Цитаты на тему «страх смерти»

— Кто ты? — Ангел смерти. — Ты за мной? — Я давно иду по твоим пятам. — Знаю. — Ты готов? — Моё тело страшится, а я нет.

Что чёрт возьми я творю? Делаю то, что мне говорят? СМЕРТЬ Ясно. Есть какое-то странное предчувствие смерти, исходящее от школы. Я боюсь умереть. Может, я также боялся смерти дедушки.. Но в этот раз всё было иначе. Я плакал не потому что мне было страшно, просто мне было грустно. «Смерть» сейчас прямо передо мной... И «смерть» моего дедушки. Так в чём же разница?

На что бы я ни взглянул, …все напоминает мне о том, что спустя несколько дней я ничего больше не увижу… Как это ужасно… не видеть ничего… ничего из того, что существует… самых простых вещей… стаканов… тарелок… кроватей, на которых так хорошо отдыхать… экипажей. Как приятны эти вечерние прогулки в экипаже… Я так любил все это!

Не могу понять, Джонс, что в твоей жизни такого ценного, что ты так боишься её потерять?

Их пугает смерть? Есть кое-что пострашнее...

Д/Али сказал, что миллионы стамбульцев использовали лишь малую толику своего потенциала из-за губительной близости могил. Охота к нововведениям теряется, если всё время напоминать, мол, вот-вот придёт смерть со своей косой, которая отсвечивает красным в лучах заходящего солнца. Именно поэтому проекты реновации ни к чему не приводили и инфраструктуру строить не удавалось, а коллективная память оказывалась не прочнее салфетки. К чему создавать будущее или возвращаться мыслями к прошлому, если мы постоянно скатываемся к размышлениям о конце? Демократия, права человека, свобода слова — есть ли в них смысл, если в итоге мы все умрём? Устройство кладбищ и отношение к мёртвым, как заключил Д/Али, — самая большая разница между цивилизациями.

Никто из нас не в силах окончательно преодолеть страх смерти. Это цена, которую мы платим за пробуждение своего самосознания.

Людей терзает не реальность, а их представления о ней. Так, в смерти нет ничего страшного. Сократ тоже так считал: страшна не смерть, а представление о том, что смерть ужасна.

Небо плакало огнем. Из его могучих век Сыпала слеза огромная На мокушки человек. Небо плакало на всех...

— Я слишком молод, чтобы умирать! — Я слишком богат, чтобы умирать! — Я слишком тупой, чтобы умирать!

— Ну... и что с вами? <...> Вы далеко не эталон здоровья. Что такое? — Зачем тебе это? — Просто интересно, скажи мне. — А с тобой-то что? — У меня неутолимая жажда крови и разврата. — Забавно... — У тебя рак? — Нет, нет. Тебе знакомо такое понятие, как светская беседа? — Тогда что, если не рак? — Не знают. — Ну и ну, это блестяще! — Странная ты однако. — Не спорю... Но смерть — самая интересная часть — Чего? — Жизни! — Ты это в открытке прочла? — Какой ты смешной. Ладно, давай сверим факты: она смертельная; болит в боках и затруднённый кашель. Всё указывает на злокачественную опухоль. Ты же не станешь отрицать неизбежное, или будешь судорожно искать другое объяснение. <...> — Это явно не рак. — Хорошо. Не станем терять время на диагнозы, тем более результатом всё равно будет рак. Точно? — Мне нужен диагноз. — Ты умираешь. Очень мучительно. А врачи не знают отчего и почему. Мне это кажется странным. — Мы все когда-нибудь умрём, медленно и мучительно. Это вопрос времени. — Вот это я понимаю! Тебе страшно? — Стараюсь не думать. — И у тебя получается? — Пока не очень... — Ты борешься? — Не понимаю, о чём ты? — Жена, дети?... — Тогда правильнее будет спросить — есть ли ради чего жить. — Боже, неужели ты — умирающий учитель английского... — Да. — О! Тогда всё справедливо! Сопрягай меня от всего сердца!

Без веры в дело умирать страшно, Коля.

Страх нельзя услышать. Но я слышу их страх.

— О це така собака, що колы нiмцi прыйшлы у село, то усiх собак перестрiлялы. А цього Люба так ховала, так ховала, що вiн зовсiм гавкати не вмiе. — Добрый вечiр вашiй хатi. Картоплi дастэ? — Сiдайте. — Як звуть цього волкодава?

Трудно долгое время ощущать остроту чувства – любого. Мне кажется, устаешь даже бояться смерти. В конце концов наступает то, что у одних принимает форму равнодушия, у других – успокоения.

Страх смерти еще страшней, чем она сама.