436 цитат персонажа «Доктор»

Собрали 436 цитат персонажа «Доктор» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Посмотри снова, может, ты пропустил, — сказала Марта, ползая по полу (вдруг управление детонатором где-то внизу). — Я ничего не пропускаю, — ответил Доктор. – Хорошо, не пропускаю такие вещи. Дни рождения – да, я ужасен. Носки! Я всегда теряю носки. Никогда не бывает слишком много носков. Если ты когда-нибудь будешь думать, что подарить мне на Рождество, носки – вот что я бы предложил. Удаленные средства управления активации бомбы – это другое. Если они здесь, я их нахожу.

   — Посмотри снова, может, ты пропустил, — сказала Марта, ползая по полу (вдруг управление детонатором где-то внизу). — Я ничего не пропускаю, — ответил Доктор. – Хорошо, не пропускаю такие вещи. Дни рождения – да, я ужасен. Носки! Я всегда теряю носки. Никогда не бывает слишком много носков. Если ты когда-нибудь будешь думать, что подарить мне на Рождество, носки – вот что я бы предложил. Удаленные средства управления активации бомбы – это другое. Если они здесь, я их нахожу.

   — Жаклин Райнер · книга
2. «

   Он направил отвёртку на собаку Тесс. ― Очень умно, Доктор! ― зарычала Тесс. Глаза Бенджи расширились в изумлении. ― Моя собака говорит! Доктор кивнул. ― Однажды у меня была собака, которая умела так. Ты удивишься, как быстро изнашивается новшество. ― Он продолжил целиться звуковой отвёрткой на Тесс.

   Он направил отвёртку на собаку Тесс. ― Очень умно, Доктор! ― зарычала Тесс. Глаза Бенджи расширились в изумлении. ― Моя собака говорит! Доктор кивнул. ― Однажды у меня была собака, которая умела так. Ты удивишься, как быстро изнашивается новшество. ― Он продолжил целиться звуковой отвёрткой на Тесс.

   — Томми Донбаванд · книга
3. «

   — Если я скажу вам, что мы не воры,– сказал Буни, – вы замолкните? — Возможно, – осторожно ответил Доктор. — Хотя, конечно, может появиться ещё больше вопросов. А вот что я люблю, так это вопросы. Лучше, конечно, ответы, но для начала и вопросы сойдут.

   — Если я скажу вам, что мы не воры,– сказал Буни, – вы замолкните? — Возможно, – осторожно ответил Доктор. — Хотя, конечно, может появиться ещё больше вопросов. А вот что я люблю, так это вопросы. Лучше, конечно, ответы, но для начала и вопросы сойдут.

   — Марк Михаловски · книга
4. «

   — Ладно. Хорошо. Понял. В библиотеке была дама, довольно милая… — Ну, ты и кобель, Рори, а я думал, ты верен одной женщине! — Ей было 60, Доктор. — Ох, прости, продолжайте, медбрат.

   — Ладно. Хорошо. Понял. В библиотеке была дама, довольно милая… — Ну, ты и кобель, Рори, а я думал, ты верен одной женщине! — Ей было 60, Доктор. — Ох, прости, продолжайте, медбрат.

   — Гэри Рассел · книга
5. «

   ― Рядовой Райт, сэр, ― ответил молодой человек. ― Хорошо, рядовой Райт, ― немедленно сказал Доктор. ― Вот в чём загвоздка. Тебе необходимо пропустить нас через свою баррикаду. От этого может зависеть будущее всей человеческой расы. ― Боюсь, это абсолютно невозможно, сэр. Я всего лишь выполняю свою работу. ― Да, и, к сожалению, ты прекрасно с ней справляешься, ― вздохнул Доктор.

