64 цитаты персонажа «Романадворатрелундар» для статуса

64 цитаты персонажа «Романадворатрелундар» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если думаешь, что это невыносимо, просто попробуй объяснить ей вторую кривую невозможных отменяющих векторов в ограничительном эффекте Блиновича.

   Если думаешь, что это невыносимо, просто попробуй объяснить ей вторую кривую невозможных отменяющих векторов в ограничительном эффекте Блиновича.

   — Дуглас Адамс · книга
2. «

   Медсестра открыла Знайкуда и с удивлением обнаружила Доктора и Роману – они терпеливо сидели рядышком на полу. Романа расположилась спиной к двери и занималась легкой аэробикой. Доктор баловался с йо-йо. На своем веку она повидала немало экстремальных состояний у пациентов Знайкуда, но безмятежность в их число не входила. — Разумеется, это никакая не машина пыток, – как раз говорила Романа, не замечая ничего вокруг себя. – — Как таковая – нет, – согласился Доктор, подхватывая игрушку. – Скорее, она просто делает подопытных более сговорчивыми. — Что в нашем случае – совершенно напрасная трата времени, – подтвердила Романа. – По двум причинам. Начать с того, что она на нас не действует. — И заканчивая тем, – подхватил Доктор, бодро вскакивая на ноги, – что мы и так полны готовности помогать.

   Медсестра открыла Знайкуда и с удивлением обнаружила Доктора и Роману – они терпеливо сидели рядышком на полу. Романа расположилась спиной к двери и занималась легкой аэробикой. Доктор баловался с йо-йо. На своем веку она повидала немало экстремальных состояний у пациентов Знайкуда, но безмятежность в их число не входила. — Разумеется, это никакая не машина пыток, – как раз говорила Романа, не замечая ничего вокруг себя. – — Как таковая – нет, – согласился Доктор, подхватывая игрушку. – Скорее, она просто делает подопытных более сговорчивыми. — Что в нашем случае – совершенно напрасная трата времени, – подтвердила Романа. – По двум причинам. Начать с того, что она на нас не действует. — И заканчивая тем, – подхватил Доктор, бодро вскакивая на ноги, – что мы и так полны готовности помогать.

   — Дуглас Адамс · книга
3. «

   — Так кто такой Ньютон? – поинтересовалась она. — Старик Исаак-то? – Доктор медленно двинулся через равнину. Ну и битва у них тут была, судя по всему. — Это один мой друг с Земли, он открыл силу тяжести. Ну, на самом деле, пришлось его немножечко к этому подтолкнуть. — Что ты ему и обеспечил, надо полагать. — О да. — А что ты сделал? — Влез на дерево и уронил ему на голову яблоко. — И он после этого открыл силу тяжести? – Кажется, история вызвала у Романы определенные сомнения. — Да нет же, – отмахнулся Доктор. – Он встал и заорал, чтобы я слезал с его яблони. Про силу тяжести я объяснил ему потом, за ужином.

   — Так кто такой Ньютон? – поинтересовалась она. — Старик Исаак-то? – Доктор медленно двинулся через равнину. Ну и битва у них тут была, судя по всему. — Это один мой друг с Земли, он открыл силу тяжести. Ну, на самом деле, пришлось его немножечко к этому подтолкнуть. — Что ты ему и обеспечил, надо полагать. — О да. — А что ты сделал? — Влез на дерево и уронил ему на голову яблоко. — И он после этого открыл силу тяжести? – Кажется, история вызвала у Романы определенные сомнения. — Да нет же, – отмахнулся Доктор. – Он встал и заорал, чтобы я слезал с его яблони. Про силу тяжести я объяснил ему потом, за ужином.

   — Дуглас Адамс · книга
4. «

   Будь Вселенная бесконечна, бесконечным было бы и число звезд. Так почему же небо – темное?

   Будь Вселенная бесконечна, бесконечным было бы и число звезд. Так почему же небо – темное?

