать вам, Алекс: монстры реальны.
— Подумай о доме, просто представь его. Почувствуй. Ты должна действительно почувствовать его. Сможешь? Твой разум контролирует эту капсулу. Ты можешь отправить нас обратно к Рождеству. — Моя голова полна деревьев, Смотритель. Не можешь ли отправить нас домой? — У меня нет дома, о котором можно думать. И между нами: я старше, чем выгляжу. И я не могу чувствовать так, как ты. Больше не могу. А тебе действительно нужно прочувствовать, Мэдж. Всё, о чем ты сильно скучаешь, пока ты не сможешь это выносить, будешь на пределе эмоций. — Пока не станет больно? Ты это хочешь сказать, Смотритель... Пока не станет больно. — Да.