389 фраз персонажа «Доктор» — избранное

Собрали 389 цитат персонажа «Доктор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Кстати, о лыжах. В данный момент Доктор бешеным слаломом несся… правда, не вниз по горе, а, скорее, сквозь нее. Сами лыжи были поспешно вычеркнуты из списка «надо попробовать». И хотя логика убеждала его, что в безынерционном коридоре все просто не может не быть хорошо, инстинкты хором вопили, что пора сворачиваться в комок и выть в голос. Доктор уже сменил свое обычное хладнокровие на куда менее величественную манеру – он вполне лыжно пригнулся и закрыл лицо руками. Теперь настал его черед беспокоиться, тем более, что наука ничего утешительного предложить не могла: на такой скорости и при отсутствии очень большой и мягкой сетки на том конце коридора, из него получится довольно богемное, но все равно пюре. И пока стены смазанным потоком проносились назад, Доктор принес торжественную клятву: «Я никогда, никогда больше не буду жесток к электронам в ускорителе элементарных частиц!»

   Кстати, о лыжах. В данный момент Доктор бешеным слаломом несся… правда, не вниз по горе, а, скорее, сквозь нее. Сами лыжи были поспешно вычеркнуты из списка «надо попробовать». И хотя логика убеждала его, что в безынерционном коридоре все просто не может не быть хорошо, инстинкты хором вопили, что пора сворачиваться в комок и выть в голос. Доктор уже сменил свое обычное хладнокровие на куда менее величественную манеру – он вполне лыжно пригнулся и закрыл лицо руками. Теперь настал его черед беспокоиться, тем более, что наука ничего утешительного предложить не могла: на такой скорости и при отсутствии очень большой и мягкой сетки на том конце коридора, из него получится довольно богемное, но все равно пюре. И пока стены смазанным потоком проносились назад, Доктор принес торжественную клятву: «Я никогда, никогда больше не буду жесток к электронам в ускорителе элементарных частиц!»

   — Дуглас Адамс · книга
2. «

   — Не переношу отвлекающие маневры, в ходе которых можно погибнуть. — Значит, автору книги «Смертельно опасные отвлекающие маневры» ты не станешь на Рождество открытку слать?

   — Не переношу отвлекающие маневры, в ходе которых можно погибнуть. — Значит, автору книги «Смертельно опасные отвлекающие маневры» ты не станешь на Рождество открытку слать?

   — Дуглас Адамс · книга
3. «

   Способность человеческой расы верить во всякую чушь – одна из её наименее приятных черт.

   Способность человеческой расы верить во всякую чушь – одна из её наименее приятных черт.

   — Ким Ньюман · книга
4. «

   — Когда же уже? – раздраженно спросил Доктор, словно ребенок в утомительной автомобильной поездке. — Когда «что»? — Конец пути. Ненавижу такое ничегонеделание. Что в этом хорошего? Пора переходить к настоящим событиям. — Не хочу дождаться настоящей возможности погибнуть, — сухо прокомментировала Марта.

   — Когда же уже? – раздраженно спросил Доктор, словно ребенок в утомительной автомобильной поездке. — Когда «что»? — Конец пути. Ненавижу такое ничегонеделание. Что в этом хорошего? Пора переходить к настоящим событиям. — Не хочу дождаться настоящей возможности погибнуть, — сухо прокомментировала Марта.

   — Жаклин Райнер · книга
5. «

   — Скорее всего я за тебя волнуюсь, если ты это слушаешь. И скучаю по тебе. — И я по тебе. — Я знаю. Надеюсь, ты сказала, что тоже скучаешь, а то странно будет.

   — Скорее всего я за тебя волнуюсь, если ты это слушаешь. И скучаю по тебе. — И я по тебе. — Я знаю. Надеюсь, ты сказала, что тоже скучаешь, а то странно будет.