   — Дуглас Адамс · книга
5. «

   Никто точно не знал, когда именно ТАРДИС стали разумны, но таки да – они стали. На этот счет бытовало несколько теорий. Одна гласила, что в какой-то момент будущего начали строить разумные ТАРДИС, и одна прошмыгнула назад во времени, чтобы рассказать товаркам, что и как. Сколь бы соблазнительна ни была концепция транстемпоральной юнионизации, существовало и более простое объяснение, и именно его-то Романа и выложила учителю в молодые годы. — Люди все время обращаются к вещам так, словно те живые, – заявила она. – ТАРДИС просто оказались достаточно умны, чтобы понять намек. Впрочем, свою разумность ТАРДИС хорошо скрывали. Но разум у них точно был. Его даже измеряли. У современных моделей были весьма болтливые интерфейсы, но при этом вы все равно разговаривали не с настоящей ТАРДИС. Скорее уж с дворецким, который приветствует тебя на пороге, берет карточку, проводит в гостиную и затем отправляется передать хозяйке дома, что пришел гость. Кроме того, ТАРДИС со временем становились похожи на своих хозяев. ТАРДИС ее учителя являлась на место встречи тяжеловесно, аккуратно и любезно покашливала, прежде чем сесть. Военные ТАРДИС шмякались на поверхность планеты, делали, что надо, и с грохотом отбывали по месту нового назначения. Президентская ТАРДИС всегда прилетала с опозданием. Ну, и была еще ТАРДИС Доктора. Романа летала на ней всего дважды, и оба раза старт сопровождался негодующим уханьем и скрипом. Сейчас, под управлением Следилки, ей полагалось смирно покидать пункт А и появляться в пункте Б. Что она и делала, лишь немного закатывая по дороге несуществующие глаза: «Ох, ну ладно. Если вам правда так нужно. Только чтобы спасти Вселенную. Да, опять. Но, право, я вас умоляю…» Конечно, скорее всего, это была просто игра воображения.

   Никто точно не знал, когда именно ТАРДИС стали разумны, но таки да – они стали. На этот счет бытовало несколько теорий. Одна гласила, что в какой-то момент будущего начали строить разумные ТАРДИС, и одна прошмыгнула назад во времени, чтобы рассказать товаркам, что и как. Сколь бы соблазнительна ни была концепция транстемпоральной юнионизации, существовало и более простое объяснение, и именно его-то Романа и выложила учителю в молодые годы. — Люди все время обращаются к вещам так, словно те живые, – заявила она. – ТАРДИС просто оказались достаточно умны, чтобы понять намек. Впрочем, свою разумность ТАРДИС хорошо скрывали. Но разум у них точно был. Его даже измеряли. У современных моделей были весьма болтливые интерфейсы, но при этом вы все равно разговаривали не с настоящей ТАРДИС. Скорее уж с дворецким, который приветствует тебя на пороге, берет карточку, проводит в гостиную и затем отправляется передать хозяйке дома, что пришел гость. Кроме того, ТАРДИС со временем становились похожи на своих хозяев. ТАРДИС ее учителя являлась на место встречи тяжеловесно, аккуратно и любезно покашливала, прежде чем сесть. Военные ТАРДИС шмякались на поверхность планеты, делали, что надо, и с грохотом отбывали по месту нового назначения. Президентская ТАРДИС всегда прилетала с опозданием. Ну, и была еще ТАРДИС Доктора. Романа летала на ней всего дважды, и оба раза старт сопровождался негодующим уханьем и скрипом. Сейчас, под управлением Следилки, ей полагалось смирно покидать пункт А и появляться в пункте Б. Что она и делала, лишь немного закатывая по дороге несуществующие глаза: «Ох, ну ладно. Если вам правда так нужно. Только чтобы спасти Вселенную. Да, опять. Но, право, я вас умоляю…» Конечно, скорее всего, это была просто игра воображения.

   — Дуглас Адамс · книга
6. «

   — Пожалуй, мне начинает нравиться весна, – призналась она. – Столько цвета! — Сейчас октябрь, – несколько смущенно сознался Доктор. Романа удивленно подняла на него глаза: — Разве мы не должны были прибыть в разгар Майской недели? — Ну да. Но даже если бы у нас получилось, ты бы все равно не застала весну: Майская неделя начинается в середине июня.

   — Пожалуй, мне начинает нравиться весна, – призналась она. – Столько цвета! — Сейчас октябрь, – несколько смущенно сознался Доктор. Романа удивленно подняла на него глаза: — Разве мы не должны были прибыть в разгар Майской недели? — Ну да. Но даже если бы у нас получилось, ты бы все равно не застала весну: Майская неделя начинается в середине июня.