   ― Рядовой Райт, сэр, ― ответил молодой человек. ― Хорошо, рядовой Райт, ― немедленно сказал Доктор. ― Вот в чём загвоздка. Тебе необходимо пропустить нас через свою баррикаду. От этого может зависеть будущее всей человеческой расы. ― Боюсь, это абсолютно невозможно, сэр. Я всего лишь выполняю свою работу. ― Да, и, к сожалению, ты прекрасно с ней справляешься, ― вздохнул Доктор.

   — Томми Донбаванд · книга
6. «

   ТАРДИС! Он увидел ее белые очертания на горизонте. Доктор понял, что кричит. Страх? Паника? Или боль от утраты его друга Раллона? Его ошибка. Раллон был мертв, и это была его ошибка. А как же Милленния? Возможно, если бы он смог сбежать из сферы Игрушечника, сбежать из этого причудливого измерения, где не было ничего логичного, она вернулась бы к прежнему виду. Да, так и должно быть! Он подбежал к ТАРДИС, откыл дверь и направился к консоли. Дом. Даже не глядя, он установил место прибытия — Галлифрей — и замер, услышав знакомые звуки исчезающей ТАРДИС. На сканере виднелась пространственно-временная воронка. — Я сделал это, — прошептал он. — Я… мы сделали это, Милленния. Мы свободны. Он посмотрел на шар. Тот был пуст — просто несколько капель жидкости да пара снежинок. Без миниатюрного Капитолия. Без Милленнии. И со всех сторон в ТАРДИС послышался ненавистный смех Игрушечника.

   ТАРДИС! Он увидел ее белые очертания на горизонте. Доктор понял, что кричит. Страх? Паника? Или боль от утраты его друга Раллона? Его ошибка. Раллон был мертв, и это была его ошибка. А как же Милленния? Возможно, если бы он смог сбежать из сферы Игрушечника, сбежать из этого причудливого измерения, где не было ничего логичного, она вернулась бы к прежнему виду. Да, так и должно быть! Он подбежал к ТАРДИС, откыл дверь и направился к консоли. Дом. Даже не глядя, он установил место прибытия — Галлифрей — и замер, услышав знакомые звуки исчезающей ТАРДИС. На сканере виднелась пространственно-временная воронка. — Я сделал это, — прошептал он. — Я… мы сделали это, Милленния. Мы свободны. Он посмотрел на шар. Тот был пуст — просто несколько капель жидкости да пара снежинок. Без миниатюрного Капитолия. Без Милленнии. И со всех сторон в ТАРДИС послышался ненавистный смех Игрушечника.

   — Гэри Рассел · книга
7. «

   ― Что ты делаешь? ― закричала она, отталкивая его руки. Доктор смутился на мгновение. ― Я спасал тебя. ― Ты зашёл в мой разум? ― Да. Чтобы спасти тебя. ― Ты зашёл в мой разум без моего разрешения? ― И вновь, кажется, ты пропустила часть «Я спас тебя». ― Больше никогда так не делай! ― Что? Не спасать? ― Нет. Не заходить туда без моего разрешения. Доктор нервно потеребил свою бабочку. ― Хорошо, ― сказал он. ― Если тебе, конечно, не абсолютно необходимо это, чтобы спасти меня, ― сказала Клара.

   ― Что ты делаешь? ― закричала она, отталкивая его руки. Доктор смутился на мгновение. ― Я спасал тебя. ― Ты зашёл в мой разум? ― Да. Чтобы спасти тебя. ― Ты зашёл в мой разум без моего разрешения? ― И вновь, кажется, ты пропустила часть «Я спас тебя». ― Больше никогда так не делай! ― Что? Не спасать? ― Нет. Не заходить туда без моего разрешения. Доктор нервно потеребил свою бабочку. ― Хорошо, ― сказал он. ― Если тебе, конечно, не абсолютно необходимо это, чтобы спасти меня, ― сказала Клара.

   — Томми Донбаванд · книга
8. «

   Время — лучший лекарь. Я знаю, что это избитая фраза, но тем не менее это правда.

   Время — лучший лекарь. Я знаю, что это избитая фраза, но тем не менее это правда.

