85 цитат персонажа «Анжелика Машковская» для статуса

85 цитат персонажа «Анжелика Машковская» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Какие бы секреты мы не таили, какими бы целями не руководствовались, но всё это превращает нас в заполненные воздушные шарики, вынуждая быть сами в себе и не позволяет с кем-либо сблизится. Все наши тайны служат барьером, делают только одно — мешают обрести свободу, навязывают свои правила игры.

   Какие бы секреты мы не таили, какими бы целями не руководствовались, но всё это превращает нас в заполненные воздушные шарики, вынуждая быть сами в себе и не позволяет с кем-либо сблизится. Все наши тайны служат барьером, делают только одно — мешают обрести свободу, навязывают свои правила игры.
2. «

   Ты можешь прилагать колоссальные усилия, грызть, пилить и ломать, но иногда проблемы, как сталь Гадфильда, самоупрочняются. Ее твердость становится равной твердости приложенных усилий. Это битва с Ничем, а значит победить невозможно.

   Ты можешь прилагать колоссальные усилия, грызть, пилить и ломать, но иногда проблемы, как сталь Гадфильда, самоупрочняются. Ее твердость становится равной твердости приложенных усилий. Это битва с Ничем, а значит победить невозможно.
3. «

   Я поймала себя на мысли, что без истерик желаю себе смерти. Когда нет никакой возможности спастись, вырваться на волю, и страх терзает как голодный волк — начинаешь искать альтернативные способы освободиться. Пускай даже через насильственную смерть — всё лучше, чем влачить жалкие дни в холодной и тёмной темнице, прибывая в полном одиночестве и находясь под гнётом постоянного ужаса. Я понимала, что во мне говорит отчаяние, но не видела благополучного исхода всей этой истории.

   Я поймала себя на мысли, что без истерик желаю себе смерти. Когда нет никакой возможности спастись, вырваться на волю, и страх терзает как голодный волк — начинаешь искать альтернативные способы освободиться. Пускай даже через насильственную смерть — всё лучше, чем влачить жалкие дни в холодной и тёмной темнице, прибывая в полном одиночестве и находясь под гнётом постоянного ужаса. Я понимала, что во мне говорит отчаяние, но не видела благополучного исхода всей этой истории.
4. «

   — Ваши коллеги из отдела убийств подарили мне столько… — я сделала вдох, подбирая подходящее слово, но не смогла его отыскать. — В общем, если по-простому: я ненавижу полицию и всё, что с ней связано. Видите, как высокий показатель стресса просто объясняется. Хотя справедливости ради стоит заметить, что парочка детективов не вызывает у меня отторжения… странно, да? Это как любимая жена в комплекте с ненавистной тёщей.

   — Ваши коллеги из отдела убийств подарили мне столько… — я сделала вдох, подбирая подходящее слово, но не смогла его отыскать. — В общем, если по-простому: я ненавижу полицию и всё, что с ней связано. Видите, как высокий показатель стресса просто объясняется. Хотя справедливости ради стоит заметить, что парочка детективов не вызывает у меня отторжения… странно, да? Это как любимая жена в комплекте с ненавистной тёщей.
5. «

   Когда чувствуешь, что в голове нет никакой интересной информации, лучше молчать, чем раздражать другого глупой болтовнёй.

   Когда чувствуешь, что в голове нет никакой интересной информации, лучше молчать, чем раздражать другого глупой болтовнёй.
6. «

   Неизвестность не может длиться вечность. Скоро всё прояснится. Стоит лишь немного подождать…

   Неизвестность не может длиться вечность. Скоро всё прояснится. Стоит лишь немного подождать…
7. «

   Стремясь заполучить безупречность, обращая внимание исключительно на идеальность, так легко не заметить очарование несовершенства.

   Стремясь заполучить безупречность, обращая внимание исключительно на идеальность, так легко не заметить очарование несовершенства.
8. «

   Два человека могут знать о скандальных выходках неопытной и безрассудной юности, знать о мерзких «заблуждениях прошлого», помнить прегрешения по отношению друг к другу и всё же испытывать обоюдную любовь.

