109 цитат персонажа «Старик» — от иронии до философии

Собрали 109 цитат персонажа «Старик» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я хотел силы больше всего на свете. Это недостойное желание мучает, убивает и обманывает людей.

   Я хотел силы больше всего на свете. Это недостойное желание мучает, убивает и обманывает людей.
2. «

   Есть путь внутрь и есть путь наружу: один, чтобы войти, и один, чтобы выйти. Таков порядок вещей, и мы должны ему подчиняться.

   Есть путь внутрь и есть путь наружу: один, чтобы войти, и один, чтобы выйти. Таков порядок вещей, и мы должны ему подчиняться.

   — Филип Хай · книга
3. «

   Для того, чтобы быть великим поэтом, недостаточно знать в совершенстве синтаксис и не делать ошибок в языке.

   Для того, чтобы быть великим поэтом, недостаточно знать в совершенстве синтаксис и не делать ошибок в языке.

   — Оноре де Бальзак · книга
4. «

   А что мне смерть? Тот, кто делает свой первый шаг, возможно, снашивает свои последние башмаки.

   А что мне смерть? Тот, кто делает свой первый шаг, возможно, снашивает свои последние башмаки.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Я посвятил свою жизнь науке и мысли, но они не способны были даже прокормить меня.

   Я посвятил свою жизнь науке и мысли, но они не способны были даже прокормить меня.

   — Оноре де Бальзак · книга
6. «

   Старик: — Чего мне бояться? В моем возрасте мне бояться нечего. Живем в таком мире, что бояться надо вам. Чаю с мятой? Чарли Уэкс: — Почему бы нет? Джеймс Риз: — А в ваше время мир был другим? Старик: — Он был столь же злым. Но зато более вежливым.

   Старик: — Чего мне бояться? В моем возрасте мне бояться нечего. Живем в таком мире, что бояться надо вам. Чаю с мятой? Чарли Уэкс: — Почему бы нет? Джеймс Риз: — А в ваше время мир был другим? Старик: — Он был столь же злым. Но зато более вежливым.

   — Старик · фильм
7. «

   Со всеми этими духами, с их демонстрацией широкой публике, Эйзенхайм дал нам убедительные доказательства бессмертия человеческой души. Душа реабилитирована перед лицом современного научного материализма. Его спиритические опыты поднимут человечество на новый моральный уровень.

   Со всеми этими духами, с их демонстрацией широкой публике, Эйзенхайм дал нам убедительные доказательства бессмертия человеческой души. Душа реабилитирована перед лицом современного научного материализма. Его спиритические опыты поднимут человечество на новый моральный уровень.

   — Иллюзионист (The Illusionist) · фильм
8. «

   — Да, у нас у всех крылья, но нам от них никакой пользы, и если бы мы могли их оборвать, мы сделали бы это.

   — Да, у нас у всех крылья, но нам от них никакой пользы, и если бы мы могли их оборвать, мы сделали бы это.

   — Франц Кафка · книга
9. «

   …Как хорошо, что нам не приходится убивать солнце, луну и звезды. Достаточно того, что мы вымогаем пищу у моря и убиваем своих братьев.

   …Как хорошо, что нам не приходится убивать солнце, луну и звезды. Достаточно того, что мы вымогаем пищу у моря и убиваем своих братьев.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
10. «

    Сначала просишь в долг, потом просишь милостыню.

    Сначала просишь в долг, потом просишь милостыню.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
11. «

    И ему стало хорошо — он почувствовал, как в душе у него воцаряется благостный покой: злая собака тайников его души завиляла хвостом.

    И ему стало хорошо — он почувствовал, как в душе у него воцаряется благостный покой: злая собака тайников его души завиляла хвостом.

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
12. «

    Пусть она думает обо мне лучше, чем я на самом деле, и я тогда буду и в самом деле лучше.

    Пусть она думает обо мне лучше, чем я на самом деле, и я тогда буду и в самом деле лучше.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
13. «

    Истинная любовь бьёт в сердце, как молния, и нема, как молния.

    Истинная любовь бьёт в сердце, как молния, и нема, как молния.

    — Максим Горький · книга
14. «

    Дети всегда жестоки, родители одиноки, их, бедных, дети не любят и нелюбовью губят.

    Дети всегда жестоки, родители одиноки, их, бедных, дети не любят и нелюбовью губят.

    — Эжен Ионеско · книга
15. «

    Нас наделили глазами, но не зрением. Мы смотрим в пустоту, и в ней не разглядеть дороги.

    Нас наделили глазами, но не зрением. Мы смотрим в пустоту, и в ней не разглядеть дороги.
16. «

    Тот, кто обладает истиной, должен благовестить о ней осторожно.