   — Гарет Робертс · книга
7. «

   — Я так понимаю, эти камни просто не имеют тут никакой ценности, – предположила Романа. — Никакой ценности? – боже, какая наивность. Доктор не сумел сдержать улыбки. – Они имеют ценность везде. Они же не просто красиво блестят – они еще и полезны. Он выбрал из горсти алмаз. — Вот это, например, одна из прочнейших субстанций во Вселенной. Тверже алмаза только кристаллический зуб алгольского солнечного тигра, а к нему еще никто не подбирался достаточно близко, чтобы выяснить, из чего этот зуб сделан, когда же зверь умирает, его кристаллическая структура стремительно распадается и… — Но, – вмешалась Романа, – откуда мы тогда знаем, что его зубы такие твердые? — Оттуда, что алгольский солнечный тигр традиционно пользуется алмазными зубочистками, и они у него долго не живут. — Ах, вот оно что. – Романа отправила информацию в утиль: она явно ей никогда не пригодится.

   — Я так понимаю, эти камни просто не имеют тут никакой ценности, – предположила Романа. — Никакой ценности? – боже, какая наивность. Доктор не сумел сдержать улыбки. – Они имеют ценность везде. Они же не просто красиво блестят – они еще и полезны. Он выбрал из горсти алмаз. — Вот это, например, одна из прочнейших субстанций во Вселенной. Тверже алмаза только кристаллический зуб алгольского солнечного тигра, а к нему еще никто не подбирался достаточно близко, чтобы выяснить, из чего этот зуб сделан, когда же зверь умирает, его кристаллическая структура стремительно распадается и… — Но, – вмешалась Романа, – откуда мы тогда знаем, что его зубы такие твердые? — Оттуда, что алгольский солнечный тигр традиционно пользуется алмазными зубочистками, и они у него долго не живут. — Ах, вот оно что. – Романа отправила информацию в утиль: она явно ей никогда не пригодится.

   — Дуглас Адамс · книга
8. «

   Убегать от всевозможных монстров – сущее искусство, и Романа не спорила с тем, что Доктор порой в нем был весьма хорош (как и во множестве других вещей, за которые брался, не считая рыбалки). Впрочем, что еще ожидать от джентльмена, управляющего машиной времени, попирающего законы гравитации и всегда проверяющего, каков срок годности на крышечке йогурта, прежде чем этот самый йогурт съесть?

   Убегать от всевозможных монстров – сущее искусство, и Романа не спорила с тем, что Доктор порой в нем был весьма хорош (как и во множестве других вещей, за которые брался, не считая рыбалки). Впрочем, что еще ожидать от джентльмена, управляющего машиной времени, попирающего законы гравитации и всегда проверяющего, каков срок годности на крышечке йогурта, прежде чем этот самый йогурт съесть?

   — Дуглас Адамс · книга
9. «

   С точки зрения Доктора, К-9 выигрывал у Романы по всем фронтам: он безоговорочно выполнял приказы, появлялся сразу же, как позвали, и выключался одним нажатием кнопки.

   С точки зрения Доктора, К-9 выигрывал у Романы по всем фронтам: он безоговорочно выполнял приказы, появлялся сразу же, как позвали, и выключался одним нажатием кнопки.

   — Гарет Робертс · книга
10. «

    — Вот тут говорится, что… – Романа поспешно уткнулась обратно в книгу. — Ах, да забудь ты уже про эту книгу! – Доктор презрительно махнул рукой. – Если делать все, что там говорится, ты в конце концов обнаружишь, что быстрее было пешком дойти. Это же просто инструкции для начинающих. Открою тебе один секрет, – он будто бы обращался сразу и к ней, и к кораблю в целом. – Человеку, который это написал, платили постранично.

    — Вот тут говорится, что… – Романа поспешно уткнулась обратно в книгу. — Ах, да забудь ты уже про эту книгу! – Доктор презрительно махнул рукой. – Если делать все, что там говорится, ты в конце концов обнаружишь, что быстрее было пешком дойти. Это же просто инструкции для начинающих. Открою тебе один секрет, – он будто бы обращался сразу и к ней, и к кораблю в целом. – Человеку, который это написал, платили постранично.

