Филипп Ломбард

— Вы ужасный человек! Мужчины вроде вас подвергли такому риску наших миссионеров! — Ох уж эти ваши миссионеры с их Богом и сифилисом! Я не был единственным белым убийцей в Африке, мисс Брент.

— Такой момент всегда наступает. Перед атакой, наступлением, бомбардировкой, хаосом — мгновение абсолютного покоя. Прислушайтесь. Разве это не похоже на затишье перед бурей? — Я никогда не стремился к покою, генерал. — Гавань не видна отсюда, значит они нас тоже не видят. Мы отрезаны; крысы в бочке. А это затишье перед резней.

— Вы мне уже нравитесь, мистер Хряк. — Вы заносчивый придурок. Ох, черт подери! Простите, мисс Клейторн. — Нет, вы правы: он идиот. *смеется*

Я знаю, кто я, и что расплата меня настигнет.

Удивительно, как людей начинает грызть совесть, когда они благополучно оказываются дома.

— Ломбард, вы кровавый мясник! — И я это признаю. Поэтому либо меня упомянули для пущего эффекта, либо я один сказал правду в зале, полным лжецов.

— Вы думаете, лодка не придёт? — Не придёт... — И вы так думаете, генерал? — Мы рассчитывали, что лодка увезет нас с острова, а на самом деле, мы никуда отсюда не уедем. Это конец. Вы понимаете? Конец. Здесь царит покой. Полный покой. Бессмысленно что-либо предпринимать. Бессмысленно.

— Мистер Оним приехал? — Ещё нет сэр. — А где миссис Оним? — Они задержались в Лондоне. Я получил письмо. Будут к обеду в восемь. — Это напоминает мне историю о двух англичанах, которые три года провели на пустынном острове и ни разу не поговорили друг с другом. Поскольку не были представлены. — Я не англичанин. Я князь Никита Старлофф. Можно Никки. — Ну что ж лёд тронулся, джентльмены. Я судья Куинкэннон. — Добрый день. Я доктор Армстронг. — Меня зовут Ломбард. Филипп Ломбард. — Я генерал Мандрейк. — Сэр Джон Мандрейк, так? Пару лет назад я был у вас. Ваша жена болела. — Моя жена умерла. — Соблаговолите пройти за мной джентльмены. Я покажу вам ваши комнаты. — Я не расслышал вашего имени! — Блор. Уильям Генри Блор. — Филипп Ломбард. — Вы взяли чужой чемодан. — Вы наблюдательны мистер Блор. Ч. М. Чарльз Морри. Мой друг. Мне нравится его вкус и его вещи.

— Да бросьте, мисс Клейторн. Если это вас порадует, мне стыдно, что я на вас пялился. — Мистер Ломбард, я сомневаюсь, что вы способны чего-то стыдиться. — Умная девочка.

— Сегодня вечером, в какой-то момент, один из этих дряхлых пеньков заговорит о войне. Потом он спросит, не сожалеем ли мы, что пропустили прошлую и скажет, что мы должны пылать желанием исполнить свой долг в следующей. Хоть её и не будет. — Всегда есть следующая война.

Сколько людей он видел в петле. Как это меняет человека...

— На нас всех охотятся. Если на острове есть кто-то еще, я найду его и сделаю двадцать второй своей жертвой. Всажу между глаз пулю. — Как вы можете так говорить? Так легко?! — Я открываю рот и слова сами льются.