15 цитат персонажа «Тэти (Эрнест Хемингуэй)» — от иронии до философии

Ниже 15 цитат персонажа «Тэти (Эрнест Хемингуэй)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Раз вы мало едите, так и работайте поменьше.

   Раз вы мало едите, так и работайте поменьше.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
2. «

   Мы хорошо и недорого ели, хорошо и недорого пили и хорошо спали, и нам было тепло вместе, и мы любили друг друга.

   Мы хорошо и недорого ели, хорошо и недорого пили и хорошо спали, и нам было тепло вместе, и мы любили друг друга.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
3. «

   Люди всегда вмешивались в твою жизнь, ради твоего же блага, и в конце концов я понял, что хотят они на самом деле, чтобы ты полностью вписался в их стандарты, не отличался от них и участвовал в разгуле, самом глупом и скучном, как у коммивояжеров на их съезде.

   Люди всегда вмешивались в твою жизнь, ради твоего же блага, и в конце концов я понял, что хотят они на самом деле, чтобы ты полностью вписался в их стандарты, не отличался от них и участвовал в разгуле, самом глупом и скучном, как у коммивояжеров на их съезде.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
4. «

   То, что я делал, я делал по собственной воле — и делал глупо.

   То, что я делал, я делал по собственной воле — и делал глупо.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
5. «

   Он всегда куда-то едет, откуда-то приезжает и нигде не задерживается надолго.

   Он всегда куда-то едет, откуда-то приезжает и нигде не задерживается надолго.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
6. «

   Все дурное начинается невинно.

   Все дурное начинается невинно.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
7. «

   — Что вы скажете об Уолше? — О мертвых или хорошо, или ничего.

   — Что вы скажете об Уолше? — О мертвых или хорошо, или ничего.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
8. «

   Наша радость — любить — была простой и в то же время таинственной, сложной, как простая математическая формула, которая может означать и полное счастье, и конец света.

   Наша радость — любить — была простой и в то же время таинственной, сложной, как простая математическая формула, которая может означать и полное счастье, и конец света.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
9. «

   Все эти годы у меня не было более верного друга, чем Скотт, когда он был трезв.

   Все эти годы у меня не было более верного друга, чем Скотт, когда он был трезв.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
10. «

    ...я пожалел, что не умер до того, как полюбил ещё кого-то, кроме неё.

    ...я пожалел, что не умер до того, как полюбил ещё кого-то, кроме неё.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
11. «

    Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.

    Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
12. «

    Если человек любит картины или сочинения своих друзей, то это похоже на любовь к своей семье, и критиковать их — невежливо. Иногда ты можешь долго терпеть, прежде чем станешь критиковать родных или свойственников; с художниками это проще — они ничего страшного не делают и в душу не ранят в отличие от родственников. Плохих художников можешь просто не смотреть, и все. А у родственников — если даже научился не смотреть на них, не слушать и не отвечать на письма — у них все равно много способов стать опасными.

    Если человек любит картины или сочинения своих друзей, то это похоже на любовь к своей семье, и критиковать их — невежливо. Иногда ты можешь долго терпеть, прежде чем станешь критиковать родных или свойственников; с художниками это проще — они ничего страшного не делают и в душу не ранят в отличие от родственников. Плохих художников можешь просто не смотреть, и все. А у родственников — если даже научился не смотреть на них, не слушать и не отвечать на письма — у них все равно много способов стать опасными.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
13. «

    — Я одно понял. — Что? — Что надо путешествовать только с тем, кого любишь.

    — Я одно понял. — Что? — Что надо путешествовать только с тем, кого любишь.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
14. «

    Всегда найдутся такие, кто поможет тебе, а ты поможешь своим.

    Всегда найдутся такие, кто поможет тебе, а ты поможешь своим.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
15. «

    Мы считали вино чем-то таким же полезным и обычным, как пища, и, кроме того, оно радовало, создавало ощущение благополучия и счастья. Пили вино не из снобизма, это не было признаком какой-то утонченности, не было модой; мне в голову не пришло пообедать без вина, сидра или пива.

    Мы считали вино чем-то таким же полезным и обычным, как пища, и, кроме того, оно радовало, создавало ощущение благополучия и счастья. Пили вино не из снобизма, это не было признаком какой-то утонченности, не было модой; мне в голову не пришло пообедать без вина, сидра или пива.

    — Эрнест Хемингуэй · книга