    Тот, кто обладает истиной, должен благовестить о ней осторожно.

    — Анатоль Франс · книга
17. «

    Однако при этом сама плоть иногда требует стать героем какой-нибудь мелодрамы при условии, что я вполне осознанно отделяю актерство от существа жизни. Игра, игра, игра. Давно выскочил из этого возраста, но порой хочется поиграть в жизнь, исполненную страстей и переживаний. Для человека, лишенного всех зубов и половины памяти, эта игра сродни бодрящему напитку. Пусть это лекарство от скуки. Какая разница! Главное – избегать уныния, ибо уныние – страшный грех, из которого рождаются отвратительные идеи и мысли. Счастливый, радостный, влюбленный человек увлечен добром и веселостью. Мрачный тип ковыряется в собственных болячках, как мазохист-самоед. А расковырявши свои язвы, приступает терзать раны близких людей. Болезнь души рождает осуждение, осуждение углубляет болезнь. Мрачность, что яма, чем больше из нее берешь, тем глубже она становится. Не дай бог залезть в нее. Она как болото – начинаешь выбираться с грубыми усилиями, затягивает сильнее. Тут либо вытягивать себя за волосы как барон Мюнхгаузен, либо осторожно звать на помощь. Начнешь орать во все горло, и себя глубже усадишь, и помощников распугаешь воплями. Вопросы веры – это пожар. Нет времени для философских размышлений.

    Однако при этом сама плоть иногда требует стать героем какой-нибудь мелодрамы при условии, что я вполне осознанно отделяю актерство от существа жизни. Игра, игра, игра. Давно выскочил из этого возраста, но порой хочется поиграть в жизнь, исполненную страстей и переживаний. Для человека, лишенного всех зубов и половины памяти, эта игра сродни бодрящему напитку. Пусть это лекарство от скуки. Какая разница! Главное – избегать уныния, ибо уныние – страшный грех, из которого рождаются отвратительные идеи и мысли. Счастливый, радостный, влюбленный человек увлечен добром и веселостью. Мрачный тип ковыряется в собственных болячках, как мазохист-самоед. А расковырявши свои язвы, приступает терзать раны близких людей. Болезнь души рождает осуждение, осуждение углубляет болезнь. Мрачность, что яма, чем больше из нее берешь, тем глубже она становится. Не дай бог залезть в нее. Она как болото – начинаешь выбираться с грубыми усилиями, затягивает сильнее. Тут либо вытягивать себя за волосы как барон Мюнхгаузен, либо осторожно звать на помощь. Начнешь орать во все горло, и себя глубже усадишь, и помощников распугаешь воплями. Вопросы веры – это пожар. Нет времени для философских размышлений.

    — Юрий Меркеев · книга
18. «

    — Сдается мне, что Кудряш женился на потаскушке. — Не он первый, не он последний.

    — Сдается мне, что Кудряш женился на потаскушке. — Не он первый, не он последний.

    — Джон Стейнбек · книга
19. «

    Должен признаться, я питаю слабость к рыжим женщинам, не знаю, почему. Это моя кнопка, на которую легко надавить, чтобы я стал вдруг покладистым и вежливым. Строптивость уходит куда-то в землю, как электрический ток, пронизывая меня по вертикали с головы до пят. Струится по спинномозговой жидкости. Высвечивает каждую клеточку существа. Вероятно, тут что-то от язычества, дремучее, твердое, побуждающее к наслаждениям, иными словами – сила корневищ, не ведающих интеллигентных слабостей и рефлексии. То, о чем апостол Павел мудро заметил: «Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих». Вот и я становлюсь пленником закона языческого, приятного, пропитанного животворящей энергией Эроса. Так сказать, обнуляюсь.

    Должен признаться, я питаю слабость к рыжим женщинам, не знаю, почему. Это моя кнопка, на которую легко надавить, чтобы я стал вдруг покладистым и вежливым. Строптивость уходит куда-то в землю, как электрический ток, пронизывая меня по вертикали с головы до пят. Струится по спинномозговой жидкости. Высвечивает каждую клеточку существа. Вероятно, тут что-то от язычества, дремучее, твердое, побуждающее к наслаждениям, иными словами – сила корневищ, не ведающих интеллигентных слабостей и рефлексии. То, о чем апостол Павел мудро заметил: «Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих». Вот и я становлюсь пленником закона языческого, приятного, пропитанного животворящей энергией Эроса. Так сказать, обнуляюсь.

    — Юрий Меркеев · книга
20. «

    Мысль — это ключ ко всем сокровищницам, она одаряет вас всеми радостями скупца, но без его забот.

    Мысль — это ключ ко всем сокровищницам, она одаряет вас всеми радостями скупца, но без его забот.

    — Оноре де Бальзак · книга