Никколо Макиавелли

Люди мстят за мелкие обиды, но не за серьезные.

Борьба между людьми достигает особого накала там, где речь идет об обладании собственностью. Такая борьба неизбежна.

— Если ангелы могли упасть с небес, можем и мы. Дьявол ждет нас всех. — Надо бороться с дьяволом.

— Почему Ареццо пал так быстро? Вы лишили горожан их чести, отняли их имущество, а теперь от них же требуете покорности. Это ли не глупость? — А как бы поступили вы? — Как римляне. Либо убить всех сильных и способных держать оружие, либо проявлять милосердие даже к самым слабым и осыпать милостью всех без исключения.

Тот, кто надеется в своих делах на людей, воздвигает дворец на фундаменте из грязи.

В случае необходимости монарх может и должен применять крайне жестокие меры, например переселить целые народы, разрушить старые города и построить новые, сделать богатых бедными, а бедных — богатыми. Все меры оправданы, когда речь идет о сохранении стабильности и порядка в государстве. Так, если есть хотя бы возможность бунта, то лучше заранее казнить несколько десятков ни в чем не повинных людей, которые могли бы возглавить его, чем допустить сам бунт, в котором наверняка погибнут тысячи.

Благоразумный правитель не может и не должен быть верен обещанию, если это оборачивается против него и исчезли причины, побудившие его дать слово.

— Райское блаженство или вечные муки ада, что выбираешь? — Ад сейчас в этом городе. Рай, по вашей милости, перенесли в другое место.

— Они все боятся вашей мести. — Значит, они уже проиграли. Чем больше я узнаю своих генералов, тем меньше их уважаю. Возьмем, к примеру, Вителли — блестящая репутация, но в нем нет отваги, он готов поражать лишь беззащитных.

Человек по своей природе не является ни хорошим, ни плохим, впрочем, плохого в нем больше. следовательно, умелый политик должен больше принимать в расчет слабости и недостатки людей, нежели их положительные качества.

В основе государства лежит сила, не связанная ни с какими моральным нормами, поэтому государство нуждается в аппарате принуждения. Идеальный государь — это лисица и лев, он является и обожаемым народом и внушающим страх.

Я хочу попасть в ад, а не в рай. Там я смогу наслаждаться обществом пап, королей и герцогов, тогда как рай населен одними нищими, монахами и апостолами.

Кто желает подчинения, должен уметь командовать.

Не отклоняться от добра, если это возможно, но уметь вступить на путь зла, если это необходимо.

Только одно: людям нужен кто-то, на кого они могли бы взирать снизу вверх. Обожать. Поклоняться. Это может быть Бог, Христос, а еще лучше тот, кого ты видишь собственными глазами, а не на картинке. Родриго, Чезаре, да собственно, любой актер или певец, если только он умеет себя хорошо подать и верит в свои силы. Остальное приложится. Это часть человеческой природы.

Нельзя назвать доблестью убийство сограждан, предательство, вероломство, жестокость и нечестивость: всем этим можно стяжать власть, но не славу.