Купер

[Купер увидев что итальянец прижимаясь к Джейми положил ему руку на колено перепрыгнул на другую сторону, а Джейми не успел] — Что-что за хрень ты делаешь? [итальянец массирует плечи Джейми] — О, извините, mi scuzi. [массирует сильнее] — О-о—ой. — Что? — Большой туннель. [итальянец гомосек широко улыбается, когда поезд уходит в темноту] — [Джейми в суматохе] Скотти, это ты? КТО МЕНЯ ТРОГАЕТ? [поезд выехал из тоннеля под музыку (Hot stuff — Donna Summer) * все перебрались на другую сторону, а Купер лёг на их колени. А итальянец гомосек уже снял брюки]

— Купер на связи. Здравствуйте, мистер Уолтерс. Да, сэр, я в архиве документов. Погодите минутку. [в Лондоне, отвечает на мобильный телефон, откладывает, чистит зубы, снова подносит телефон к уху] Нет, сэр, я не могу найти файл Гудвина. Да, сэр, я продолжу искать. Я не успокоюсь, пока не найду его. — Ты не сказал своему боссу, что уезжаешь за границу? — Они бы перестали мне платить. Показалось так проще.

— Европа крошечная, как бабочка, мы пешком от Лондона до Берлина дойдём. — Англия — это остров, кретин. — Тогда доплывём, какая разница!

— Добро пожаловать в клуб Вандерсекс, самый эротичный клуб Амстердама. Здесь сбудется каждая ваша фантазия. — Также, говорят, я получу бесплатную футболку с флаером. — Он американец. Как же грустно вам расти в стране, основанной пуританами. Стране, охваченной преступностью и безграмотностью. Стране, где мужчинам приходится заниматься сексом только с одной женщиной одновременно, и нужно заранее узнать её имя. — Это ужасно. — Я знаю, но ты можешь пойти со мной, и пусть Вандерсекс начнётся.

— Я влюбился по переписке. Влюбился в Майка. — О, ясно, ясно... А знаешь, я ведь так и знал. И я польщён, что ты мне первому рассказал. Можешь признаться предкам, что ты голубой. — Ты идиот. Майк — девушка. — Нет-нет, всё ясно. Один раз ты девушка, другой раз — он, а порой вы с ним оба девушки.

— Что ты делал прошлой ночью? — Не хочу об этом говорить. А что вы делали? — Не хотим об этом говорить. [говорят вместе Скотт и Джени] — Что это? [замечает футболку Vandersexxx (Вандерсекс)] — Футболка на халяву.

— И не знает он, чем с Фионою занимаемся, залезая в фургон, что Фионой мы там трахаемся... Что?!? Просто мелодия хорошая. — Залезай в фургон, говорит она... — Трахаемсяв моём фургоне каждое воскресенье. Она говорит ему... — Что в церковь она пошла, но не ходит она туда, всё ещё на коленях она, а Скотти не знал... — А Скотти не знал... А Скотти не знал...

Дженни, у тебя кошмарное платье, сними его немедленно!

— Вперёд, Вандерсекс! [Мадам обнажает свой костюм Госпожи— доминанты, секси-девушки уходят, пока в комнате падают драпировки BDSM-логово, и заходят её подручные] Ханс, Грубер! — Привет. Так, девушки не вернутся? Что? Эй! [нервно испуганно трусы Купера рвут] — Примените зажимы для яиц! [подручных цепляют крокодилы и дают ток, а Мадам улыбается и наблюдает. Достаёт мартышку с тарелками и ими бьёт по мошонке Купера. Тот вытаскивает бумажку с «безопасным словом», но произносит его неправильно] — Безопасное слово! Что это? Это не слово! Это — «Флюгген-клиггин-кин»? — Вы сказали «Флюгегехаймер»? — Да. Ради бога «Флюгегенхаймен». Да. — уверены? — Да, прошу вас. — Хм... Ваше право. Внесите «Флюгегенхаймен»! — Стойте! Нет, нет. Я не говорил «Флюгегенхаймен»... Я говорил флюгенпокасису... А — а! [Ганс внёс огромный моторный самотык с четырьмя дилдо разного цвета и размера и направил его в зад Купера]

Это не то место, где я припарковал свою тачку.

— Думаю, я забыла ее покормить, — прошептала она мне. — Иногда рыбки просто умирают, — заверила я ее, обнимая за плечи. — Особенно если их не кормить, — вставил Купер, за что и получил локтем по ребрам.

— Здравствуйте, мистер Уолтерс... Понял... уволили? Ну, я... Если вы этого хотите, я понимаю... до свидания, сэр. — Вам все равно пришлось бы попасться. — Нет, уволили Хамфри. — Заткнись!* — Я получил его офис и повышение!

— Как дела у сестры? Она все еще расстроена из-за золотой рыбки? — Уже нет. Теперь она уговаривает маму завести птичку. — Она движется вверх по цепи питания.

— Так я и говорю этой болотной козе, чтобы она заткнулась, а то я ей устрою такой номер в заднем дворе, что она у меня шарики лизать будет! Я ей пробью задний вход и заставлю лизать мою погремушка. Хе-хе. — Вау. Вы, ребята, на каком-то совершенно другом уровне мата здесь. Такие чумовые ругательства.

А страх и не должен быть чем-то «твоим». Если тебе комфортно со страхом, это уже не страх.