   — Доктор · сериал
6. «

   — Ты ведь не собираешься в самом деле её нацепить? — спросила она Доктора. Доктор улыбнулся и галантно приподнял шляпу. — Собираюсь. Она крутая. Как и моя футболка. На нем была белая футболка с надписью «Моя спутница ездила в Лондон и не привезла мне ничего, кроме этой паршивой футболки».

   — Ты ведь не собираешься в самом деле её нацепить? — спросила она Доктора. Доктор улыбнулся и галантно приподнял шляпу. — Собираюсь. Она крутая. Как и моя футболка. На нем была белая футболка с надписью «Моя спутница ездила в Лондон и не привезла мне ничего, кроме этой паршивой футболки».

   — Жаклин Райнер · книга
7. «

   Медсестра открыла Знайкуда и с удивлением обнаружила Доктора и Роману – они терпеливо сидели рядышком на полу. Романа расположилась спиной к двери и занималась легкой аэробикой. Доктор баловался с йо-йо. На своем веку она повидала немало экстремальных состояний у пациентов Знайкуда, но безмятежность в их число не входила. — Разумеется, это никакая не машина пыток, – как раз говорила Романа, не замечая ничего вокруг себя. – — Как таковая – нет, – согласился Доктор, подхватывая игрушку. – Скорее, она просто делает подопытных более сговорчивыми. — Что в нашем случае – совершенно напрасная трата времени, – подтвердила Романа. – По двум причинам. Начать с того, что она на нас не действует. — И заканчивая тем, – подхватил Доктор, бодро вскакивая на ноги, – что мы и так полны готовности помогать.

   Медсестра открыла Знайкуда и с удивлением обнаружила Доктора и Роману – они терпеливо сидели рядышком на полу. Романа расположилась спиной к двери и занималась легкой аэробикой. Доктор баловался с йо-йо. На своем веку она повидала немало экстремальных состояний у пациентов Знайкуда, но безмятежность в их число не входила. — Разумеется, это никакая не машина пыток, – как раз говорила Романа, не замечая ничего вокруг себя. – — Как таковая – нет, – согласился Доктор, подхватывая игрушку. – Скорее, она просто делает подопытных более сговорчивыми. — Что в нашем случае – совершенно напрасная трата времени, – подтвердила Романа. – По двум причинам. Начать с того, что она на нас не действует. — И заканчивая тем, – подхватил Доктор, бодро вскакивая на ноги, – что мы и так полны готовности помогать.

   — Дуглас Адамс · книга
8. «

   Спокойные моменты всегда забываются.

   Спокойные моменты всегда забываются.

   — Пол Марс · книга
9. «

   — Одна из льгот рассказа от первого лица. Когда я была Алой Императрицей, я, разумеется, была всемогущественной, а от этого лишь один шаг до того, чтобы считать себя всеведущей

   — Одна из льгот рассказа от первого лица. Когда я была Алой Императрицей, я, разумеется, была всемогущественной, а от этого лишь один шаг до того, чтобы считать себя всеведущей

   — Пол Марс · книга
10. «

    Саблезубый тигр прыгнул и приземлился на липкой смоле. Его лапы начали проваливаться, а Доктор перенастроил отвертку, и поверхность снова начала застывать. Несколько секунд спустя тигр был пойман в ловушку. На его пушистых лапах было то, что мафия назвала бы ботинками гудронированного шоссе. Зверь неистово ревел. — А теперь? Мы же не станем и его забирать в Тардис? Мы стояли и смотрели на рассерженное животное. Я все еще была испугана. — Не думаю, что он пройдет через кошачью дверцу, — ответил доктор. – Держу пари…

    Саблезубый тигр прыгнул и приземлился на липкой смоле. Его лапы начали проваливаться, а Доктор перенастроил отвертку, и поверхность снова начала застывать. Несколько секунд спустя тигр был пойман в ловушку. На его пушистых лапах было то, что мафия назвала бы ботинками гудронированного шоссе. Зверь неистово ревел. — А теперь? Мы же не станем и его забирать в Тардис? Мы стояли и смотрели на рассерженное животное. Я все еще была испугана. — Не думаю, что он пройдет через кошачью дверцу, — ответил доктор. – Держу пари…

    — Жаклин Райнер · книга
11. «

    — Моя семья поколениями трудилась в этой организации. Я не дам вам уничтожить её изнутри. — Вам нужно успокоиться, Кейт. — Я глава ЮНИТа. И если вы не остановитесь, то я вас разоблачу. И без колебаний попрошу о помощи у того, с кем вам бы не хотелось ссориться. Вы меня поняли?

