Неукротимая Анжелика (Indomptable Angélique)

— Долго вы еще будете мстить? — Я не мщу, Язон, я веду войну против короля Франции. Хоть он и осудил меня на смерть, но я воюю не из-за этого. Я против короля, который обессиливает Францию налогами, чтобы вести войны для личной славы. Эти войны обескровливают народ. И наконец, я против галер, пыток и абсолютной власти. — Но вы же совсем одиноки в этом. — Нет, я просто первый.

— Такая женщина, как вы, не должна избегать любви. — И все же, это не причина отдаваться первому встречному моряку. — Я моряк, это правда, но прежде всего, я Мортемар, герцог де Вивонн, главный адмирал флота Его Величества. — Людовика XIV, короля Франции. И я не дам вам того, в чем отказала ему. — И чем одаряли других?

— С тех пор, как я тебя нашел, я не могу забыть, что ты была любовницей короля. — Ты ошибаешься, я ни разу не уступила королю. — Ни одна женщина перед ним не устоит. — А я устояла. — Его желания — закон. — Я им не подчинилась. — Ты была одна и считала меня мертвым, это тебя оправдывает. — Мне не нужны оправдания, я ему не уступила! — Твоя ложь разделяет нас так, как не смогли разделить враги.

— Ты должен мне верить. — Не могу. — Тогда зачем ты меня выкупил? Я бы желала умереть рабыней, никогда тебя не увидев, но верить, что ты меня любишь, как прежде. — А кто сказал, что я тебя не люблю? — Ты лишь это и говоришь. Возвращайся на свою шхуну, она для тебя настоящая любовница, а я всего лишь жена.

— Расскажи мне о своем корабле, который так часто спасал тебе жизнь. — Он мой самый верный друг. Я требую от него невозможного и он никогда меня не подводит. — Какая страсть. — Оправданная. Я обязан ему всем. — Ты говоришь о нем, как о человеке. — Я говорю, как о том, кто никогда меня не предавал.

— Здесь есть христиане! — Не рассчитывайте на них, здесь одни негодяи. Кандия открытый порт, здесь зарабатывают на жизнь торговлей рабами. Вы военный трофей господина д’Эскренвиля, никто вас не освободит. — Даже рыцари Мальтийского ордена? — Во всяком случае, не своей шпагой. — А золотом? — Случается, но только в рамках законного торга. — Хорошенькая торговля для монахов-воинов. — У них нет выбора. Кандия — настоящая пороховая бочка между исламом и христианским миром, один неправильный дипломатический шаг и все взорвется.

— Могу я попросить вас удалиться, пока я переоденусь на ночь? — Вы не при дворе, мадам. Вы на корабле, где командует человек, приговоренный королем к виселице. — Как преступник? — Да. К тому же, из-за женщины, подобной вам. Она уговорила меня ограбить королевскую казну, сама взяла деньги и выдала вора. А я ее любил! — Зачем вы мне об этом рассказываете? — Вы женщина. — Вы пьяны. — Я безумен. Я отплачу вам за всех, кто страдал из-за вашей красоты. За тех, кто бесполезно надеялся, глядя на вас, за тех, кто молился Богу, чтобы вы обронили свой платочек и они имели бы редкую привилегию поднять его из пыли у ваших ног!