145 цитат персонажа «Макс» — читать онлайн

Ниже 145 цитат персонажа «Макс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Тот низринут с высоты небесной, Кто позабыть о времени не смеет!

   Тот низринут с высоты небесной, Кто позабыть о времени не смеет!

   — Фридрих Шиллер · книга
2. «

   — Слав... Слав... случилось что? Слав, ну да? — Макс, ну... — Слава, ну да? — Макс, иди нафиг... — Слав, ну да? — Да, да, да! — О нет! — Ой, молодец....

   — Слав... Слав... случилось что? Слав, ну да? — Макс, ну... — Слава, ну да? — Макс, иди нафиг... — Слав, ну да? — Да, да, да! — О нет! — Ой, молодец....

   — Лёша · фильм
3. «

   — Славное все же занятие — игра. <...> Особенно в пути.

   — Славное все же занятие — игра. <...> Особенно в пути.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   Когда человек крепко спит, господство над миром захватывают призраки и демоны, они оживляют кошмары.

   Когда человек крепко спит, господство над миром захватывают призраки и демоны, они оживляют кошмары.

   — Елена Усачева · книга
5. «

   ... не хочу сам себе надоесть. Я уже пробовал, у меня получилось. И не очень понравилось.

   ... не хочу сам себе надоесть. Я уже пробовал, у меня получилось. И не очень понравилось.

   — Макс Фрай · книга
6. «

   Раздеться догола в общественном месте – ещё куда ни шло, а вот обнародовать тот факт, что хорошие стихи иногда задевают некие тайные струнки в моей смешной душе, – это, как мне кажется, слишком!

   Раздеться догола в общественном месте – ещё куда ни шло, а вот обнародовать тот факт, что хорошие стихи иногда задевают некие тайные струнки в моей смешной душе, – это, как мне кажется, слишком!

   — Макс Фрай · книга
7. «

   — ... Знаешь, есть две вещи, которые могут здорово помочь в такой ситуации. – Какие? – Меламори смотрела на меня, открыв рот. Кажется, моя откровенность здорово ее огорошила. – Во-первых, собственное ослиное упрямство. Чего только не сделаешь назло… Неважно кому или чему, лишь бы назло! А у тебя этого самого упрямства побольше, чем у меня, будь уверена! – Может быть! – Обрадовалась Меламори. – А что во-вторых? – А во-вторых – судьба, – я смущенно пожал плечами. – Звучит немного высокопарно, да? Но когда у судьбы имеются на наш счет какие-то планы, она находит средства заставить нас действовать в соответствии с ее сценарием. Если тебе зачем-то нужно уехать в Арварох, судьба будет настойчиво подбрасывать тебе эту возможность раз за разом, пока ты не поступишь так, как она хочет. И еще эта злодейка имеет привычку сгущать тучи на нашем личном небе, когда мы сопротивляемся ее уговорам. Видишь, ты всего один раз отказалась поступать так, как она считает нужным, и твоя жизнь уже стала гораздо менее приятной, чем прежде… Судьба умеет уговаривать. А в тех редких случаях, когда ей это не удается, она просто убивает ослушника… Там, где я родился, говорят: «Судьбы ведут того, кто хочет, и влачат того, кто не хочет». Так оно и есть. Только влачат они зачастую уже бездыханную тушу дурака, упустившего свой единственный шанс…

   — ... Знаешь, есть две вещи, которые могут здорово помочь в такой ситуации. – Какие? – Меламори смотрела на меня, открыв рот. Кажется, моя откровенность здорово ее огорошила. – Во-первых, собственное ослиное упрямство. Чего только не сделаешь назло… Неважно кому или чему, лишь бы назло! А у тебя этого самого упрямства побольше, чем у меня, будь уверена! – Может быть! – Обрадовалась Меламори. – А что во-вторых? – А во-вторых – судьба, – я смущенно пожал плечами. – Звучит немного высокопарно, да? Но когда у судьбы имеются на наш счет какие-то планы, она находит средства заставить нас действовать в соответствии с ее сценарием. Если тебе зачем-то нужно уехать в Арварох, судьба будет настойчиво подбрасывать тебе эту возможность раз за разом, пока ты не поступишь так, как она хочет. И еще эта злодейка имеет привычку сгущать тучи на нашем личном небе, когда мы сопротивляемся ее уговорам. Видишь, ты всего один раз отказалась поступать так, как она считает нужным, и твоя жизнь уже стала гораздо менее приятной, чем прежде… Судьба умеет уговаривать. А в тех редких случаях, когда ей это не удается, она просто убивает ослушника… Там, где я родился, говорят: «Судьбы ведут того, кто хочет, и влачат того, кто не хочет». Так оно и есть. Только влачат они зачастую уже бездыханную тушу дурака, упустившего свой единственный шанс…

