44 цитаты персонажа «Гамлет» — коротко и по делу

Собрали 44 цитаты персонажа «Гамлет» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ты видишь, суетливость не к добру.

   Ты видишь, суетливость не к добру.

   — Гамлет (1964) · фильм
2. «

   Если обходиться с каждым по заслугам, кто уйдет без порки?

   Если обходиться с каждым по заслугам, кто уйдет без порки?

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   О, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   Увы, бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Человек бесконечно остроумный, чудеснейший выдумщик. Он тысячу раз носил меня на спине. А теперь как отвратительно мне это себе представить. У меня к горлу подступает при одной мысли... Здесь были эти губы, которые я целовал сам не знаю сколько раз. Где теперь твои шутки, твои дурачества, твои песни? Твои вспышки веселья, от которых всякий раз хохотал весь стол?

   Увы, бедный Йорик! Я знал его, Горацио. Человек бесконечно остроумный, чудеснейший выдумщик. Он тысячу раз носил меня на спине. А теперь как отвратительно мне это себе представить. У меня к горлу подступает при одной мысли... Здесь были эти губы, которые я целовал сам не знаю сколько раз. Где теперь твои шутки, твои дурачества, твои песни? Твои вспышки веселья, от которых всякий раз хохотал весь стол?

   — Гамлет (Hamlet) (1948) · фильм
5. «

   — Так вы порядочная девушка? — Милорд! — И хороши собой? — Что разумеет ваша милость? — То, что если вы порядочны и хороши собой, вашей порядочности нечего делать с вашей красотой. — Ну разве для красоты не лучшая спутница порядочность? — Ну конечно, и скорей красота стащит порядочность в омут, нежели порядочность исправит красоту.

   — Так вы порядочная девушка? — Милорд! — И хороши собой? — Что разумеет ваша милость? — То, что если вы порядочны и хороши собой, вашей порядочности нечего делать с вашей красотой. — Ну разве для красоты не лучшая спутница порядочность? — Ну конечно, и скорей красота стащит порядочность в омут, нежели порядочность исправит красоту.

   — Гамлет · фильм
6. «

   Быть честным — по нашим временам значит быть единственным из десяти тысяч.

   Быть честным — по нашим временам значит быть единственным из десяти тысяч.

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   Он, как и многие, того же разбора, в которых влюблен пустой век, поймали только наружность разговора, род шипучего газа, вылетающего посреди глупейших суждений, а коснись их для опыта — и пузыри исчезли.

   Он, как и многие, того же разбора, в которых влюблен пустой век, поймали только наружность разговора, род шипучего газа, вылетающего посреди глупейших суждений, а коснись их для опыта — и пузыри исчезли.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Ступай в монастырь. Зачем рождать на свет грешников? Я сам, пополам с грехом, человек добродетельный, однако могу обвинять себя в таких вещах, что лучше бы мне на свет не родиться. Я горд, я мстителен, честолюбив. К моим услугам столько грехов, что я не могу и уместить их в уме, не могу дать им образа в воображении, не имею времени их исполнить. К чему таким тварям, как я, ползать между небом и землею? Мы обманщики все до одного. Не верь никому из нас. Иди лучше в монастырь.

   Ступай в монастырь. Зачем рождать на свет грешников? Я сам, пополам с грехом, человек добродетельный, однако могу обвинять себя в таких вещах, что лучше бы мне на свет не родиться. Я горд, я мстителен, честолюбив. К моим услугам столько грехов, что я не могу и уместить их в уме, не могу дать им образа в воображении, не имею времени их исполнить. К чему таким тварям, как я, ползать между небом и землею? Мы обманщики все до одного. Не верь никому из нас. Иди лучше в монастырь.

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   Гамлет

   Гамлет

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    Судьба любовью иль любовь судьбой? Ты в силе – и друзей хоть отбавляй, Ты в горе – и приятели прощай. Но кончу тем, откуда начал речь: Не может жизнь по нашей воле течь. Мы, может статься, лучшего хотим, Но ход событий не предвосхитим. Так и боязнь второго сватовства Жива у вас до первого вдовства.

    Судьба любовью иль любовь судьбой? Ты в силе – и друзей хоть отбавляй, Ты в горе – и приятели прощай. Но кончу тем, откуда начал речь: Не может жизнь по нашей воле течь. Мы, может статься, лучшего хотим, Но ход событий не предвосхитим. Так и боязнь второго сватовства Жива у вас до первого вдовства.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    А впрочем, что ж, на свете нет чудес: Как волка ни корми, он смотрит в лес.

    А впрочем, что ж, на свете нет чудес: Как волка ни корми, он смотрит в лес.

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    О том, как вы краситесь, я тоже достаточно наслышался. Бог вам дал одно лицо, а вы сами малюете себе другое. Вы подтанцовываете, вы семените ножками, вы лепечете, вы божьим созданьям даете прозвища и свою похотливость выдаете за невидение.

    О том, как вы краситесь, я тоже достаточно наслышался. Бог вам дал одно лицо, а вы сами малюете себе другое. Вы подтанцовываете, вы семените ножками, вы лепечете, вы божьим созданьям даете прозвища и свою похотливость выдаете за невидение.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    Скажи, на что готов ты? Плакать? Драться? Постить? Терзать себя? Пить острый яд? Я то же сделаю. Ты выть пришел? Ты мне назло спрыгнул в ее могилу? Ты хочешь с ней зарытым быть? Я тоже. Ты говоришь о высях гор? Так пусть же На нас навалят миллион холмов. Чтоб их глава страны огня коснулась И Осса перед ним была б песчинкой!

    Скажи, на что готов ты? Плакать? Драться? Постить? Терзать себя? Пить острый яд? Я то же сделаю. Ты выть пришел? Ты мне назло спрыгнул в ее могилу? Ты хочешь с ней зарытым быть? Я тоже. Ты говоришь о высях гор? Так пусть же На нас навалят миллион холмов. Чтоб их глава страны огня коснулась И Осса перед ним была б песчинкой!

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    О, женщины, вам имя — вероломство!

    О, женщины, вам имя — вероломство!

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Мы откармливаем животных, чтобы откормить себя, а себя для червей. Жирный король и тощий бедняк — только различные кушанья, два блюда для одного стола. Этим все кончается. Дело возможное — удить червяком, который ел короля, и скушать потом рыбу, проглотившую червяка.

    Мы откармливаем животных, чтобы откормить себя, а себя для червей. Жирный король и тощий бедняк — только различные кушанья, два блюда для одного стола. Этим все кончается. Дело возможное — удить червяком, который ел короля, и скушать потом рыбу, проглотившую червяка.

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    Её любил я; сорок тысяч братьев Всем множеством своей любви со мною Не уравнялись бы.

    Её любил я; сорок тысяч братьев Всем множеством своей любви со мною Не уравнялись бы.

    — Уильям Шекспир · книга
17. «

    Даже такое божество, как солнце, плодит червей, лаская лучами падаль.

    Даже такое божество, как солнце, плодит червей, лаская лучами падаль.

    — Уильям Шекспир · книга
18. «

    Убийство выдаёт себя без слов Хоть и молчит.

    Убийство выдаёт себя без слов Хоть и молчит.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног.

    Прекрасная мысль — лежать между девичьих ног.

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Быть иль не быть — вот в чем вопрос.

    Быть иль не быть — вот в чем вопрос.

    — Уильям Шекспир · книга