   — Джоджо Мойес · книга
9. «

   — Что же, очень любезно с вашей стороны взорваться, но мы ведь тут все вместе, правда? — Вместе? – беспокойно пропищал Уейоу. — Вместе, – твёрдо сказал Доктор. Он посмотрел сквозь окно на Донну. — Донна, ты готова спасти мир в галактике, разорвавшись на кусочки? — О, да, – небрежным тоном ответила она. — Всегда готова. Прямо как повторение Помпей, да? — Ну, так давайте, – вновь улыбнувшись, сказала Лайен.

   — Что же, очень любезно с вашей стороны взорваться, но мы ведь тут все вместе, правда? — Вместе? – беспокойно пропищал Уейоу. — Вместе, – твёрдо сказал Доктор. Он посмотрел сквозь окно на Донну. — Донна, ты готова спасти мир в галактике, разорвавшись на кусочки? — О, да, – небрежным тоном ответила она. — Всегда готова. Прямо как повторение Помпей, да? — Ну, так давайте, – вновь улыбнувшись, сказала Лайен.

   — Марк Михаловски · книга
10. «

    Детям нужны отцы.

    Детям нужны отцы.

    — Чарлз Тодд · книга
11. «

    — Доктор, — сказал Крис. — Ты замечательный. — Знаю, знаю, — ответил он с улыбкой. — И если бы я не существовал, меня стоило бы придумать.

    — Доктор, — сказал Крис. — Ты замечательный. — Знаю, знаю, — ответил он с улыбкой. — И если бы я не существовал, меня стоило бы придумать.

    — Марк Платт · книга
12. «

    Кстати, о лыжах. В данный момент Доктор бешеным слаломом несся… правда, не вниз по горе, а, скорее, сквозь нее. Сами лыжи были поспешно вычеркнуты из списка «надо попробовать». И хотя логика убеждала его, что в безынерционном коридоре все просто не может не быть хорошо, инстинкты хором вопили, что пора сворачиваться в комок и выть в голос. Доктор уже сменил свое обычное хладнокровие на куда менее величественную манеру – он вполне лыжно пригнулся и закрыл лицо руками. Теперь настал его черед беспокоиться, тем более, что наука ничего утешительного предложить не могла: на такой скорости и при отсутствии очень большой и мягкой сетки на том конце коридора, из него получится довольно богемное, но все равно пюре. И пока стены смазанным потоком проносились назад, Доктор принес торжественную клятву: «Я никогда, никогда больше не буду жесток к электронам в ускорителе элементарных частиц!»

    Кстати, о лыжах. В данный момент Доктор бешеным слаломом несся… правда, не вниз по горе, а, скорее, сквозь нее. Сами лыжи были поспешно вычеркнуты из списка «надо попробовать». И хотя логика убеждала его, что в безынерционном коридоре все просто не может не быть хорошо, инстинкты хором вопили, что пора сворачиваться в комок и выть в голос. Доктор уже сменил свое обычное хладнокровие на куда менее величественную манеру – он вполне лыжно пригнулся и закрыл лицо руками. Теперь настал его черед беспокоиться, тем более, что наука ничего утешительного предложить не могла: на такой скорости и при отсутствии очень большой и мягкой сетки на том конце коридора, из него получится довольно богемное, но все равно пюре. И пока стены смазанным потоком проносились назад, Доктор принес торжественную клятву: «Я никогда, никогда больше не буду жесток к электронам в ускорителе элементарных частиц!»

    — Дуглас Адамс · книга
13. «

    — Впечатляющая демонстрация, — признал Хедин. — Но действительно ли им необходимо было так много кораблей? — Они пытаются произвести на нас впечатление, — хихикнул Магистрат. — Это должно быть демонстрацией их силы. Хедин отвернулся от него и снова всмотрелся в бесконечность. — Ну что вы... Это, конечно, весьма эффектно, но... — Этим они выдали свою неуверенность, — вмешался женский голос.