    — Моя семья поколениями трудилась в этой организации. Я не дам вам уничтожить её изнутри. — Вам нужно успокоиться, Кейт. — Я глава ЮНИТа. И если вы не остановитесь, то я вас разоблачу. И без колебаний попрошу о помощи у того, с кем вам бы не хотелось ссориться. Вы меня поняли?

    — Доктор · сериал
12. «

    — Я рад, что теперь вы видите моего господина в истинном свете. Жаль, что это осознание пришло к вам уже после смерти. — Ну да, – буркнул Доктор. – Так вот, вы слуга непогрешимого Скагры, значит, вы не могли допустить ошибку. Следовательно, я мертв. — Это логично. — И раз я мертв, значит, я больше не враг Скагре, верно? — Верно. — Тогда я могу отдавать тебе приказы. Пожалуйста, – Доктор скрестил все имеющиеся пальцы, – отпусти моих друзей. Воцарилась тишина. — Я их освобожу, – произнес наконец корабль.

    — Я рад, что теперь вы видите моего господина в истинном свете. Жаль, что это осознание пришло к вам уже после смерти. — Ну да, – буркнул Доктор. – Так вот, вы слуга непогрешимого Скагры, значит, вы не могли допустить ошибку. Следовательно, я мертв. — Это логично. — И раз я мертв, значит, я больше не враг Скагре, верно? — Верно. — Тогда я могу отдавать тебе приказы. Пожалуйста, – Доктор скрестил все имеющиеся пальцы, – отпусти моих друзей. Воцарилась тишина. — Я их освобожу, – произнес наконец корабль.

    — Гарет Робертс · книга
13. «

    Астронавтика — это чистый, ничем не запятнанный плод людского любопытства.

    Астронавтика — это чистый, ничем не запятнанный плод людского любопытства.

    — Станислав Лем · книга
14. «

    — Земля. Побережье. Девон? А год... 19... 49. — Мадам, что вы творите? — Сейчас 1967, это же всем известно. — Давно же вы носите это пальто...

    — Земля. Побережье. Девон? А год... 19... 49. — Мадам, что вы творите? — Сейчас 1967, это же всем известно. — Давно же вы носите это пальто...
15. «

    ― Сэр, пожалуйста, не обижайтесь, но вы когда-либо находились в какой-нибудь психбольнице? ― Недолгое время, ― сказал Доктор, не отводя взгляд от своих расчётов. ― Это был Бедлам. ― Вы имеете в виду, там была анархия? ― спросил Зелёный. ― Бедный хлам? Так Вам и удалось сбежать? ― Что? Нет. Она называлась Бедлам, ― сказал Доктор. ― Я провёл там свой отпуск. Хорошее местечко, когда привыкнешь к рёву и скрежету зубов. И каша там хорошая, если мне не изменяет память. Конечно, всё пошло ко дну к тому времени, когда я пришёл навестить Питера Стрита, сошедшего с ума во время проектирования театра «Глобус». ― Он закончил работу и откинулся назад, на его лице читался ужас. ― Одиннадцать часов.