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Вампиризм не наделяет человека новыми талантами, он только углубляет то, что уже есть.

   Вампиризм не наделяет человека новыми талантами, он только углубляет то, что уже есть.

   — Елена Усачева · книга
9. «

   — Она говорила, что вы консультант, верно? — Да, по маркетингу и повышению спроса на продукт. — Я в этом не разбираюсь. — Не вы один, поэтому у меня такие большие гонорары.

   — Она говорила, что вы консультант, верно? — Да, по маркетингу и повышению спроса на продукт. — Я в этом не разбираюсь. — Не вы один, поэтому у меня такие большие гонорары.

   — Макс · фильм
10. «

    Только перестав быть собой, получаешь шанс обнаружить себя. Хорошо, если это происходит внезапно — тем сильнее эффект, ощутимей встряска. Мне не раз доводилось слышать от сведущих, как я сейчас понимаю, людей, что наша личность — маска, карнавальный костюм. Поначалу я радовался красоте метафоры, потом отмахивался от этой идеи как от докучливой банальности. А казалось, что это сухая констатация факта, более-менее точное описание подлинного положения вещей, даже в каком-то смысле инструкция. Я понял это сегодня на улице, когда разнашивал чужую личность, как новые башмаки. И это любопытно. Такого человека, каким я привык быть, нет и в помине, однако же наблюдаю за произошедшими переменами именно я. Только эта моя составляющая — назовем ее Наблюдатель — имеет вес и смысл, все остальное — набор карнавальных костюмов. И вольно же мне было довольствоваться до сих пор единственной сменой одежды. Какая потрясающая скупость, какая недальновидность!

    Только перестав быть собой, получаешь шанс обнаружить себя. Хорошо, если это происходит внезапно — тем сильнее эффект, ощутимей встряска. Мне не раз доводилось слышать от сведущих, как я сейчас понимаю, людей, что наша личность — маска, карнавальный костюм. Поначалу я радовался красоте метафоры, потом отмахивался от этой идеи как от докучливой банальности. А казалось, что это сухая констатация факта, более-менее точное описание подлинного положения вещей, даже в каком-то смысле инструкция. Я понял это сегодня на улице, когда разнашивал чужую личность, как новые башмаки. И это любопытно. Такого человека, каким я привык быть, нет и в помине, однако же наблюдаю за произошедшими переменами именно я. Только эта моя составляющая — назовем ее Наблюдатель — имеет вес и смысл, все остальное — набор карнавальных костюмов. И вольно же мне было довольствоваться до сих пор единственной сменой одежды. Какая потрясающая скупость, какая недальновидность!

    — Макс Фрай · книга
11. «

    — Макс, ты не представляешь, что я сейчас видела на вокзале! — Ну? — Да ты сядь. Сидишь? — Ну! — В общем сейчас, на вокзале я видела... — Ну-у! — Тебя! Вылитого тебя! — Ух ты! Красивого, загорелого и в шортах, с дорогим чемоданом? — Да нет, вообще-то... Грязного, в облезлой шубе и с этими... с бутылками. Но это был вылитый ты!

    — Макс, ты не представляешь, что я сейчас видела на вокзале! — Ну? — Да ты сядь. Сидишь? — Ну! — В общем сейчас, на вокзале я видела... — Ну-у! — Тебя! Вылитого тебя! — Ух ты! Красивого, загорелого и в шортах, с дорогим чемоданом? — Да нет, вообще-то... Грязного, в облезлой шубе и с этими... с бутылками. Но это был вылитый ты!