    — Впечатляющая демонстрация, — признал Хедин. — Но действительно ли им необходимо было так много кораблей? — Они пытаются произвести на нас впечатление, — хихикнул Магистрат. — Это должно быть демонстрацией их силы. Хедин отвернулся от него и снова всмотрелся в бесконечность. — Ну что вы... Это, конечно, весьма эффектно, но... — Этим они выдали свою неуверенность, — вмешался женский голос.

    — Лэнс Паркин · книга
14. «

    — Вы слишком наивны, Доктор. Наивны и ограниченны. Подчинить себе Вселенную? Это ребячество. Кому и зачем может понадобиться целая Вселенная? Доктор, казалось, удивился такому отпору, но продолжал гнуть свою линию. — Именно это я и пытаюсь объяснить окружающим. Вселенная – это одна большая головная боль, ни один человек в здравом уме не захочет ее подчинять. Ее даже продать нельзя, потому что кто купит такую махину…

    — Вы слишком наивны, Доктор. Наивны и ограниченны. Подчинить себе Вселенную? Это ребячество. Кому и зачем может понадобиться целая Вселенная? Доктор, казалось, удивился такому отпору, но продолжал гнуть свою линию. — Именно это я и пытаюсь объяснить окружающим. Вселенная – это одна большая головная боль, ни один человек в здравом уме не захочет ее подчинять. Ее даже продать нельзя, потому что кто купит такую махину…

    — Гарет Робертс · книга
15. «

    — Как акулы делают детей? — Осторожно?

    — Как акулы делают детей? — Осторожно?

    — Доктор · сериал
16. «

    Русская провинция везде довольно одинакова. Одно только там ни на что не похоже – сама Волга. С ранней весны и до зимы она всегда и всюду необыкновенна, во всякую погоду и что днем, что ночью.

    Русская провинция везде довольно одинакова. Одно только там ни на что не похоже – сама Волга. С ранней весны и до зимы она всегда и всюду необыкновенна, во всякую погоду и что днем, что ночью.

    — Иван Алексеевич Бунин · книга
17. «

    ― ТАРДИС! ― расплылся в улыбке Доктор, выпятив грудь. ― Временные и относительные измерения в пространстве. Разве она не прелесть? ― Это космический корабль, ― пояснила Клара, взглянув на него. ― И машина времени ― два в одном. Однако в настоящий момент это не машина времени. Он думает, я заставила ТАРДИС плакать, так что эта половина сейчас не работает. ― Но она всё ещё может перемещаться в пространстве! ― отметил Доктор. Мэй нервно перевела взгляд с Доктора на Клару и обратно. ― Вы не работаете в больнице, да? ― спросила она, отходя назад. ― Вы сами из больницы. Психиатрии! Поэтому я не могу понять ни слова из вашего разговора!

    ― ТАРДИС! ― расплылся в улыбке Доктор, выпятив грудь. ― Временные и относительные измерения в пространстве. Разве она не прелесть? ― Это космический корабль, ― пояснила Клара, взглянув на него. ― И машина времени ― два в одном. Однако в настоящий момент это не машина времени. Он думает, я заставила ТАРДИС плакать, так что эта половина сейчас не работает. ― Но она всё ещё может перемещаться в пространстве! ― отметил Доктор. Мэй нервно перевела взгляд с Доктора на Клару и обратно. ― Вы не работаете в больнице, да? ― спросила она, отходя назад. ― Вы сами из больницы. Психиатрии! Поэтому я не могу понять ни слова из вашего разговора!

    — Томми Донбаванд · книга
18. «

    — Что произошло? Между тобой и Эми? Ты же сказал, она тебя поцеловала. — Выбрал время! Ты хочешь обсудить это СЕЙЧАС?! — Я имею право знать. Я женюсь через 430 лет. — Ей было страшно, мне было страшно, мы это все пережили, и от радости она меня поцеловала. — И ты поцеловал её в ответ? — Нет. Я поцеловал её в рот. — Остряк!