    ― Сэр, пожалуйста, не обижайтесь, но вы когда-либо находились в какой-нибудь психбольнице? ― Недолгое время, ― сказал Доктор, не отводя взгляд от своих расчётов. ― Это был Бедлам. ― Вы имеете в виду, там была анархия? ― спросил Зелёный. ― Бедный хлам? Так Вам и удалось сбежать? ― Что? Нет. Она называлась Бедлам, ― сказал Доктор. ― Я провёл там свой отпуск. Хорошее местечко, когда привыкнешь к рёву и скрежету зубов. И каша там хорошая, если мне не изменяет память. Конечно, всё пошло ко дну к тому времени, когда я пришёл навестить Питера Стрита, сошедшего с ума во время проектирования театра «Глобус». ― Он закончил работу и откинулся назад, на его лице читался ужас. ― Одиннадцать часов.

    — Томми Донбаванд · книга
16. «

    — А у вас не найдётся маски, изображающей торжествующее самодовольство? – поинтересовался Доктор. — Ей бы она пошла, – согласилась Роза. Она сглотнула – в горле пересохло. Затем она увидела, куда смотрел Доктор – через плечо Мелиссы, в направлении Темзы. И увидела стоящую за окном фигуру, отчаянно толкающую створки окна вовнутрь. — Это не для неё, – сказал Доктор. – Была бы у вас маска торжествующего самодовольства, знаете... – он сделал паузу, и Фредди, наконец, удалось открыть окно, – я бы её у вас одолжил! Бежим, Роза!

    — А у вас не найдётся маски, изображающей торжествующее самодовольство? – поинтересовался Доктор. — Ей бы она пошла, – согласилась Роза. Она сглотнула – в горле пересохло. Затем она увидела, куда смотрел Доктор – через плечо Мелиссы, в направлении Темзы. И увидела стоящую за окном фигуру, отчаянно толкающую створки окна вовнутрь. — Это не для неё, – сказал Доктор. – Была бы у вас маска торжествующего самодовольства, знаете... – он сделал паузу, и Фредди, наконец, удалось открыть окно, – я бы её у вас одолжил! Бежим, Роза!

    — Джастин Ричардс · книга
17. «

    — Он был убит во время вторжения киберлюдей. Я был над Лондоном, полным Далеков. — Я была в Испании. — Они были и в Испании. — Занималась дайвингом.

    — Он был убит во время вторжения киберлюдей. Я был над Лондоном, полным Далеков. — Я была в Испании. — Они были и в Испании. — Занималась дайвингом.

    — Доктор · сериал
18. «

    — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

    — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

    — Гэри Рассел · книга
19. «

    — На этой планете, — сказал Хила, — его бы считали великим добрым визирем, Доктора твоего. Дождаться комплимента из уст человека-аллигатора было редкостью. — Да, пожалуй ты прав. — Добрые визири тут долго не живут, — резко сказал Хила. — Это грубый мир. Ты сама видела.

    — На этой планете, — сказал Хила, — его бы считали великим добрым визирем, Доктора твоего. Дождаться комплимента из уст человека-аллигатора было редкостью. — Да, пожалуй ты прав. — Добрые визири тут долго не живут, — резко сказал Хила. — Это грубый мир. Ты сама видела.

    — Пол Марс · книга
20. «

    — Что с ними происходит? Так будет, если Капитан на них полетит? — О нет, – всхлипнул Доктор. – Все это уже случилось. Это планеты, которые я не сумел спасти. Кимус смотрел, как миры один за другим поглощала тьма. Доктор, веселый герой, молчал рядом с ним. — Ох, – сказал Кимус. Его уверенность в Докторе дала трещину. — Я очень старался, – прошептал Доктор. – Я всегда стараюсь. Но у меня далеко не всегда получается.

    — Что с ними происходит? Так будет, если Капитан на них полетит? — О нет, – всхлипнул Доктор. – Все это уже случилось. Это планеты, которые я не сумел спасти. Кимус смотрел, как миры один за другим поглощала тьма. Доктор, веселый герой, молчал рядом с ним. — Ох, – сказал Кимус. Его уверенность в Докторе дала трещину. — Я очень старался, – прошептал Доктор. – Я всегда стараюсь. Но у меня далеко не всегда получается.

    — Дуглас Адамс · книга