    — Макс · мультфильм
12. «

    Хамы немного похожи на наваждения: если не уделять им внимания, они быстро тускнеют, а иногда даже исчезают – по крайней мере, из твоей жизни…

    Хамы немного похожи на наваждения: если не уделять им внимания, они быстро тускнеют, а иногда даже исчезают – по крайней мере, из твоей жизни…

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Разум просто обязан нести милосердие.

    Разум просто обязан нести милосердие.

    — Олег Рой · книга
14. «

    Он мне чертовски понравился, а это означало, что в его присутствии я буду выпендриваться и распускать хвост: любой ценой.

    Он мне чертовски понравился, а это означало, что в его присутствии я буду выпендриваться и распускать хвост: любой ценой.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    И не надо никому ничего рассказывать: тебе все равно не поверят, а чужие сомнения всегда мешают любой магии.

    И не надо никому ничего рассказывать: тебе все равно не поверят, а чужие сомнения всегда мешают любой магии.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    ...и вообще я пребывал в удивительно благодушном настроении. Из меня верёвки можно было вить, из верёвок плести макраме, а результат работ подвешивать к люстре какой-нибудь трёхрожковой, и я висел бы как миленький и не квакал.

    ...и вообще я пребывал в удивительно благодушном настроении. Из меня верёвки можно было вить, из верёвок плести макраме, а результат работ подвешивать к люстре какой-нибудь трёхрожковой, и я висел бы как миленький и не квакал.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Вадим обхватил ладонью подбородок и задумался. Ну, это у него привычка такая, еще с института. На ладони, тогда, было что-нибудь написано, типа шпаргалки, и это позволяло Вадику подглядывать и вспоминать нужные данные. Правда, один раз ладонь вспотела. Уж очень важный экзамен был. Препод больше пораженно рассматривал вязь узоров на подбородке Вадима, чем слушал его ответ. — Понятненько, молодой человек! — Наконец прищурился преподаватель. — Вот только тут у вас неувязочка вышла. Вы тут цифру забыли вставить. Разрешите, я исправлю! И преподаватель, не дрогнувшей рукой, вывел на скуле Вадика цифру «2». Вадику потом стоило больших трудов выправить положение. Так вот, шпаргалок на ладони больше не было, а привычка осталась.

    Вадим обхватил ладонью подбородок и задумался. Ну, это у него привычка такая, еще с института. На ладони, тогда, было что-нибудь написано, типа шпаргалки, и это позволяло Вадику подглядывать и вспоминать нужные данные. Правда, один раз ладонь вспотела. Уж очень важный экзамен был. Препод больше пораженно рассматривал вязь узоров на подбородке Вадима, чем слушал его ответ. — Понятненько, молодой человек! — Наконец прищурился преподаватель. — Вот только тут у вас неувязочка вышла. Вы тут цифру забыли вставить. Разрешите, я исправлю! И преподаватель, не дрогнувшей рукой, вывел на скуле Вадика цифру «2». Вадику потом стоило больших трудов выправить положение. Так вот, шпаргалок на ладони больше не было, а привычка осталась.

    — Сергей Бадей · книга
18. «

    И ее губы – раковины, лепестки роз, скорпионьи хвосты, – слово «да» никогда не слетало с этих губ, зато «нет»… «Нет» засунуто за щеку подобно долгоиграющему леденцу. Который она посасывает с тех самых пор, как на ведущей к ней лестнице стали появляться жалкие типы, похожие на меня.

    И ее губы – раковины, лепестки роз, скорпионьи хвосты, – слово «да» никогда не слетало с этих губ, зато «нет»… «Нет» засунуто за щеку подобно долгоиграющему леденцу. Который она посасывает с тех самых пор, как на ведущей к ней лестнице стали появляться жалкие типы, похожие на меня.

    — Виктория Платова · книга
19. «

    Моя жизнь – самая невероятная и восхитительная штука, какие бы новые главы ни появлялись в списке невосполнимых потерь…

    Моя жизнь – самая невероятная и восхитительная штука, какие бы новые главы ни появлялись в списке невосполнимых потерь…

    — Макс Фрай · книга
20. «

    Некоторые вещи вспомнить почти невозможно. Но обычно оказывается, что только они и имеют значение.

    Некоторые вещи вспомнить почти невозможно. Но обычно оказывается, что только они и имеют значение.

    — Макс Фрай · книга