115 цитат персонажа «Алекс» — от иронии до философии

Собрали 115 цитат персонажа «Алекс» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Насыщенная событиями жизнь отучила меня верить в бескорыстность человеческих поступков. И нечеловеческих, как выяснилось, тоже.

   Насыщенная событиями жизнь отучила меня верить в бескорыстность человеческих поступков. И нечеловеческих, как выяснилось, тоже.

   — Роман Злотников · книга
2. «

   Виан, понимаешь, я не спецназовец и не взращенный в клане суперменов убийца, как ты, для таких марш-бросков. Я обычный вор. Вор, мать его. Тонко чувствующая натура…

   Виан, понимаешь, я не спецназовец и не взращенный в клане суперменов убийца, как ты, для таких марш-бросков. Я обычный вор. Вор, мать его. Тонко чувствующая натура…

   — Наталья Жильцова · книга
3. «

   Наверное, в этом все дело, думал я. Наверное, я просто слишком стар становлюсь для той жизни, бллин, которую вел все это время. Восемнадцать — это совсем немало. В восемнадцать лет у Вольфганга Ама-деуса уже написаны были концерты, симфонии, оперы, оратории и всякий прочий кaл... хотя нет, не кaл, а божественная музыка. Потом еще Феликс М. со своей увертюрой «Сон в летнюю ночь». Дай другие. Еще был французский поэт, которого положил на музыку Бенджи Бритт — у того вообще все стихи к пятнадцати годам, бллин, уже были написаны. Артюр его звали. Стало быть, восемнадцать лет — это не такой уж и молодой возраст. Но мне-то теперь что делать?

   Наверное, в этом все дело, думал я. Наверное, я просто слишком стар становлюсь для той жизни, бллин, которую вел все это время. Восемнадцать — это совсем немало. В восемнадцать лет у Вольфганга Ама-деуса уже написаны были концерты, симфонии, оперы, оратории и всякий прочий кaл... хотя нет, не кaл, а божественная музыка. Потом еще Феликс М. со своей увертюрой «Сон в летнюю ночь». Дай другие. Еще был французский поэт, которого положил на музыку Бенджи Бритт — у того вообще все стихи к пятнадцати годам, бллин, уже были написаны. Артюр его звали. Стало быть, восемнадцать лет — это не такой уж и молодой возраст. Но мне-то теперь что делать?

   — Энтони Бёрджесс · книга
4. «

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   — Лорен Оливер · книга
5. «

   Если о человеке судят по калибру его врагов, то мы с тобой просто великие люди.

   Если о человеке судят по калибру его врагов, то мы с тобой просто великие люди.

   — Роман Злотников · книга
6. «

   Чихвостим пингвинов за то, что они нас бросили в Африке!

   Чихвостим пингвинов за то, что они нас бросили в Африке!
7. «

   Слушая, я держал glazzja плотно закрытыми, чтобы не spugnutt наслаждение, которое было куда слаще всякого там Бога, рая, синтемеска и всего прочего...

   Слушая, я держал glazzja плотно закрытыми, чтобы не spugnutt наслаждение, которое было куда слаще всякого там Бога, рая, синтемеска и всего прочего...

   — Энтони Бёрджесс · книга
8. «

   После уроков заскочил в литкружок. Ну просто чтобы домой вернуться попозже. Классное место! Минуте на тридцатой заснул и отлично, кстати, выспался. Снилась дуэль Пушкина почему-то со Зверевым. Умер Зверев. Радовался, как ребенок.

   После уроков заскочил в литкружок. Ну просто чтобы домой вернуться попозже. Классное место! Минуте на тридцатой заснул и отлично, кстати, выспался. Снилась дуэль Пушкина почему-то со Зверевым. Умер Зверев. Радовался, как ребенок.

   — Инна Георгиева · книга
9. «

   Фатализм — если уж я в принципе что-то не могу изменить, то не надо по этому поводу и рефлексировать...

   Фатализм — если уж я в принципе что-то не могу изменить, то не надо по этому поводу и рефлексировать...

   — Арсен Шмат · книга
10. «

    — Ух ты, нужник! Молодец, Мелман, сортир нам нужен! — Это не сортир. Это могила! Ты Мелмана в могилу вогнал! — Да бросьте вы! Это же не конец, а, наоборот — начало новой жизни!

    — Ух ты, нужник! Молодец, Мелман, сортир нам нужен! — Это не сортир. Это могила! Ты Мелмана в могилу вогнал! — Да бросьте вы! Это же не конец, а, наоборот — начало новой жизни!

