Любовница знает, что её мужчина — врун, тогда как жена лишь догадывается.

— Лев Николаевич, посоветуйте. У меня жена, я её люблю. И любовница, я её тоже люблю. — Любовница — это нехорошо. Любовница — это безнравственно. — Послушайте, Вы вон у себя в деревне всех баб перепортили. — Мне можно! Я, понимаешь ли, нравственный ориентир!

Я так люблю тебя, Элизабет, что для меня не имеет значения, каким ты хочешь меня видеть – мертвым или живым. Я не могу причинить тебе вред. Зачем я должен мучить себя догадками о твоих намерениях по отношению ко мне? Я не думаю, что ты можешь готовить для меня смерть. Я не хочу даже верить, что ты желаешь этого. Для меня этого достаточно.

— Я должна умереть. — Нет, не должна… Да, Вера. Ты должна умереть. — Я знаю. Но я не хочу уходить. Тогда я буду одна. — Может да, а может нет. Я не могу тебе ничего обещать, но я верю, что там тебе будет лучше. У меня есть вера.