    — Что произошло? Между тобой и Эми? Ты же сказал, она тебя поцеловала. — Выбрал время! Ты хочешь обсудить это СЕЙЧАС?! — Я имею право знать. Я женюсь через 430 лет. — Ей было страшно, мне было страшно, мы это все пережили, и от радости она меня поцеловала. — И ты поцеловал её в ответ? — Нет. Я поцеловал её в рот. — Остряк!

    — Доктор · сериал
19. «

    — Шесть столетий назад на Лобос пришли первые человеческие поселенцы и начали обучать местных дикарей и помогать им. Лобосцы жили как дикие животные и сначала оказывали сильное сопротивление человеческому правлению, но потом нам явился Великий Доктор и благословил людей и лобосцев мудростью своей и бесконечной любовью. Доктор вскинула бровь. – И эта бесконечная любовь привела к тому, что лобосцы попали в рабство? Микадос очень удивился ее вопросу. — Да. — Это, простите, каким образом? — Считается, что Доктор, покидая Лобос, сказал напоследок, что лобосцы лучшие друзья человека. Лобосцы ведь произошли от домашних собак, верно? Для них самое большое удовольствие преданно служить своим хозяевам. Доктор бросила взгляд на побледневшего Грэма. — Я и правда так сказал... — Да бросьте! Доктор убрала ноги со стола. — Нужно быть полным болваном, чтобы воспринять такие слова буквально. — Значит, одной фразой мы поработили половину населения? Микадос покачал головой. — Лобосцы составляют только пятую часть населения.

    — Шесть столетий назад на Лобос пришли первые человеческие поселенцы и начали обучать местных дикарей и помогать им. Лобосцы жили как дикие животные и сначала оказывали сильное сопротивление человеческому правлению, но потом нам явился Великий Доктор и благословил людей и лобосцев мудростью своей и бесконечной любовью. Доктор вскинула бровь. – И эта бесконечная любовь привела к тому, что лобосцы попали в рабство? Микадос очень удивился ее вопросу. — Да. — Это, простите, каким образом? — Считается, что Доктор, покидая Лобос, сказал напоследок, что лобосцы лучшие друзья человека. Лобосцы ведь произошли от домашних собак, верно? Для них самое большое удовольствие преданно служить своим хозяевам. Доктор бросила взгляд на побледневшего Грэма. — Я и правда так сказал... — Да бросьте! Доктор убрала ноги со стола. — Нужно быть полным болваном, чтобы воспринять такие слова буквально. — Значит, одной фразой мы поработили половину населения? Микадос покачал головой. — Лобосцы составляют только пятую часть населения.

    — Джуно Доусон · книга
20. «

    — Слушай меня, Карваниста. Если думаешь, что победил в этой стычке, ты глубоко ошибаешься. Не смей даже думать, будто взял над нами верх. Правильно, Яз? — О, да. — В самом деле? А я вижу, что вы в наручниках и прикованы к гравитационной штанге. А через 79 секунд вас сбросят в кислотный океан прямо под вами. Ваши тела растворятся в нём в один миг. Но даже если вы выживете, а это вряд ли, через четыре минуты всю планету поглотит огромное красное солнце. А если попытаетесь сбежать, мои дискорезы покрошат вас на куски.

    — Слушай меня, Карваниста. Если думаешь, что победил в этой стычке, ты глубоко ошибаешься. Не смей даже думать, будто взял над нами верх. Правильно, Яз? — О, да. — В самом деле? А я вижу, что вы в наручниках и прикованы к гравитационной штанге. А через 79 секунд вас сбросят в кислотный океан прямо под вами. Ваши тела растворятся в нём в один миг. Но даже если вы выживете, а это вряд ли, через четыре минуты всю планету поглотит огромное красное солнце. А если попытаетесь сбежать, мои дискорезы покрошат вас на куски.

    — Доктор · сериал