   Два человека могут знать о скандальных выходках неопытной и безрассудной юности, знать о мерзких «заблуждениях прошлого», помнить прегрешения по отношению друг к другу и всё же испытывать обоюдную любовь.
9. «

   Всем нам хочется оставаться молодыми и верить, что всё ещё только впереди…

   Всем нам хочется оставаться молодыми и верить, что всё ещё только впереди…
10. «

    Эй, перестань быть эгоистичным козлом! Прекрати себя жалеть! В мире полно людей, которые нуждаются в тебе, которых именно ты можешь сделать счастливыми, а вместо этого ты зациклился на собственных неприятностях. Плакса чёртов.

    Эй, перестань быть эгоистичным козлом! Прекрати себя жалеть! В мире полно людей, которые нуждаются в тебе, которых именно ты можешь сделать счастливыми, а вместо этого ты зациклился на собственных неприятностях. Плакса чёртов.
11. «

    Как только приходит осознание, что совершил дурные поступки, из-за которых возникает мучительное чувство вины, появляется ощущение, что потерял себя. И тогда готов принять наказание, лишь бы снова обрести себя как личность.

    Как только приходит осознание, что совершил дурные поступки, из-за которых возникает мучительное чувство вины, появляется ощущение, что потерял себя. И тогда готов принять наказание, лишь бы снова обрести себя как личность.
12. «

    Всё равно — это когда эмоции достигают высшей точки, и организм, не выдерживая такой атаки, «зависает» и перестаёт что-либо чувствовать или желать.

    Всё равно — это когда эмоции достигают высшей точки, и организм, не выдерживая такой атаки, «зависает» и перестаёт что-либо чувствовать или желать.
13. «

    Мы кричим для того, чтобы нас услышали и помогли. Но когда знаешь, что тебя не услышат или когда уверен, что не придут на помощь, перестаёшь кричать. И со временем крик как таковой просто-напросто атрофируется.

    Мы кричим для того, чтобы нас услышали и помогли. Но когда знаешь, что тебя не услышат или когда уверен, что не придут на помощь, перестаёшь кричать. И со временем крик как таковой просто-напросто атрофируется.
14. «

    Человека легче и приятнее ненавидеть, не зная или не понимая мотивов его поступков, но стоит попытаться разобраться в его судьбе, как заметишь сходство с самим собой. С некоторыми оно у нас очень сильное, с другими еле уловимое, но нечто похожее непременно разыщешь в другом субъекте.

    Человека легче и приятнее ненавидеть, не зная или не понимая мотивов его поступков, но стоит попытаться разобраться в его судьбе, как заметишь сходство с самим собой. С некоторыми оно у нас очень сильное, с другими еле уловимое, но нечто похожее непременно разыщешь в другом субъекте.
15. «

    Стыд — удушающая паутина, вынуждающая смотреть на себя чужими глазами и верить, что это истина. В этом и состоит сложность отважиться заговорить о собственных дефектах характера, признаться в ошибках и озвучить всё это кому-либо. Это страшно. Все системы безопасности сходят с ума и мигают предупредительными лампочками, вынуждая принимать скоропалительные решения, чтобы выйти из крутого пике и избежать катастрофы. Стыд создаёт ощущение, будто находишься в шаге от гибели и чтобы спастись – нужно выпрыгнуть с парашютом и бегать как можно дальше, чтобы не зацепило обломками. Но правда в том, что стыд требует от нас совершенство. Однако человек не может быть безупречным, в нём переплетены хорошие и плохие черты. И каждый может как одержать победу, так и потерпеть неудачу. По сути, стыд вынуждает презирать и осуждать себя за то, что являешься человеком.

    Стыд — удушающая паутина, вынуждающая смотреть на себя чужими глазами и верить, что это истина. В этом и состоит сложность отважиться заговорить о собственных дефектах характера, признаться в ошибках и озвучить всё это кому-либо. Это страшно. Все системы безопасности сходят с ума и мигают предупредительными лампочками, вынуждая принимать скоропалительные решения, чтобы выйти из крутого пике и избежать катастрофы. Стыд создаёт ощущение, будто находишься в шаге от гибели и чтобы спастись – нужно выпрыгнуть с парашютом и бегать как можно дальше, чтобы не зацепило обломками. Но правда в том, что стыд требует от нас совершенство. Однако человек не может быть безупречным, в нём переплетены хорошие и плохие черты. И каждый может как одержать победу, так и потерпеть неудачу. По сути, стыд вынуждает презирать и осуждать себя за то, что являешься человеком.
16. «

    Ещё недавно я считала, что незнание страшит, но и знание порой не менее ужасает…

    Ещё недавно я считала, что незнание страшит, но и знание порой не менее ужасает…
17. «

    Организм и психика — это одиннадцатое чудо света. Оно вызывает много вопросов, но ответов несоизмеримо меньше.