    — Марти · мультфильм
11. «

    Да, сослаться на то, что ты дурак, — самое безотказное оправдание.

    Да, сослаться на то, что ты дурак, — самое безотказное оправдание.

    — Сергей Лукьяненко · книга
12. «

    Человек становится слишком зависим от собственной техники. Любой сбой в работе жизнеобеспечивающего оборудования может стать летальным.

    Человек становится слишком зависим от собственной техники. Любой сбой в работе жизнеобеспечивающего оборудования может стать летальным.

    — Роман Злотников · книга
13. «

    Алекс поднял одну бровь и принял горделивую позу. – Здравствуйте, достойные доны. Как вы поживаете? – Поживаем. Что само по себе неплохо, — ответил Иван.

    Алекс поднял одну бровь и принял горделивую позу. – Здравствуйте, достойные доны. Как вы поживаете? – Поживаем. Что само по себе неплохо, — ответил Иван.

    — Алекс
14. «

    Я бывал на твоем месте, Лиза. И знаешь, что я понял? Всегда есть два пути. Первый в данном случае: считать себя виноватым каждый раз, когда что-то пошло не так. Второй путь: понимать, что в жизни всё зависит не только от меня и от моего желания помочь, но и от множества других факторов. Невозможно спасти всех, кто в этом нуждается. Невозможно даже определить с уверенностью, действительно ли человеку нужна помощь или он просто манипулирует другими! Невозможно навязать свою помощь, если человек не желает принять её. Но одно я знаю точно: у каждого из нас своя судьба, и всё что бы ни делалось, обязательно к лучшему. У Бога для каждого из нас есть план, и если суждено чему-то случиться, это обязательно произойдет. И там уж следи или не следи, ползай по снам или не ползай, а человек всё равно пройдет все те испытания, которые приготовил для него Всевышний.

    Я бывал на твоем месте, Лиза. И знаешь, что я понял? Всегда есть два пути. Первый в данном случае: считать себя виноватым каждый раз, когда что-то пошло не так. Второй путь: понимать, что в жизни всё зависит не только от меня и от моего желания помочь, но и от множества других факторов. Невозможно спасти всех, кто в этом нуждается. Невозможно даже определить с уверенностью, действительно ли человеку нужна помощь или он просто манипулирует другими! Невозможно навязать свою помощь, если человек не желает принять её. Но одно я знаю точно: у каждого из нас своя судьба, и всё что бы ни делалось, обязательно к лучшему. У Бога для каждого из нас есть план, и если суждено чему-то случиться, это обязательно произойдет. И там уж следи или не следи, ползай по снам или не ползай, а человек всё равно пройдет все те испытания, которые приготовил для него Всевышний.
15. «

    ... Советую тебе поддать хорошенько! Не бывает некрасивых людей, бывает мало выпито!

    ... Советую тебе поддать хорошенько! Не бывает некрасивых людей, бывает мало выпито!

    — Сесилия Ахерн · книга
16. «

    Труднее всего — полузнание, полуправда. Она не дает свободы, подобно неизвестности, она не дает ориентира, словно истина.

    Труднее всего — полузнание, полуправда. Она не дает свободы, подобно неизвестности, она не дает ориентира, словно истина.

    — Сергей Лукьяненко · книга
17. «

    Опять приходит с обыском конвой. Опять нашли под полом пулемет. Я думал, это тот же — нет, другой. Какая сволочь их туда кладет?

    Опять приходит с обыском конвой. Опять нашли под полом пулемет. Я думал, это тот же — нет, другой. Какая сволочь их туда кладет?
18. «

    Днём всё не так, как вечером и ночью.

    Днём всё не так, как вечером и ночью.

    — Энтони Бёрджесс · книга
19. «

    Наверное, человек может привыкнуть даже к близкому соседству с бешеным медведем, если проведет с ним рядом достаточно долго времени.

    Наверное, человек может привыкнуть даже к близкому соседству с бешеным медведем, если проведет с ним рядом достаточно долго времени.

    — Роман Злотников · книга
20. «

    А потом, когда начало темнеть, ты показал на небо и сказал, что там есть по звезде для всего, что ты во мне любишь.

    А потом, когда начало темнеть, ты показал на небо и сказал, что там есть по звезде для всего, что ты во мне любишь.

    — Лорен Оливер · книга