    — Дуглас Адамс · книга
11. «

    — Но ведь они строились лучшими инженерами Галлифрея на протяжении четырех поколений. — Надо было дотянуть до пятого — и сделать на совесть.

    — Но ведь они строились лучшими инженерами Галлифрея на протяжении четырех поколений. — Надо было дотянуть до пятого — и сделать на совесть.

    — Дуглас Адамс · книга
12. «

    — Ты уверен, что лучший способ спасти заключённого — сжечь тюрьму? — едко сказала Романа. — Сжечь флигель, примыкающий к тюрьме, — поправил её Доктор.

    — Ты уверен, что лучший способ спасти заключённого — сжечь тюрьму? — едко сказала Романа. — Сжечь флигель, примыкающий к тюрьме, — поправил её Доктор.

    — Терренс Дикс · книга
13. «

    — Проблема, которую даже вы не смогли разрешить, – заметил он с усмешкой. – Какими бы продвинутыми ни были ваши компьютеры, они все равно остаются неразумными машинами. Отдайте самый дурацкий приказ – они исполнят его не раздумывая. Мы называем это парадоксом гениального идиота. К-9 повернул к нему голову. — Согласно моим данным, на Земле проявления идиотизма соотносятся с проявлениями гениальности как 77 к 1.

    — Проблема, которую даже вы не смогли разрешить, – заметил он с усмешкой. – Какими бы продвинутыми ни были ваши компьютеры, они все равно остаются неразумными машинами. Отдайте самый дурацкий приказ – они исполнят его не раздумывая. Мы называем это парадоксом гениального идиота. К-9 повернул к нему голову. — Согласно моим данным, на Земле проявления идиотизма соотносятся с проявлениями гениальности как 77 к 1.

    — Гарет Робертс · книга
14. «

    Романа закатила глаза. По всей Вселенной набралось бы больше дюжины рас, что сочли бы игру в крикет за хорошее оправдание уничтожения Земли. Впрочем, в закрытых сообществах – коим Вселенная, по сути, являлась, – всегда так: дай только повод сжить со свету, а уж средства найдутся.

    Романа закатила глаза. По всей Вселенной набралось бы больше дюжины рас, что сочли бы игру в крикет за хорошее оправдание уничтожения Земли. Впрочем, в закрытых сообществах – коим Вселенная, по сути, являлась, – всегда так: дай только повод сжить со свету, а уж средства найдутся.

    — Дуглас Адамс · книга
15. «

    — С этим миром что-то чертовски не так. — Ты уверен? – спросила Романа. Доктор прислушался к карнавальной песенке, повторил себе под нос ее припев. — Думаю, – объявил он через некоторое время, – это закодированный сигнал SOS. Ох, если бы я только мог расшифровать его…

    — С этим миром что-то чертовски не так. — Ты уверен? – спросила Романа. Доктор прислушался к карнавальной песенке, повторил себе под нос ее припев. — Думаю, – объявил он через некоторое время, – это закодированный сигнал SOS. Ох, если бы я только мог расшифровать его…

    — Дуглас Адамс · книга
16. «

    Романа взяла его за руку и тепло улыбнулась. — Пожалуйста, профессор, попытайтесь еще раз. Хронотис нахмурился. — Э… Э-э… Нет, его имя точно начиналось не с «Э». — Тогда попробуйте в алфавитном порядке, – предложил Доктор. – «А»? «Б»?

    Романа взяла его за руку и тепло улыбнулась. — Пожалуйста, профессор, попытайтесь еще раз. Хронотис нахмурился. — Э… Э-э… Нет, его имя точно начиналось не с «Э». — Тогда попробуйте в алфавитном порядке, – предложил Доктор. – «А»? «Б»?