    Организм и психика — это одиннадцатое чудо света. Оно вызывает много вопросов, но ответов несоизмеримо меньше.
18. «

    Фраза «Приговорённые к смерти» звучала глупо. Ведь мы все изначально приговорены, разница только в том, как долго длится заключение каждого из нас. Что если земля – это тюрьма? А наше пребывание здесь – это отбывание срока и чем длительнее он, тем тяжелее совершённое нами преступление? Тогда что в этом случае самоубийство? Своеобразная взятка и уклонение от приговора? Побег из тюрьмы?

    Фраза «Приговорённые к смерти» звучала глупо. Ведь мы все изначально приговорены, разница только в том, как долго длится заключение каждого из нас. Что если земля – это тюрьма? А наше пребывание здесь – это отбывание срока и чем длительнее он, тем тяжелее совершённое нами преступление? Тогда что в этом случае самоубийство? Своеобразная взятка и уклонение от приговора? Побег из тюрьмы?
19. «

    Когда стоишь у воды, что-то внутри тебя начинает меняться. Как будто она шепчет тихое напоминание — что мы всего лишь капли, падающие из небытия в жизнь, только чтобы со временем оказаться втянутым в великую реку судьбы, пока мы наконец не сольёмся с океаном вечности.

    Когда стоишь у воды, что-то внутри тебя начинает меняться. Как будто она шепчет тихое напоминание — что мы всего лишь капли, падающие из небытия в жизнь, только чтобы со временем оказаться втянутым в великую реку судьбы, пока мы наконец не сольёмся с океаном вечности.
20. «

    — Вот скажи, убивать людей — это плохо? — Определённо. — Вот представь, что ты возвращающийся с работы коп, идёшь по улице и тут видишь, как кого-то зверски избивают арматурой, — голос Джеффри звучал по профессиональному ровно. — Ты требуешь отойти от пострадавшего, но агрессор не обращает на тебя внимания и продолжает свою экзекуцию. Намерения напавшего очевидны: он хочет убить. Ты, как хороший человек и бравый полицейский, применяешь табельное оружие — всё согласно уставу — и убиваешь озверевшую личность. — Мило… — Это автоматически сделает тебя плохим человеком? — Это ведь была защита гражданского лица. В мои профессиональные качества входит… — Не увиливай. — Считаю, что нет. Не сделает. Потому что таких жёстких мер требовала ситуация. — Я тебе сейчас задам несколько вопросов, подумай над ними как следует, чтобы потом, когда придёт время, ты могла достойно ответить как минимум себе: как человек решает, когда можно применять насилие? И что нас вообще делает хорошими? Если вспомнить мой пример и отбросить условности, та версия тебя в роли полицейского убила субъекта, но, несмотря на это, ты не назвала её плохим человеком. Так что на самом деле делает нас плохими и хорошими? Что если вообще нет таких разделений?

    — Вот скажи, убивать людей — это плохо? — Определённо. — Вот представь, что ты возвращающийся с работы коп, идёшь по улице и тут видишь, как кого-то зверски избивают арматурой, — голос Джеффри звучал по профессиональному ровно. — Ты требуешь отойти от пострадавшего, но агрессор не обращает на тебя внимания и продолжает свою экзекуцию. Намерения напавшего очевидны: он хочет убить. Ты, как хороший человек и бравый полицейский, применяешь табельное оружие — всё согласно уставу — и убиваешь озверевшую личность. — Мило… — Это автоматически сделает тебя плохим человеком? — Это ведь была защита гражданского лица. В мои профессиональные качества входит… — Не увиливай. — Считаю, что нет. Не сделает. Потому что таких жёстких мер требовала ситуация. — Я тебе сейчас задам несколько вопросов, подумай над ними как следует, чтобы потом, когда придёт время, ты могла достойно ответить как минимум себе: как человек решает, когда можно применять насилие? И что нас вообще делает хорошими? Если вспомнить мой пример и отбросить условности, та версия тебя в роли полицейского убила субъекта, но, несмотря на это, ты не назвала её плохим человеком. Так что на самом деле делает нас плохими и хорошими? Что если вообще нет таких разделений?

    — Джеффри Саммерс (Jeffrey Summers)