    — Гарет Робертс · книга
17. «

    До сих самых пор Романа наблюдала за воссоединением семьи с чисто познавательным интересом. У галлифрейцев семей как таковых не было. В их привычки не входило объединяться в маленькие группы и орать друг на друга. Больше всего на родителя походил ее учитель – маленький, невероятно старый человечек, уже давно пропустивший плановую регенерацию (если вас интересует мнение Романы). Учителя она обожала, хотя и находила интеллектуально ограниченным. Он так жестко держался правил, что ей временами даже хотелось нарушить пару-тройку – просто чтобы посмотреть, как старый миляга будет реагировать. Контраст с этой командой был просто поразительный. Вот, значит, что такое семья. Несколько любителей побраниться, у которых очень мало общего и которые постоянно надоедают друг другу. Забавно, как они определяют себя по отношению к внешним авторитетным фигурам. Старик с наслаждением подчиняется статус-кво. Дети специально приходят домой, чтобы похвастаться своим непокорством. Видимо, привязанность они демонстрировали, когда приходили к согласию. Доктор вел себя совершенно не так. В этой системе координат он был сущим ребенком, не подчинявшимся никаким авторитетным фигурам. Значило ли это, что в таком случае она выступает в качестве его родительницы? Романа понадеялась, что нет. Бедняга Балатон из-за своей несгибаемости превратился почти в слабоумного. Скорее всего, Романа на него пока не похожа. Тогда возникает следующий вопрос: кто на борту ТАРДИС выступает за взрослого? Она еще немного об этом подумала. Ах, ну да. К-9, конечно. Он отлично подходит. И ему это даже нравится.

    До сих самых пор Романа наблюдала за воссоединением семьи с чисто познавательным интересом. У галлифрейцев семей как таковых не было. В их привычки не входило объединяться в маленькие группы и орать друг на друга. Больше всего на родителя походил ее учитель – маленький, невероятно старый человечек, уже давно пропустивший плановую регенерацию (если вас интересует мнение Романы). Учителя она обожала, хотя и находила интеллектуально ограниченным. Он так жестко держался правил, что ей временами даже хотелось нарушить пару-тройку – просто чтобы посмотреть, как старый миляга будет реагировать. Контраст с этой командой был просто поразительный. Вот, значит, что такое семья. Несколько любителей побраниться, у которых очень мало общего и которые постоянно надоедают друг другу. Забавно, как они определяют себя по отношению к внешним авторитетным фигурам. Старик с наслаждением подчиняется статус-кво. Дети специально приходят домой, чтобы похвастаться своим непокорством. Видимо, привязанность они демонстрировали, когда приходили к согласию. Доктор вел себя совершенно не так. В этой системе координат он был сущим ребенком, не подчинявшимся никаким авторитетным фигурам. Значило ли это, что в таком случае она выступает в качестве его родительницы? Романа понадеялась, что нет. Бедняга Балатон из-за своей несгибаемости превратился почти в слабоумного. Скорее всего, Романа на него пока не похожа. Тогда возникает следующий вопрос: кто на борту ТАРДИС выступает за взрослого? Она еще немного об этом подумала. Ах, ну да. К-9, конечно. Он отлично подходит. И ему это даже нравится.

    — Дуглас Адамс · книга
18. «

    Как часто случалось при заваривании чая, Доктор вдруг сделался весьма близким по духу всем присутствующим. В течение получаса он наладил искренние дружеские связи с Сэром Роботом. Если бы только, подумала Романа, новость об этом просочилась наружу – вот это был бы номер. Она представила себе Киберчеловека, наступающего на Доктора с чайником и печеньем наперевес.

    Как часто случалось при заваривании чая, Доктор вдруг сделался весьма близким по духу всем присутствующим. В течение получаса он наладил искренние дружеские связи с Сэром Роботом. Если бы только, подумала Романа, новость об этом просочилась наружу – вот это был бы номер. Она представила себе Киберчеловека, наступающего на Доктора с чайником и печеньем наперевес.

    — Дуглас Адамс · книга
19. «

    — И как поживает твой мучитель? – спросила Романа. — Лежит на полу. Кажется, я оглушил его. А твой? — У него заворот мозгов. — Неплохо, неплохо! – Доктор усмехнулся

    — И как поживает твой мучитель? – спросила Романа. — Лежит на полу. Кажется, я оглушил его. А твой? — У него заворот мозгов. — Неплохо, неплохо! – Доктор усмехнулся

    — Дуглас Адамс · книга
20. «

    — Вы правильно поступили, мадам президент. Будущее так важно. — И прошлое? — спросила она. — О, прошлое. Прошлое мертво и похоронено.

    — Вы правильно поступили, мадам президент. Будущее так важно. — И прошлое? — спросила она. — О, прошлое. Прошлое мертво и похоронено.

    — Марк Платт · книга